Вселенка (СИ) - Лана Шорт

  А я с ужасом думала, что случится, когда они не сумеет восстановить принцессину память. Как тут к самозванкам в чужом теле относятся? Нет, мне точно надо отсюда выбираться и прятаться, пока не освоюсь. Только как?

  Трагическим жестом протягиваю к венценосному папаше руки, трясу браслетами-кандалами:

  - Я не могла сопротивляться из-за этих браслетов. Я прошу их снять и учить меня магии, хотя бы для самозащиты!

  Король поджал губы и мрачно взглянул на супругу:

  - Науськиваешь?!

  Упсс, это я что-то совсем не то сказала?

  - Отец, матушка здесь не при чем. Но я испытываю тяжелые телесные муки из-за этих браслетов. Они разъедают мне кожу.

  Встаю с постели и подлетаю к королю, пока он не успел отказать. Сую ему под нос мои многострадальные запястья: кожа под ними действительно красная, с мелкими пузырьками, как от ожогов.

  Один взгляд от короля и подходит доктор, берет мои руки, внимательно осматривает их, поднимает потрясенный взгляд на своего повелителя:

  - Ваше Величество, эти артефакты пьют жизненную энергию принцессы. Я вообще не чувствую в ней никакой магии, даже остаточной.

  Слышу сзади меня вскрик и глухой удар. Поворачиваюсь. Королева в самом настоящем обмороке - упала на пол и не двигается. Король дернулся было к ней, но тут же остановился и сухо приказал:

   - Доктор Крат, помогите моей супруге.

  Тот поспешил к королеве, а король обхватил ладонями мои браслеты, подержал их, и они, с еле слышным щелчком, раскрылись. Кожа под ними выглядела жутко.

  Король, меж тем, приложил пальце к моим вискам и застыл, вслушиваясь во что-то.

  Сзади послышались вздохи, успокаивающий голос врача, всхлипы, потом, с надрывом, голос матери:

  - Ромир, скажи, что он ошибся!

  Король наконец отпускает мои руки и прячет глаза, отказываясь смотреть как на королеву, так и на меня. Так, что-то я не поняла... А как же насчет того, что я сильнейший маг, силу которого аж прятать пришлось?!

  - Аминика, я действительно больше не чувствую никакой магии в нашей дочери, - король, наконец, поднимает глаза и с недоумением смотрит на всех по очереди. - Не понимаю, как это могло произойти...

  Тут рыжеволосая буквально взвилась в воздух:

  - Ты! Ты! - от брызжущей яростью женщины исходила вполне ощутимая угроза. - Ты сделал это специально! Чтобы не подвергать сомнению право Тимира на трон. Право магически сильнейшего ребенка, теперь, точно его.

  Королева потрясла в воздухе сжатыми кулаками:

  - Ты погубил нашу дочь! Украл ее магию! Обманул меня про природу этих браслетов! Это не блокираторы, а аккумуляторы энергии! Они пили Никину силу в течение почти трех лет, а теперь перекинулись на саму ее жизненную силу.

  Королева замолчала, гневно сверкая глазами. Потом вздернула голову вверх и, взглядом, пылающим ненавистью, уставилась королю в глаза:

  - Ты не только убил сильнейшую магиню современности. Ты убил свое родное дитя, Ромир. Она теперь не протянет и месяца.

  Я в ужасе посмотрела на короля. Умирать мне совершенно точно не хотелось. Но вид у папули был совсем не обнадеживающий.

  - Аминика, клянусь тебе, я точно знаю, что браслеты всего лишь блокируют магию. Я не понимаю, как они могли начать ее поглощать! Верь мне!

  Э-э! Алё! Верь - не верь - а как насчет того, что мы, вообще-то, о моей жизни говорим?!

  Я дернула Его Величество за рукав. Да, знаю, принцессы так себя не ведут, но родители совершенно не обращали на меня внимания, так что, на войне за спасение себя - все средства хороши. Король перевел на меня яростно-испуганный взгляд, а я, практичным голосом, заявила:

  - Стоп! Хватит ругаться, есть дела поважнее! Как будем меня спасать?

  ***

  Меня уложили в кровать, королева удалилась в свои покои посылать магического вестника отцу - тот тоже владел магией жизни и мог бы помочь в сложившейся ситуации. Доктор начал вливать в меня жизненную энергию. Король, меж тем, требовал ответа, почему тот раньше не заметил, что браслеты начали истощать мои жизненные силы, и не обратил внимания на исчезновение магии. Доктор Крат отбивался изо всех сил, резонно отвечая, что магии у меня, из-за браслетов-блокираторов, он никогда особенно и не чувствовал. Не в этом ли и заключалась их цель? А про жизненные силы понял только сейчас, когда его целительская магия жизни, которой меня напитали под завязку, рассеялась. Еще и укорил короля, де тот не представляет, как тяжело лечить больных, украшенных подобными артефактами.

  К вечеру появился придворный маг, Деметрий, осмотрел меня, заставил выпить укрепляющий травяной раствор, подержал меня за руки, потом вздохнул и сказал нетерпеливо переминающемуся рядом с моей кроватью королю:

  - Отток сил и жизненной энергии прекратился. Состояние на данный момент стабильное, но никакой магии я в ней не чувствую. Каким-то образом принцесса стала обычным человеком. Все меридианы и каналы тела, по которым обычно течет сила, и которые у всех магов сотканы тысячами нитями с душой, у принцессы сейчас сами по себе. Душа же совершенно отдельно. Не вижу ни одной сохранившейся связи.

  Деметрий в задумчивости почесал подбородок, затем оглянулся на меня, чуть понизил голос и слегка наклонился к королю. Это чтобы я, что ли не расслышала? Я тут же навострила слух.

  - Что бы эти мерзавцы, похитившие вашу дочь, не пытались с ней сделать, одного они достигли совершенно точно - магическое единение души и тела разорвано. Принцесса больше - не маг... Но ее жизни сейчас ничего не угрожает, - громче и оптимистичнее добавил он.

  Вошедшая ко мне в спальню королева, услышав заключение Деметрия, судорожно вдохнула, прижав руку к груди. Король коротко взглянул на нее и мрачно отвернулся обратно к придворному магу:

  - Как такое могло случится?

  - Ну... скорее всего...но, конечно, это чисто теоретическое рассуждение - принцесса из-за блокираторов не смогла поддержать магический гомеостаз организма, связи не выдержали грубого напора извне и просто оборвались.

  - Естественно, это все из-за браслетов подавления, - королева подошла поближе. В руке - вышитый платок, на голове - кружевная мантилья на высоком гребне. - Если бы ты позволил обучать девочку магии, не одел бы на нее эти артефакты, то она бы сама легко справилась с похитителями. Но нет - она же угроза единству королевства! Теперь ты доволен? - весьма патетично воскликнула Аминика, нервно комкая платок. - Ты, нарушивший законы королевства о наследниках и поправший отцовские обязательства перед дочерью? Ты...

  Король дальше слушать не стал, его зеленый камень в обруче яростно полыхнул, и королева больше не произнесла ни слова. Поняв, что не может продолжить поток обвинений, она принялась молча испепелять его взглядом.