Северная Академия. Претендентка на гильотину (СИ) - Ветреная Инга

Удовлетворенный, я бы даже сказала, благодушный вид наших гостей и содержимое их тарелок, качественно спрятанное под иллюзиями, сильно удивили вошедшее начальство. Приблизившись к госпоже Таре, ректор недоуменно спросил:

— Многоуважаемая госпожа Тара, что здесь происходит?

— Дорогой ректор Нови, к нам прибыли удивительно странные гости. Обычную пищу они кушать отказались, а всякую гадость уплетают за обе щеки, только лапками да хвостиками похрустывают, — прекрасно сыграв изумление, произнесла любимый кулинар академии.

Ректор Нови взмахнул рукой, и тут же дикий визг, как женский, так и мужской, огласил нашу столовую. Резко развернувшись в зал, ректор Нови и профессор Домини имели удовольствие лицезреть, как все столичные воображалы брезгливо выплевывали из своих ртов еще мгновение назад с таким упоением пережевываемых ими червячков, улиток, мух, паучков и тараканов. Так восхитившие Корнелию сочные ягоды, на поверку оказались жирными личинками жуков. Большинство студентов нещадно тошнило.

— Согласен, госпожа Тара, поведение прибывших к нам студентов сложно назвать вписывающимся в установленные приличиями рамки. Променять еду, приготовленную Вашими волшебными руками на червяков и мух — это верх глупости, — грустно качая головой, вздыхал ректор.

Мы с друзьями, как, впрочем, и все присутствовавшие студенты нашей академии тихо посмеиваясь над незадачливыми столичными воображалами, внимательно наблюдали за происходящим. Отплевываясь от «десерта» и забыв про манеры, вытирая рот рукавом дорогого платья, к главе нашей академии подскочила разгневанная Корнелия со своими товарищами по несчастью.

— Это все они! — нервно подергиваясь, верещала она, при этом ее личико брезгливо кривилось от отвращения. — Они подсунули нам эту гадость! — тыча в нашу сторону пальцем, кричала Корнелия.

— Прежде чем обращаться к преподавателю в Северной Академии, Вам следует представиться! — холодно одернул столичную девицу профессор Нови.

— Корнелия Провер — дочь графа Провера! — гордо озвучила свое имя, а заодно и титул отца, блондинка. — Лучшая студентка пятого курса Столичной Императорской Магической Академии, специальность — конструирование оборонительных систем, противодействие ловушкам и диверсиям! — Корнелия так и светилась превосходством над окружающими.

— Прискорбно осознавать, что студентка выпускного курса прославленной академии столь серьезной специальности не может распознать довольно простенькие иллюзии наших второкурсников, — качал головой самый лучший ректор в мире.

Стоявшая перед ним студентка, краснея, переминалась с ноги на ногу, сгорая от стыда. А вот профессор Домини не сводил пытливого взгляда со столичных преподавателей, пытаясь понять отношение коллег к данному конфузу своей подопечной. Но те оставались предельно спокойными.

— Если Вы, леди Корнелия, считаетесь лучшей студенткой курса, что же тогда можно говорит об остальных ваших сокурсниках?! — сокрушаясь, всплеснул руками заместитель ректора. — Ректор Нови, прежде чем допустить молодых леди и джентльменов до учебы, предлагаю провести проверку знаний прибывших к нам студентов, чтобы понять их уровень подготовки, — и, обратившись к ректору немного тише, но так чтобы слышали все в столовой, добавил: — Может быть это отвлечёт их от поедания всякой мерзости?

Покивав своему заму головой, наш уважаемый ректор огласил:

- Студенты, коллеги, гвардейцы! Через полчаса ожидаю всех в общем зале для собраний! — с этими словами ректор со своим заместителем удалились из столовой.

— Ты! — ко мне подлетела Корнелия, презрительно ткнув в меня пальцем и капризно топнув ногой. — Я раздавлю тебя, как дождевого червя!

— Да, да! Я все поняла! — смиренно подняв руки, подыграла я девице. — Была не права, полностью осознаю грозящие мне последствия. В гневе ты, Корнелия так страшна, как дух возмездия, и кара для каждого дождевого червячка поистине ужасна. Я прекрасно вижу, как один из наказанных тобой червячков сейчас виднеется из угла твоего рта!

