Последний бой Звездного Ангела - Эдуард Наумов

Спокойно спать до утра было не суждено. После полуночи, чуткий сон был нарушен легким скрипом входной двери. Не подавая вида, продолжая изображать легкий храп, немного приоткрыл глаз. Лунный свет, падавший через раскрытое окно, осветил ночного гостя.

Юная девушка, одетая лишь в прозрачную рубашку, накинутую на голое тело, тихо прикрыла дверь и осторожно, на цыпочках двинулась к кровати. Яркий свет луны полностью просвечивал тонкую ткань одежды. Аскольд, забыв об осторожности, замер от восхищения. Юная нимфа была безупречна. В голове мелькнула безумная мысль, что, если бы у ночной гостьи целью визита было – умертвить его, то он не стал бы ей противится. Тело, повторяя за ходом мыслей, заставило разжать руку, предусмотрительно залезшую под подушку и обхватившую припрятанный там кинжал. Возникшее чувство, что юная прелестница проникла совсем с другими целями, крепло с каждым её шагом. Легкая дрожь и нервная поступь выдавала волнение, и это волнение было совсем иного рода.

Подойдя вплотную к кровати, она ловко расстегнула застежку на плече, ночная рубашка с тихим шорохом упала к ногам. Не в силах больше сдерживаться, она нырнула под покрывало. Нежно обняла его голову руками и страстно стала покрывать лицо поцелуями. Она плотно прижалась всем телом к нему, словно стремясь слиться с ним воедино. Сон Аскольда улетучился мгновенно. Усталость, недавно сковавшая тело, распрощалась с ним, и легко взмахнув крыльями, упорхнула в раскрытое окно. Страсть, вспыхнувшая в нем, как искра воспламеняющая порох, лишила рассудка, превратив в ненасытного неутомимого самца. Он обхватил её и перевернул на спину. Придавленная огромным телом, она не могла пошевелиться. А он страстно и исступленно покрывал её тело поцелуями, лаская и разглаживая руками. Свою неопытность, заметную даже начинающему любовнику как Аскольд, ночная гостья с лихвой компенсировала страстным желанием доставить ему наслаждение.

– Ооооооо!!! Даааа, милыыыый, – страстные возгласы пересекались с его звериным рычанием…..

Утреннее солнце гуляло по лицу спящего Аскольда, пытаясь проникнуть под закрытые веки, которые служили шторками, между ним и окружавшим миром. Старания древнего светила были вознаграждены, просыпающийся Аскольд сильно зажмурился, а потом, быстро моргая, приоткрыл глаза. Довольная улыбка, мертво приклеившаяся к лицу после бурной ночи, делала его похожим на ребёнка, получившего в подарок долгожданную игрушку.

Он сладко потянулся и окинул комнату взглядом. Лицо на мгновение нахмурилось, ночной гостьи рядом не было; лишь сладкий аромат, незаметной дымкой щекотавший ноздри, был напоминанием, что это ему не приснилось. Нахлынувшие воспоминания стерли с лица маску недовольства, феерическая ночь крепко засела в извилинах мозга, на всю жизнь захватив пальму первенства среди самых приятных событий случавшихся когда-либо с ним. Глупая, но счастливая улыбка снова заняла своё место на молодом и симпатичном лице. Молодое тело, которое еще не требовало долгой подзарядки, было полно сил. Он быстро оказался на ногах и, не утруждая себя одеждой, направился к умывальнику. Нажал ногой на педаль, установленную под ним, и сразу из затейливой трубки золотистого цвета потекла прохладная вода. Предупрежденный Старком, Аскольд мало чему удивлялся. Всякие диковинные новинки вызывали только живой интерес, но не более. Набирая воду в ладони и бросая себе в лицо, он фыркал и довольно урчал. Еле слышный шорох привлек его внимание. Со стороны двери скрипнула половица. Аккуратно, стараясь не показать, что он, что-то заметил, Аскольд из-под руки бросил взгляд в сторону двери. Две молоденьких девушки, приложив кулачки к личикам, прикрыв чудесные ротики, во все глаза с восхищением рассматривали тело обнаженного Аскольда. Парень усмехнулся, внимание девушек к его персоне, было ему приятно.

Он резко развернулся, скорчил страшную рожу и выпучив глаза, уставился на них. Девчонки не ожидали такого поворота. Что-то с грохотом упало на пол. Замершие от испуга, с округлившимися глазами, они уставились на него. Через мгновение, ступор прошел, и они, как застигнутые воришки кинулись наутёк. Топот маленьких ножек по ступенькам раздавался барабанной дробью, призывавшей войска к отступлению. Аскольд громко рассмеялся. Возможно, что одна из этих маленьких нахалок и подарила ему ночь блаженства. Настроение было лучше не куда и даже мысли о том, что отец с братьями всё еще не в городе не могли его испортить.

