Скучная Жизнь 2 - Виталий Хонихоев

- Что?! Нет конечно! То есть… - он вспомнил свою паническую мысль с утра и бросил взгляд вниз. Все нормально, трусы на нем, наверное, ночью ничего не было.

- Уууу… - протянула Чон Джа, проследив его взгляд: - жениться тебе пора, хубэ.

- Чего это? Я так и проснулся. Уже в трусах. – защищается он: - так что все в порядке.

- Угу. Ты ж их задом наперед и шиворот-навыворот натянул. Видать ночью не разглядел.

- Что?!

Глава 4

Глава 4

- Я все еще не понимаю. – думает Бон Хва, радуясь тому, что со Старшим он может говорить мысленно. Потому что прямо сейчас его легкие горели огнем, его сердце колотилось так, словно было готово выпрыгнуть из груди, а колени дрожали. Если бы не мыслеречь, все что он мог бы выдавить из себя сейчас – это жадные вдохи.

- Не понимаешь, чего, малыш? Зачем нужно тренироваться? Я же объяснял тебе.

- Нет, не это. Сегодня, например у нас в гостях была Юна, так ли обязательно все это делать? И на пробежку бежать и упражнения, и кровать заправлять…

- А мне кажется, что ты пытаешься отдохнуть свыше положенного. Ну-ка… да, так и есть. Бегом!

- Старший!

- Бегом! Давай, давай, шевели своей задницей! Отожрал себе морду на маминых пирожках, жиробасина! Вперед, передвигай ходулями! Это всего лишь утренняя пробежка, а что ты будешь делать когда заговорит крупнокалиберная артиллерия?

- Постараюсь не быть там, где она ведет беседу. – угрюмо думает Бон Хва, набирая скорость и передвигая ногами, начиная попадать в ритм. Старший обучает его именно рывкам, не спокойному бегу вдоль набережной, как это делают редкие встречные, тоже выбравшиеся на улицу ни свет ни заря, чтобы пробежаться. Некоторые из них приветствуют его кивком, здороваясь. Он бегает каждый день с раннего утра вот уже две недели, так что в каком-то смысле уже стал своим, знает кто и как бежит свою утреннюю милю. Девушка в розовом спортивном костюме, с большими наушниками на голове, наушниками, верхний обод которых украшают кошачьи ушки, - она бежит ритмичной иноходью, перебирая ногами так, словно танцует. Ее он всегда догонял ближе к середине набережной, там, где днем торгуют хот-догами и прочим фаст-фудом. Пожилой мужчина в бело-синем спортивном костюме и старых кроссовках… он бежал на редкость быстро, его тело двигалось как хорошо смазанная машина, несмотря на возраст. А еще он всегда улыбался, каждый день на его лице сияла широкая улыбка. Он первый из утренних бегунов начал приветствовать Бон Хва коротким кивком головы. Вот и сейчас – он бежал навстречу, поравнявшись – приветствовал его и побежал дальше, не снижая скорости.

Еще в Лигу Утренних Бегунов входили две женщины среднего возраста, по всей видимости домохозяйки. Одна в красном костюме, а другая – в темно-синем. Эта парочка обычно не сильно-то и торопилась, переходила с бега на шаг и больше наслаждалась свежим воздухом и оживленной беседой, чем бегом. Кроме них с раннего утра на набережной можно было встретить угрюмого парня, явно спортсмена. Он также кивал головой при встрече, но его лицо не озаряла улыбка, если бы не этот его короткий кивок – так и вовсе было бы непонятно, видит он тебя или нет.

Сперва Бон Хва терпеть не мог утренние пробежки, все тело тянет, внутри словно все слиплось после сна, ощущение как будто рвешь себя на части с утра. Но потом – втянулся. И даже стал чувствовать какое-то свое удовольствие в том, что с утра обменивался короткими кивками с совершенно незнакомыми людьми. Ну и разумеется, как только он привык к обычному бегу, Старший стал гонять его короткими спринтами. Восемь секунд – несешься как проклятый, так, словно за тобой сам дьявол гонится. Восемь секунд – шагом. Восемь секунд – сумасшедшего бега, восемь секунд передышки, когда идешь вперед и не можешь надышаться, не можешь вдохнуть достаточно воздуха, а во рту пересохло как в пустыне. И так – шесть раз.

- Быстрей! Быстрей! Еще быстрей! И это все на что ты способен, малыш?! Шагом! – надрывается Старший в голове. Бон Хва переходит на шаг, чувствуя, что его руки падают вниз безвольными хлыстами. Навстречу попадается угрюмый парень в спортивке, он коротко кивает ему в знак приветствия и бежит дальше.

- Шагом! Семь секунд! Шесть! Пять! Четыре! Три! Две! Бегом! Бегом! Шевели задницей, малыш, никто не будет тебя ждать!

Бон Хва ускоряется, он не может даже подумать в ответ, не то, чтобы сказать что-то. Сейчас у него в голове – оглушительная пустота. Есть только он и мягкое покрытие пешеходной дорожки вдоль набережной, есть только крик в голове «Бегом! Быстрее! Быстрее!». Он бежит, выжимая из себя все, что еще осталось, бежит, передвигая ноги и ожидая только команды «Шагом!».

Потом – он идет домой,