Лицо избалованной девицы тут же позеленело, и зажав рот рукой, она вылетела из столовой.

Весело хихикая, мы с друзьями вышли на улицу. Была прекрасная погода, отчего же не провести свободные полчаса на свежем воздухе?

— Мадина! — обратилась я к подруге. — Мне нужна твоя помощь.

Глаза брюнетки загорелись азартом.

— Так, так, так! — расплылась она в довольной улыбке. — Кого из вновь прибывших красавчиков будем опаивать приворотным зельем?

Была у моей подружки маленькая страсть — эксперименты с приворотным зельем. И не знало это добрейшее кокетливое существо в своем увлечении ни жалости, ни сочувствия к своим подопытным — ничего не подозревающим молодым людям.

— Зная, Мад, твою тягу к гвардейским нашивкам, подозреваю, что несчастная половина столичного гарнизона, которой «посчастливилось» прибыть к нам, завтра же будет опоена твоей ядреной лабудой, — откровенно подшучивал над экспериментаторшей Мэтт.

— Много ты понимаешь, наш янтарный друг! — возмутилась праведным гневом подруга. — Изготовление приворотного зелья — это настоящее искусство! Необходимо правильно подобрать ингредиенты и не ошибиться в пропорциях, чтобы желанный объект проявил к тебе не только интерес, но и разглядел индивидуальность, а не шатался за тобой по пятам и не нудел о своей безответной любви, лишая тебя сна и покоя, — серьёзно делилась сложностями зельеварения Мадина.

— Чувствуется, что рецепт твоего излюбленного зелья дался тебе с большим трудом и многими жертвами среди подопытных, — продолжал веселиться наш рыжий друг.

Мадина, спохватившись, густо покраснела и потупила глаза.

— Боюсь, моя дорогая, в отношении прибывших вояк ты в пролете! — обрадовала я нашу кокетку.

Решив, что я не верю в ее магические таланты, Мадина возмущенно топнула ногой, готовясь отчаянно доказывать свою состоятельность в качестве ворожеи.

— И твой магический дар тут совсем не при чем! — примирительно подняла я вверх руки. — Они прошли специальные тренировки и, кажется, выработали иммунитет к подобным напиткам.

— Ты откуда знаешь? — с сожалением рассматривая потерянных для интересных экспериментов вояк, спросила подруга.

— Я не знаю, Верный почувствовал, — на автомате ответила я.

Конечно, здесь я слукавила. Будучи прямой наследницей рода Лонгман, одной из знатнейших фамилий нашей империи, я, в отличие от своих сокурсников, чувствовала подобные вещи, а некоторые мне даже удавалось разглядеть магическим зрением. Не все, правда, но многие, так как свой дар я вынуждена была развивать скрытно, боясь обратить на себя ненужное мне внимание окружающих. Хотя, возможно, если бы я проходила обучение в надлежащем моему статусу учебном заведении, то мой дар раскрылся бы в полной мере, но не случилось.

Сильные маги — самородки рождались и в незнатных семьях, именно они и учились в нашей Северной Академии. Чтобы не выделяться среди них, я и скрывала эти, не вписывавшиеся в общие характеристики, способности, боясь привлечь излишнее внимание.

— Поэтому, на забаву тебе остались лишь столичные воображалы. Так сказать, в качестве новых подопытных кроликов! — отважно шутил Мэттью.

Мадина переключила свое уже профессиональное внимание на ничего не подозревавших о грозившей им опасности столичных студентов.

— Одно радует, — серьезно проговорила наша миниатюрная экспериментаторша, — этих не жалко!

Мы с Мэттью дружно покивали головами.

Глава 6

— Так, какая у тебя ко мне была просьба? — напомнила мне Мади, цепко фиксируя особенности изучаемых ею особей. — Я же обещала сегодня сварить тебе зелье от кошмаров.

Мэтт встревожено перевел на меня глаза, для него давно не был секретом недуг, мучивший меня по ночам.

— Нет, я по другому поводу, — проговорила я уже тише, оглядываясь, чтобы нас никто не услышал. — Мне нужно зелье, восстанавливающее силы. И побольше! Но это секрет, о котором никто не должен знать.

Мадина встревоженно окинула меня взглядом, ища на теле повреждения. Мэтт, привычно взяв за руку, стал сканировать мое состояние.