Скучная Жизнь 2 - Виталий Хонихоев

в то гнездо, которое явно для этого не предназначено и как умудрилась только? Сказать Чон Джа что она криворукая и подлежит немедленному отстранению от ценной оргтехники – у него язык не поворачивался. Он пытался сказать ей «может быть ты будешь просто распаковывать коробки, Чон Джа-нуна? Вот какой красивый канцелярский нож», но та его не послушала. Сказала, что проще будет если каждый свой компьютер будет распаковывать и обустраивать рабочее место. И действительно, в этом был бы свой смысл, если бы не то, что Чон Джа упорно продолжала что-то ломать или вставлять задом наперед, вверх тормашками и шиворот-навыворот. Однако Бон Хва был вынужден терпеть и только быстрее собирать свой компьютер, чтобы быстрей двинуться на помощь этой Чон Джа, чтобы она не успела нанести имуществу фирмы непоправимого урона.

Будь сейчас на его месте сейчас Старший – он бы наверняка сказал бы ей, что у нее кривые руки и дебафф на работу с техникой, мягко отстранил бы и сам занялся сборкой, при этом как-нибудь необидно пошутив и сгладив ситуацию. А сам Бон Хва не знал что и сказать, чтобы не обидеть Чон Джа, и чтобы …

- Ты чего, криворукая?! – раздается голос и Бон Хва – поднимает голову. Милая и скромная Юна – упирает руки в бока и напирает на Чон Джа, которая подняла руки, сдаваясь.

- Ты вообще куда засовываешь? У тебя глаз нет? Как вообще можно тут что-то перепутать? Да тут четыре провода и все разные! Ну-ка отойди в сторону, пока не сломала все!

- А? – Чон Джа только глазами захлопала. Бон Хва же – вспомнил какой веселой язвой может быть Юна. Девушка отстранила Чон Джа и быстро присоединила все как надо. Бон Хва только головой покачал. Юна же – вынула из своей сумки лицензию на ведение адвокатской деятельности, в рамке и под стеклом. Бон Хва помог ей повесить ее на стену. «Стена Славы» пока была пустой – лицензия и диплом университета с отличием, вот и все.

Сделать еще нужно было многое – убрать коробки и упакованные материалы, подмести и помыть полы после всего, и наконец – расставить канцелярские принадлежности.

После того, как все было закончено и Бон Хва утер с лица трудовой пот – Чон Джа предложила пойти куда-нибудь перекусить. Офис они сняли на четвертом этаже торгового центра, не самое престижное место, но достаточно проходимое и приличное. Во всяком случае, когда они вышли и закрыли за собой дверь, Бон Хва взглянул на табличку с надписью «Адвокатский кабинет Юны Юн» и почувствовал странное чувство гордости и принадлежности к чему-то большему. Ведь до этого момента не было никакого кабинета, не было этой таблички, а сейчас – вот она. И это все – благодаря им. Старшему, Юны-нуны, Чон Джа-нуны и конечно же самому Бон Хва. Он прикоснулся рукой края таблички. Постоял так, пытаясь понять, что же именно он чувствует. Оглянулся и увидел, что девушки уже ушли вперед по коридору и поспешил за ними.

Уже через пятнадцать минут они сидели в небольшом кафе, в этом же торговом центре и перед Чон Джа и Юной – стояли бокалы со светлым местным пивом, а перед Бон Хва – банка с газировкой, вишня и мята. Многочисленные закуски, сушеный кальмар, полоски копченого сыра, сухарики, полоски вяленой рыбы… запах от жареной свинины и супа с приправами.

- Ну, полагаю, что нужно отметить этот день. – говорит Чон Джа, поднимая свой бокал с пивом: - Юна-онни у нас старший партнер, значит тебе и слово. Скажи что-нибудь.

- А? – Юна отрывается от созерцания своего бокала: - кто, я?

- Другой Юны я тут не вижу. Давай, онни, не стесняйся, ты же у нас главная. – подталкивает ее под локоть Чон Джа.

- Ээ… ну… я если честно пока никак осознать не могу. Вчера я подошла к дяде и уволилась. Совсем уволилась. – говорит Юна: - а теперь мне страшно. Наверное … ну за успех?

- Кто же так говорит? – прищуривается Чон Джа: - от такой речи в этой кафешке тараканы на кухне помрут. Бодрее нужно. Ты же наш полководец. У меня у самой поджилки трясутся, мадам Вонг нас с мистером Эйч завтра на ковер зовет. Так что давай уж повеселей. Хотя как тост пойдет, наверное. За успех! – она поднимает свой бокал. Бон Хва – присоединяется, поднимая банку с газировкой.

- За успех! – говорит он. Чон Джа с двух глотков приканчивает свое пиво и ставит пустой бокал на столешницу, издав тихое «йааааааа!».

- Бон Хва-хубэ, а где твой брат? Он сегодня придет? – задает вопрос Юна и Бон Хва чувствует себя очень неудобно.

- У него дела. – отвечает за него Чон Джа: - он, наверное, дрыхнет сейчас. Скотина такая. Втащил нас в такие неприятности, а сам – спать.

- Извините… а какие у вас отношения с Чжи Мином? – задает вопрос Юна, опуская взгляд вниз: - вы… и правда живете вместе? Вы – его девушка?

- Да нет, кому такой нужен! – отмахивается Чон Джа: - мне просто жить пока негде. А из-а этого миччинома меня с прошлой работы уволили… да еще и с волчьим билетом на всю спину. Мне теперь в этой отрасли делать нечего, уж мадам Вонг позаботиться чтобы меня никуда не приняли. Тск! Так что теперь в адвокатском кабинеты Юн – новая секретарь. Прошу любить и жаловать! – она наклоняет лицо и улыбается такой фальшивой улыбкой, что у Бон Хва аж скулы сводит, как будто половинку лимона сразу зажевал.

- Эй! Нам еще пива! Четыре! – машет Чон Джа рукой.

- Четыре? – Юна смотрит на свой недопитый бокал: - но…

- Между первой, второй и третьей – перерывчик небольшой. Кроме того, онни – ты не допила. Неужели не хочешь успеха нашей компании? – прищуривается Чон Джа: - давай, допивай и уже я тост скажу. Как вторая по старшинству после тебя, онни.

- Хорошо! Ганбэй!