Жизнь Темучжина, думавшего покорить мир: Чингис-хан. Личность и эпоха. - Евгений Иванович Кычанов

учитывая, что указание источника па то. что Темучжину было девять лет, означает, но нашему счету, что фактически ему было восемь. По расчетам Рашид-ад-дина, смерть Есугая пришлась на то время, когда Темучжину было 13 (по нашему — 12 лет). Тогда соответственно и все даты должны быть сдвинуты на три года 1166, 1174, 1178 гг.

Мунлик был верным соратником Есугая и выполнил его наказ. Боясь за Темучжина, он не сразу объявил о смерти Есугая. А Дай-сечену сказал:

— Старший браг Есугай-баатур очень болеет душой и тоскует по Темучжину. Я приехал за ним.

— Раз сват так горюет о своем мальчике, пусть Темучжин съездит, повидается с оптом, да и скорехонько назад.

Так и привез Мунлик Темучжина обратно, в опустевшую отцовскую юрту, в тот трудный час. когда люди Есугай-баатура покидали его семью, уходя каждый своим путем.

И так, казалось, все предвещало Темучжину великое будущее. Родившись «он держал в ладони правой руки небольшой сгусток запекшейся крови, похожий на кусок ссохшейся печени. На скрижали его чела были явными знаки завоевания вселенной и миродержавия. а от его лика исходили лучи счастливой судьбы и могущества» [Рашид-ад-дин, т. I, кн. 2, с. 75]. Но… минуло восемь двенадцать лег, и, как посчитал Рашид-ад-дин, последующие двадцать семь лег своей жизни будущий завоеватель мира «находился в расстроенном состоянии», «у него случались сражения и битвы», враги «его несколько раз полоняли и заключали в оковы», и вообще наступило смутное время, когда обстоятельства его жизни «неизвестны в подробностях и негодно», и потому, заключает великий историк, «они пишутся сокращенно» [там же, с. 84].

Прежде чем перейти к этому смутному времени, мы расскажем о составе монгольских и соседних с ними племен, их расселении во второй половине XII в. и об обычаях древних монголов.

«Народ безвестный и чужой»

Итак, когда мы вступили в среду этих варваров, мне, как я выше сказал, показалось, что я вступаю в другой мир.

Г. Рубрук

За рекой Керулен расселение монгольских племен происходило в разных направлениях. Тут нам на помощь снова приходит Рашид-ад-дин со своим поистине бессмертным трудом. Хамаг монголы, род Чингиса и его многочисленные сородичи жили в долинах Онона, Керулена и Толы. Урянхаты[17]. претендовавшие на участие в расплавлении горы, заселили северо-восточные области Монголии и Забайкалье. Впоследствии они составили тысячу, охранявшую прах Чингис-хана в Бурхан-Халдуне. Из урян-хатов был прославленный полководец Субетай-баатур [Рашид-ад-дин, т. I, кн. 1, с. 156 160].

Кунгираты, первыми покинувшие Эргунэ-Кун[18], были брачными партнерами рода Чингиса. Они имели свою легенду о происхождении, предки их, трое сыновей, появились на свет из золотого сосуда», а «большинство их и их детей брали девушек из рода Чингис-хана, а в его роддавали своих». Из кунгиратов была мать Чингиса, Оэлун, первая жена Чингиса, Борте, также была из кунгирагского племени [там же, с. 160–166]. Жили кунгираты в Восточной Монголии, на границах скиданьским государством. Комаи Ёсиаки предполагал, что в X в. кунгираты упомянуты в китайских источниках как юйцюелюй: «На западе — тюрки и уйгуры. На северо-западе доходим до юйцюелюй. Эго люди высокого роста, с косматыIми головами. Старейшины, если волосы у них сильно разрастутся, укладывают их в фиолетовые мешочки. Земля там грудная и холодная, в реках водится крупная рыба, которую очень любят есть кидане. Еще много черных, белых, желтых собольих шкурок, их хватает на то, чтобы удовлетворить потребности всех государств севера. Это люди очень отважные, и соседние государства не осмеливаются нападать на них» [Комаи Ёсиаки, с. 359].

Из племени уряут происходили сподвижники Есугая и самого Чингиса во главе с известным нам Мунликом. Сын Мунлика, Кокочу, знаменитый шаман Тэб-Тэнгри, внушал Чингису идеи мирового господства и дал ему его титул. «Он всегда приходил к Чингиз-хану и говорил: «Бог повелел, чтобы ты был государем мира!» И чингизханово прозвание ему дал он, сказав при этом:..Повелением бога имя твое гаково должно быть»» [Рашид-ад-дин. т. I, кн. 1, с. 166–167].

По реке Селенге и притоку ее, реке Джиде, в пределах Забайкалья жили баяуты, а по реке Онону — тайчиуты, чингисова родня, очевидно, одно из сильнейших монгольских племен. По берегам Керулена жили джалаиры числом до 70 тыс. кибиток. «Часть их становищ была в местности Онон». Здесь они в свое время потерпели сильнейшее поражение не то от киданей, не то от чжурчжэней, «в древние времена китайские войска устроили такую бойню этой части джалаиров, что лишь немногие могли убежать» [там же, с. 92]. «Хитаи перебили все те столь многочисленные племена джалаиров вплоть до детей ростом с плеть, а их скарб и скот разграбили» [там же, кн. 2, с. 18 19]. Вспомним этот факт, когда станем говорить о жестокостях Чингиса. Джалаиры упоминаются в «Истории династии Ляо» («Ляо ши») как «цзубу-чжала бу» — «племя чжала среди цзубу». По оценке авторов «Юань чао ши», они жили к югу от Онона, до среднего и верхнею течения Керулена. Эти же авторы считают, что жестокий набег на джалаиров кидани совершили где-то между 983 1012 гг. [Юань чао ши, г. I, с. 21].

Специалисты полагают, что «истинные татары были монголоязычны». Татары впервые упоминаются в тюркоязычных надписях в 731 732 гг.; в ки тайских источниках — с 842 г. Имен но татары, прежде всего в эпоху Ляо и Цзинь, именовались цзубу; как предполагает Ту Цзи, это название происходит от монгольского слова «джэбэ», означавшего вид стрел. Основным местом обитания татар были области у озер Буир-Нор и Кёлён-Нор, между Керуленом и Центральным Хинганом. Земли их были богаты серебром. Это была пограничная юго-восточная зона расселения монголоязычных племен на рубежах Ляо и Цзинь. «Их же основное обитание [юрт] есть местность, называемая Буир-наур» [Рашид-ад-дин, т. I. кн. 1, с. 101]. «Татары были сильны и дерзки, если бы при наличии их многочисленности они имели друг с другом единодушие, а не вражду, то другие народы из китайцев и прочих… не были бы в состоянии противостоять им». В среде татаро-монгольских племен татары «с глубокой древности большую часть времени были покорителями и владыками большей части [монгольских] племен и областей, выдаваясь своим величием и могуществом и полным почетом [от других]» [там же, с. 102].

Именно этноним «татары» стал общим наименованием татаро-монгольских племен. «Из-за их чрезвычайного величия и почетного положения, — писал Рашид-ад-дин, другие тюркские роды[19] при всем различии их разрядов и названий стали известны под их именем, и все назывались татарами. И те различные роды полагали свое величие и достоинство в том. что себя относили к ним и стали известны под их именем, вроде