Там, где царит Слава - Дарья Бухарова

– Я,… - Сати закусил губу почти до крови. - Я могу…

Воин сощурил глаза. Сати сглотнул, чувствуя, как по спине сползают капельки пота. Стало жарко.

В едва заметном кивке было позволение приблизиться. Умирая от страха, Сати подошёл и в нерешительности замер.

На какое-то время Воин Тени закрыл глаза. Мгновенно сплелись неожиданно длинные, белые как снег ресницы.

Сати наклонился и, отложив флягу, попытался поднять Воина, чтобы он мог опереться на стену. Несмотря на то, что глаза оставались закрыты, а лицо - непроницаемым, Сати краем глаза заметил, как Воин упирается локтём в сыпучий песок, пытаясь помочь ему. От напряжения короста из запекшейся крови на его руке треснула, и там появилась красная кровь.

Совсем как у людей…

Сати удалось посадить Воина только с третьей попытки. Когда тот почувствовал за спиной твёрдый холодный камень, он глубоко, со свистом, вдохнул воздух, словно проверяя на вместительность свои лёгкие.

Потом открыл глаза.

Избегая смотреть в лицо Воину, Сати приложил к его иссушённым губам горлышко фляги. Полная беспомощность Воина Тени обескураживала его.

Воин сделал несколько жадных, больших глотков, но больше пить не стал, отведя голову в сторону. Сати на всякий случай отошёл подальше.

Какое-то время тишину в пещерке нарушал только безразличный ко всему треск костра. Он потихоньку затухал, но по-прежнему громко лопалась в нём кора веточек, что Сати удалось найти в поле.

Воин вглядывался в лицо странного паренька. Почему он не бежит прочь, а пытается помочь ему?

Глаза у мальчишки были чёрные и испуганные. Казалось, у него от ужаса разрывалось сердце. Тёмные брови, жалобно поднятые, почти срастались на переносице. Короткие тёмные волосы, мокрыми прядками прилипли ко лбу. Чуть горбатый острый нос делал его ещё более настороженным. Он был весь как натянутая струна, но убегать опять же не пытался.

Воин продолжал внимательно смотреть на мальчишку.

"Взгляни, как ничтожен этот мир, - вдруг прозвучал почти под ухом у него голос Хозяина. Воин вздрогнул, в злом оскале растягивая губы, чувствуя при этом, как трескаются коросты и как выступает тёплая кровь, - как ничтожны люди, что живут в нём, если они - не такие как ты… Им всем положено знать своё место. Они ничего не могут сделать сами, им нужна рука, которая ведёт их, и этой руке необходимо иногда сжиматься в кулак… Люди будут покорны, только если почувствуют угрозу смерти на своей шкуре!"

Ничего не подозревавший о галлюцинациях Воина Сати принял оскал на свой счёт и попятился.

Но Воин смотрел уже мимо него. Голос Хозяина звучал совсем рядом с ним.

Бессильно зарычав, Воин откинул голову назад, ударяясь ей о стену. Белые слипшиеся волосы взметнулись и вновь легли ему на плечи.

Пытаясь изгнать из сознания голос Хозяина, Воин Тени ещё раз напряг связки, и, сначала издав нечленораздельный хрип, потом сумел выговорить:

– Ты знаешь, кто я?

Сати испуганно взглянул на него и опасливо кивнул.

– Тогда почему ты здесь? - громкий, низкий голос Воина Тени окреп. В глазах мелькнуло недовольство и презрение. - Ты должен был бежать отсюда прочь.

Он чуть сорвался на последнем слове, и появилось ощущение, что он рычит.

Сати не мог найти в себе смелости, чтобы ответить. У него застучали зубы, но он постарался справиться с ними.

– Я не мог уйти. Меня не отпускали.

Тяжело и шумно дыша, Воин какое-то время молчал.

– Кто? - наконец, хрипло спросил он.

– Я не знаю, - растерялся Сати. - Меня что-то держало.

Ноздри Воина раздулись от глубоко вдоха, он наклонил голову и исподлобья посмотрел на дрожащего парнишку. Потом раздражённо скривился, и выговорил, неторопливо шевеля покрывшимися кровью губами:

– Больше тебя ничто не держит. Ты можешь идти. Ты спас мне жизнь, и отпущу тебя живым.

Прежде чем смысл слов дошёл до Сати, он отступил к выходу и бросился прочь.

Воин не повернул головы ему вслед. Он смотрел на затухающий костерок и пытался справиться со своими мыслями.

Он помнил, что он - Воин Тени. Он помнил, что он - не просто Воин. Он помнил, как его называли, помнил, что это было его ненастоящее имя, но не помнил настоящего. Он не помнил ничего, с чем была связана его жизнь в армии Хозяина, кроме самого владыки Силы Ночи и ещё чего-то, какой-то светлой фигурки, призрачной, с совсем не ясными чертами…

Сестра.

У него была сестра.

Воин Тени скрипнул зубами, пытаясь дотянуться рукой до брошенной парнем фляги, но упал, и не мог подняться из-за сковывавшей его движения боли. Он отвлечённо подумал о том, что зря позволил пареньку уйти, потому что сейчас ему действительно нужен слуга.

Вечность сделала его бессильным. Он не может даже напиться воды самостоятельно.

Он яростно закричал, глядя на чёрные угольки перед собой.

Он был Воин Тени.

Но он не помнил себя.

3

Помощь врагу

Двадцать дней прошло с тех пор, как Сати вернулся после долгой прогулки по горам. Двадцать раз поднималось солнце, окрашивая восток в яркие цвета, двадцать раз оно заходило, позволяя ночи опуститься на землю и дать отдых уставшим от света глазам.

Уже много времени Сати не мог уснуть по ночам.

Днём он или забирался на крышу, если нечего было делать, и жевал травинки, изредка сплёвывая, или, если была работа, помогал то матери, то отцу. Но все, и домашние, и соседи, замечали странную отчуждённость, появившуюся в раньше говорливом и любившем компанию пареньке. Он старался как можно меньше говорить, избегал смотреть собеседнику в глаза, словно чувствовал за собой какой-то тяжкий грех.

Он отказывался ходить с матерью на рынок, и она брала с собой других его братьев. Когда отец брал его на работу в поле, он не пел вместе с остальными песни и даже ел отдельно.

Кто-то из соседей стал поговаривать о том, что Сати тронулся умом, а некоторые решили, что он онемел. Мать много раз пыталась узнать у сына, что же произошло, но он избегал ответа, виновато улыбался, предлагал чем-нибудь помочь, в общем, переводил разговор на другую тему.

Все его прежние друзья скоро о нём забыли. Его прекратили звать с собой шататься по деревне, а он всё лежал на крыше или помогал по хозяйству, но совершенно не интересовался внешней жизнью.

Жизнь в деревне кипела. Кто-то из парней постарше сватался за его старшую сестру. Нужно было собрать ей приданое, и мать до ночи сидела вместе с Алесью, шила и вышивала, и где-то рядом с ними крутилась Тия, которой всё было так любопытно и ново.

Отец вздыхал, глядя на все эти сборы, и негромко ворчал о том, что одни расходы с этой свадьбой. Отца если и волновало странное поведение одного из своих сыновей, он никогда не заговаривал об этом. И Сати было гораздо спокойнее с ним в поле, чем дома, пусть даже на раскалённой от солнца крыше.