Обрести клыки с первого взгляда - Кали Манн

лицо, но я вновь чувствую румянец на щеках. Также готовлюсь к расспросам о своей семье, но Сид удивляет меня, задавая совершенно другой вопрос.

— Зачем ты забралась в офис Кита?

— Кита? — спрашиваю я. Раздумья занимают у меня секунду. — Ты имеешь в виду Композитора?

Он кивает. Его рука все еще лежит под моей, и Сид поглаживает большим пальцем мое запястье.

— О, мне нужны его записи, — говорю я. — Я ищу свою сестру. Ну, на самом деле, она не совсем моя сестра — она сестра моей сестры. Это сложно.

— Похоже на то, — говорит он с улыбкой. — Но у меня есть все время мира.

Я улыбаюсь этой шутке, затем быстро трезвею, когда думаю о том, как сюда попала.

— В больнице произошла путаница, когда я родилась. Моя семья… я имею в виду семью, с которой выросла… родила близнецов. Меня случайно подменили с одной из них, так что мои родители… я имею в виду ее родителей… вырастили меня как свою собственную.

— Раз они близнецы, они не должны быть похожи? Как они сразу не догадались?

— Они всегда думали, что близнецы разнояйцевые, хотя думаю, они могли быть и однояйцевыми, — говорю я, — и думаю, у меня достаточно похожие черты, чтобы перепутали.

— Значит, теперь ты ищешь эту потерянную сестру, чтобы найти своих биологических родителей?

Я качаю головой.

— Не совсем. То есть, мне любопытно, какие они, но не в этом дело. Я надеюсь, что, если найду близнеца сестры, моя семья будет довольна.

— Потому что они недовольны тобой?

Я достаю зонтик из бокала другой рукой и вращаю им в воздухе.

— Они так не говорят, но мы такие разные. — мои плечи опускаются, а затем я выпаливаю, — они ведьмы.

— Ах, — говорит он, — а ты нет.

Я качаю головой.

— Когда у моей сестры появилась магия, они решили, что моя появится позже, но вот мне двадцать семь, а магии все нет. А это значит, что мои биологические родители — люди.

— Ну, теперь у тебя есть магия, — говорит он. — Вампиры — это тоже своего рода магические существа.

Я ухмыляюсь.

— К сожалению, они не нравятся моей семье.

— Что же, ты всегда можешь обрести дом здесь, — говорит Сид. — Со мной.

Моё сердце подпрыгивает в груди.

Наши взгляды встречаются, и у меня перехватывает дыхание. Возможно, его доброта поможет убедить мою семью, что не все вампиры — монстры. Он такой прагматичный и безобидный. Возможно, моя семья не возненавидит его так сильно. Я потягиваю свой напиток и впервые с момента обращения чувствую надежду.

Глава 6

Сид

Наливая себе выпить, я думал о словах Эсме. Я рад, что привел ее в бар. Люди всегда открываются, когда я стою за стойкой. В этом месте есть какая-то магия… нечто такое, что выходит за рамки алкоголя, поскольку вампиры не могут напиться, и это всегда подталкивает их к разговору.

Я рад, что наконец понял причину ее беспокойства. И сожалел, что ее семье станет так тяжело из-за ее нового статуса, но не жалею, что ее обратил. Всего за несколько часов, проведенных вместе с Эсме, я ощутил себя лучше, чем за последние годы. Быть с ней просто… правильно.

Не знаю, как так долго жил без нее. Она все, о чем я мог мечтать.

Вот почему я должен рассказать ей о своем прошлом. Не могу позволить продолжать ей думать, что я такой хороший парень. Даже если бы потратил все время, убеждая ее, что вампиры не такие уж и плохие… хотя среди нас есть и такие. Некоторые из нас ее не заслуживают.

Я оглядываю «Крещендо»… почти пустой в этот час… и все, что мы построили, Кит и я, чтобы загладить вину за прошлое. Мы совершили так много ужасных поступков, вместе и по одиночке. Поступков, вину за которые будем искупать всю жизнь.

Затем я смотрю на прекрасную женщину за баром и думаю о ее великодушии. Она посвятила свою жизнь, чтобы помочь семье найти потерянного ребенка, просто чтобы сделать их счастливыми.

Я не могу сказать ей правду. Она никогда не поймет. Уйдет от меня, и я никогда ее больше не увижу. Это мой единственный шанс на счастье… или самый близкий, который мне когда-либо представится. И с каждым мгновением понимаю, что не могу с ней расстаться.

Я делаю большой глоток из своего бокала, затем поворачиваюсь к Эсме.

— Давай поднимемся ко мне, — говорю я. — Я хочу поговорить.

— Ладно, — говорит она, допивая свой напиток.

Я протираю стойку, ставлю пустые стаканы в раковину и выхожу из-за стойки, чтобы присоединится к ней. Снова протягиваю ей руку, и она ее принимает. По моей руке пробегают искры, и мне интересно, чувствует ли это Эсме.

Эта связь между нами, которая выходит далеко за рамки отношений между вампиром и его сиром. У меня были и другие дети, но ощущалось совсем иначе. Никогда не выходило за рамки обычной ответственности. С Эсме все иначе, и я надеюсь, что однажды она почувствует то же самое. Думаю, что я ей действительно немного небезразличен, и это хорошее начало. Это также означает, что мои действия неправильны.

Мы молча пересекаем клуб и поднимаемся по лестнице обратно в мою комнату, но я останавливаюсь прежде, чем доходим до двери. Здесь легче поддерживать разговор. В случае, если она никогда не захочет иметь со мной ничего общего, как только узнает правду.

— Экме… — я с трудом сглатываю. — Мне нужно кое-что сказать.

— Что такое? — выражение ее лица становится таким же серьезным, как мое собственное.

— Я был не совсем честен с тобой…

— У тебя есть другая женщина? — спрашивает она, хотя я не могу понять, серьезна Эсме или нет.

— Никогда, — честно ответил я. — Но, Эсме, я не всегда был таким, какой сегодня. Когда меня только обратили, банков крови еще не существовало. Вампиры питались от людей, и… —