Он вышел к завтраку, где и нашел Старка, весело болтавшего с молодой женщиной. Той самой, которая на его счастье вчера вечером захватила Старка в сладостный плен. Если бы Старк остался в эту ночь, то можно наверняка сказать, что юное создание не посмело бы явиться в комнату. Поэтому, присутствием рядом людей, сослуживших такую услугу, наполняло его благодарностью к ним обоим. Но они словно не замечая довольных глаз Аскольда, продолжали ворковать, получая от общения друг с другом, истинное удовольствие. Видимо, старина Старк был в отличной форме, раз не подкачал и оправдал самые лучшие ожидания молодой красавицы.

К обеду в харчевне подъехал обоз отца. Пообедав вместе и, не желая тратить время, наверстывая уже упущенное, ближе к вечеру, они покинули Город.

Глава 7. Возвращение

Минуло 15 лет. Скоротечная война с кочевниками была заведомо не возможна. Разгромленные города не дали долгожданной победы; неумолимые отряды, действовавшие партизанскими методами, долго оказывали сопротивление. Но всё-таки долгий кропотливый труд был вознагражден и окруженный отряд хана был уничтожен, с каганатом было покончено. Ранее предлагавшиеся достойные условия сдачи, в виду продолжительного и кровопролитного сопротивления были отвергнуты русыми витязями. Захваченный хан был публично казнен с соратниками, которые не захотели склонить голову перед новым хозяином. Зрелые женщины из гарема были распроданы подальше от этих мест, чтобы не провоцировать их для проведения лютой и бестолковой мести.

Злобная порода этих людей была не восприимчива к духовным порывам и была обречена на истязания себя и окружающих. Остатки населения, некогда мощного каганата были ассимилированы и полностью растворились в многонациональном котле империи. Первыми пташками, несшими радостную весть в свои края, оказались, в виду странного стечения обстоятельств, наши герои, Аскольд и Старк. После долго пути они были в нескольких днях от дома в предместьях Города, подарившего им в свое время море приятных воспоминаний.

Глава 8. Старый знакомый

В лесу, на опушке, около костра, сидели люди. Их было двое. Самый большой из них прислонился спиной к дереву, второй, откинулся спиной на седло, снятого со спины скакуна. Это были наши герои, с багажом опыта бурных сражений и грузом нелегко прожитых лет. Старк практически не изменился, только усы стали еще длиннее и гораздо белее прежнего. Перемены, произошедшие с Аскольдом, были внушительнее. Крепкий юноша превратился в настоящего мужчину, разница была впечатляющая; примерно такая же, как между годовалым теленком и взрослым быком-самцом. Светлые волосы за долгие годы жизни в степных лагерях еще больше выгорели и стали похожи на пучки соломы, копнами спадавшие на плечи. Загорелое до черноты лицо покрывали белые разводы зарубцевавшихся шрамов. Лишь голубые задорные глаза подсказывали, что это тот самый Аскольд, только слегка подкопчённый и обугленный в горниле затяжной войны. Широкая улыбка обнажавшая ряд крепких зубов, напоминала что он, благодаря крепкому духу не очерствел душой и всё ещё продолжал оставаться человеком.

Товарищи, расставшиеся сразу после приезда на место, так и не имели возможности больше общаться. Пятнадцать лет, проведенных плечом к плечу на войне, развели их по разным отрядам, соединившимся только в самом конце, перед победой. Случай, сведший их вместе, привел в эти же края снова и странно звенел в ушах трелью мистицизма. Судьба свела их в дуэт, и это не казалось случайностью; и понимание важности встречи постепенно наполняло их.

Красный диск солнца медленно прятался за соседними деревьями, постепенно погружая мир в сумерки – символ переходного состояния. Беседа товарищей после долгой разлуки тихим шепотом шуршала в примолкшем перед сменой реальности лесу. Старк что-то опять весело рассказывал повзрослевшему другу, который живо реагировал на его рассказ.

….-И вот получается так, что стоит он впереди нас и нервно озирается по сторонам. Парень то он не из пугливых, но первый бой он всегда проходит как-то напряженно. Верно, говорю?

– Да, – поддакнул Аскольд, – острие первой стрелы, воткнувшейся мне в щит, я сперва надумал сделать талисманом, но когда к полудню этих жал насчитывалось уже больше двух дюжин, я смирился и больше не предавался бестолковому подсчету.