Северная Академия. Претендентка на гильотину (СИ) - Ветреная Инга

— Студент Габриэль! — возмутилась столь бестактным поведением нахала профессор Левкои и подвесила его в воздухе. — Будьте любезны объяснить свое отвратительное поведение!

Мэтт, кинувшись ко мне, помог подняться на ноги, а миниатюрная, но очень храбрая Мади встала передо мной, прикрывая собой. У меня самые замечательные друзья!

— Это из-за нее я проглотил червяка! — беспомощно барахтаясь в воздухе, жаловался студент.

— Вы проглотили насекомое из-за своей лени. Как мне известно, Вы, Габриэль, студент пятого выпускного курса, будущий боевой маг, и не смогли разглядеть, что находится под элементарной иллюзией! — дотошно перечисляла промахи горе-ученика преподаватель. — Что же вы не пеняете на себя за бестолковость и лень? Конечно, легче обвинить другого в своей бездарности! Но благодаря полученному Вами у нас опыту Вы сегодня же откроете учебник по иллюзии и изучите его от корки до корки, чтобы больше никогда не попадать впросак!

— Уверен, профессор Левкои, Габриэль именно так и сделает! Не так ли Габи? — перед Мадиной неожиданно появился капитан гвардейцев, заслоняя нас своей широкой спиной.

Его подчиненные стояли рядом и четко отлеживали каждое движение находившихся рядом знатных отпрысков. Их поведение было странным. Мне казалось, что вояки прибыли сюда защищать столичных студентов, в том числе, и от нас, но на поверку вышло все наоборот. Это нас они защищают от богатеньких сынков и дочурок.

Капитан Веймор оглянулся и посмотрел на меня, лукаво подмигнув, затем вновь направил все свое внимание на зависшего в воздухе любителя полакомиться червячками. Игривое поведение гвардейца немало удивило меня.

— Следуйте за мной, студент Габриэль, сегодня ночью Вас ждет увлекательный мир иллюзии, — голос командира гвардейцев просто сочился сарказмом.

Когда капитан Веймор и Габриэль покинули сад академии, ко мне подскочила Мадина и взволнованно зашептала:

— Ты видела, как он тебя защищал, а как он на тебя посмотрел! О, какой у него был взгляд!!! — закатив глаза щебетала Мади.

— Какой? — рассмеялась я над глупостями подруги.

— ГОРЯЧИЙ!!! — хором прошептали друзья.

— Глупости! — отмахнулась я.

До поздней ночи мы с Мадиной пробыли в лаборатории. Профессор Нияки очень благосклонно относилась к ученическому рвению студентов, поэтому мы всегда имели доступ в лабораторию. Набрав в саду необходимых травок и приготовив нужные ингредиенты, мы с подружкой с головой нырнули в мир зельеварения. И если восстанавливающий эликсир мы приготовили довольно быстро, то приворотное зелье заняло у нас несколько часов. Причем Мадина ревностно отнеслась к его приготовлению и не подпускала меня к своему творению, аргументируя тем, что, если у нее ничего не получится, то в этом виновата будет только она! Поэтому мне пришлось тихо сидеть в стороне, перелистывая учебник редких растений и терпеливо ожидать окончания творчества Мади.

В свою комнату возвращались поздно, уставшие, но очень довольные. Я с целым бурдюком восстанавливающего зелья для поддержания сил огромного крылатого ящера, Мадина с точно таким же количеством приворотного. Завтра нас ждал очень насыщенный день!

В связи с появлением в стенах академии новых студентов, жизнь в общежитии просто бурлила, даже в столь поздний час. По коридорам бродили сокурсники, во всех окнах горел свет, повсюду слышались смех. Быстро приняв душ, мы с подругой улеглись спать, предвкушая завтрашние эксперименты с зельями. Но в таком шуме заснуть было невозможно. Громкий дружный девичий крик вдруг сотряс здание, его поддержала столь же слаженная мужская брань. Неужели условия проживания в нашей академии настолько неприятны столичным гостям, что они так бурно реагируют?

— Девочки, там так весело! Айда за мной! — в нашу комнату ворвался взлохмаченный, но очень счастливый Мэтт. — Новенькие так пищат, пугаются! Корнелия уверовала в Видящего и, отбиваясь от бабочек шваброй, речитативом поет ему псалмы! Позер Габриэль забрался на водонапорную башню и грозится с нее спрыгнуть, если хоть одна мышь пискнет в его сторону. Девицы, потеряв столичный блеск и макияж ревут в три ручья, грозя нас затопить, их надушенные кавалеры забились в одну спальню и отказываются ее покидать, бранясь, как портовые грузчики!

Глаза Мэттью восторженно горели, зазывая нас на всеобщее веселье. В нашей академии никто бы не отказался поучаствовать в столь захватывающем мероприятии.

— А чем занимаются наши славные гвардейцы? — быстро накидывая на себя форму, поинтересовалась Мадина, с которой, впрочем, как и с меня, еще на первых словах столь увлекательного повествования друга, слетели сон и усталость.

— Уточнив, что от устраиваемых нами шалостей их подопечным не будет физического вреда, они разошлись по периметру, охраняя академию и предпочитая не вмешиваться в веселье! — искрясь от удовольствия пояснил златовласый друг, подгоняя нас жестами.

— Значит, капитан Веймор предпочел держать нейтралитет, нежели вмешиваться в разборки студентов, — хмыкнула я. — Разумно!

- Или подопечные достали его до печенок, и он решил отдать их нам на растерзание! — выдала Мадина наиболее близкую к реальности версию.

Мы были уже на полпути к цели — к третьему этажу общежития, на котором разместились гости, когда нас настиг строгий голос ректора Нови:

— Уважаемые студенты Северной Академии! В столь поздний час прошу вас разойтись по своим комнатам. Завтра будет новый день, и всем требуется отдых, в том числе животным и насекомым! Поэтому отпустите несчастную живность! Надеюсь на вашу благоразумность, мои дорогие! Всем спокойной ночи!

И ни слова о перепуганных столичных гостях. Лишь искренняя забота о братьях наших меньших! Вот как не любить нашего ректора?

— Ну вот, не успели! — разочарованно протянула Мадина. — А я так хотела хоть одним глазком посмотреть, как визжит Корнелия!

— Мади, не волнуйся! Судя по тенденции, ее вопли мы будем слышать теперь часто! — успокоил нас Мэттью, провожая до дверей нашей спальни.

Глава 9

Утро было чудесное! Закинув бурдюк на плечо, я бежала к раненому ящеру. Верный, как всегда был рядом. В столь солнечное утро хотелось расправить крылья и взлететь прямо к облакам, ощущая на лице дуновение теплого ветра. Раскинув руки в стороны и подняв лицо к солнечным лучам, я, что есть мочи, побежала по тропе, мысленно представляя себя в полете.

Резкий удар снес меня с ног. Больно приложившись обо что-то грудью и, не устояв, я шмякнулась на землю, а это что-то навалилось на меня сверху.

В памяти вспыхнула ночь, когда Уинслоу пробрался ко мне в спальню и, придавив меня всей своей тушей, задирал подол ночной сорочки. Перепугавшись повторения того кошмара, я начала задыхаться, да еще и тяжесть чужого тела, давившая мне на грудь, не давала сделать ни единого вздоха. Страх накатывал волнами, словно тошнота. Дико извиваясь, я попыталась освободиться. Верный, почувствовав мое настроение, старался мне помочь, рыча и стаскивая с меня незнакомца.

Лихорадочно мотая головой, я не могла разобрать, кто на меня напал.

— Тихо! Тихо! — услышала я мужской голос у меня над ухом. — Я не хотел тебя обидеть!

Слезы уже застилали мне глаза, ком рыданий сковал горло, и я смогла лишь жалобно прошептать:

— Пожалуйста, не надо!

Тяжесть тут же исчезла, и я смогла сделать полноценный вздох.

— Пес, сидеть! — скомандовал незнакомец Верному. — Твоей хозяйке явно нужна помощь! Не мешай!

Мой ужас не исчез, но я смогла сесть на землю, немного сосредоточиться и посмотреть в лицо своему страху. В двух шагах от меня на земле расположился капитан Веймор и пытался урезонить Верного.

— Студентка Айлин, можете успокоить своего пса? У меня нет намерений причинять вам вред! — уверенно заявил гвардеец. — Ответственно заявляю, рядом со мной вы в полной безопасности!

Я махнула рукой, и мой лохматый друг перестал атаковать гвардейца.

— Я не уверена в этом! — честно призналась я, стараясь встать на ноги.