Вселенка (СИ) - Лана Шорт

Я тут же обвела комнату взглядом, подсознательно пытаясь увидеть видеокамеры. В том, что их аналог тут присутствовал, я теперь не сомневалась. Иначе, чем объяснить странное поведение этой Таиссы?

Никаких видеокамер и прочих жучков я, конечно, не обнаружила. Откуда мне знать, как они в этом мире выглядят. Интересная ситуация, может, Таисса все-таки на моей стороне?

- Когда я увижу свою мать? – решила прощупать я почву. Ведь если король с королевой не в ладах, значит, она моя естественная союзница? И от монастыря уберегла.

- Ее Величество уже в пути. Королева прибудет к вечеру – мы получили от нее вестник на заре, - безразлично просветила меня Таисса.

- Моя мать – тоже маг? – было бы удачно, если так.

- В королевских семьях по-другому не бывает, - равнодушно ответила Таисса. – Маг, но не такой сильный, как Его Величество.

И бросает молниеносный взгляд на мои браслеты.

Ага, видно, маменька уже пыталась эти кандалы с меня снять. Интересно девки пляшут…

- Деточка, ты очень утомленно выглядишь, поспи пока, наберись сил, - вот, опять эта сверх заботливая интонация.

- Хорошо, - мой слабый голосок еле слышен, сама я обессиленно откидываюсь на подушки и утомленно закрываю глаза. Надо бы как-то все проанализировать, но у меня вдруг совсем иссякли силы и, с неимоверной силой, потянуло в сон. Тут же вспомнила, что последняя фраза Таиссы сопровождалась каким-то непонятным жестом. Может, это она меня магией усыпила? Плохо, когда ничего не понимаешь… Уже засыпая, спросила:

- А что за госпожу Ветер звал?

- Статс-даму Белмару, доверенное лицо Его Величества. Это она к тебе врача привела.

Понятно, Сосулька, значит. Видно, на принцессиного папика шпионит. Так и запомним. Все, я сплю…

Глава 2

Проснулась я от легкого касания к плечу. Кто-то осторожно пытался меня разбудить.

- Ники, проснись, Ники, - звал меня расстроенный женский голос.

Я с трудом разлепила глаза.

Надо мной склонилась совершенно неизвестная мне рыжеволосая женщина лет двадцати пяти.

- Ники, Ники, -  негромко повторяла она.

Я сфокусировала взгляд и, ничего не соображая со сна, удивилась, зачем эта рыжеволосая так принарядилась в больницу, даже бижутерию нацепила, а халат - забыла, спрашиваю:

- А? Что? На процедуры пора?

Эй, почему она на меня так странно смотрит - с какой-то дикой смесью обеспокоенности и радости?  А затем незнакомка облегченно вздохнула:

- Слава Светлейшей, ты говоришь!

Светлейшей, что за ..? И тут я все вспомнила. У нас с принцессой оказались схожие имена, это–то меня с толку сначала и сбило, не поняла, что не ко мне обращались.

Севшим со сна голосом тяну:

- Э-э?

Рыжеволосая внимательно разглядывает меня - а я её. Мои глаза распахнуты от невинного удивления, у меня же амнезия, я ничего не помню, ничего не знаю... А о процедурах - так это я о враче вспомнила. Большие серые глаза женщины подозрительно заблестели, и она расстроенно вздохнула:

- Ты меня не помнишь? Совсем? Я - твоя мама, леди Аминика, королева Денгрийская.

Она моя местная мама и королева?! Это во сколько же она меня, то есть, ее – Ники, родила?

- Доктор сказал, что у тебя временная потеря памяти из-за воздействия артефакта забвения и заклятия послушания. Ты хоть что-нибудь помнишь? Кого-нибудь узнаешь?

Все еще не могу прийти в себя и ошалело киваю ей головой. Потом спохватываюсь:

- Нет! Вообще ничего и никого! Но Таисса мне кое-что рассказала.

Рыжеволосая печально кивает, на её тонком лице – усталость. Я исподтишка ее рассматриваю, она, похоже, расстроена до слёз. Прикусывает губу, чтобы не заплакать, вскакивает и начинает ходить по спальне, лихорадочно теребя жемчужный поясок. Потом, видимо что-то решив, останавливается и так резко поворачивается ко мне, что лёгкий шелк широкой зелёной юбки взлетает и обвивается вокруг ее ног крылом спугнутой птицы.

- Они-таки тебя в покое никак не оставят, мерзавцы!  И жениха твоего убили, и все им с рук сходит! – леди Аминика с ожесточением накручивает на палец выбившийся из причёски длинный рыжий локон. – Но я этого так просто не оставлю!

  Ого, да маменька - решительная женщина! И это она не про моего ли жениха, который двоюродный дядя отца, только что упомянула? Так его убили?  Да и Бог с ним, зачем мне дряхлый дедок сдался? Пусть ему земля, как говориться, пухом будет.

А искренне расстроенная маменька подходит к трюмо, заставленное изящными баночками и хрустальными флакончиками, берет с него портрет в серебряной рамочке, обвитой черной лентой и задумчиво его рассматривает. Потом возвращается ко мне и присев на краешек кровати ласково гладит меня по волосам. А я смотрю на мужчину на портрете и сердце восхищённо замирает - господи, что за красавец! Орландо Блум и Брэд Питт ни по отдельности, ни в одном флаконе и рядом с ним не стояли

- Кто это? – спрашиваю сдавленным от избытка чувств голосом.

- Верес, твой несостоявшийся жених - грустно отвечает мама - ты и его забыла. Портрет прошлой зимой с натуры писали. Да, сразу, как только вы обручились. Ты попросила мага…, - у леди прерывается голос, но она продолжает:

- Он тут - как живой. Жизнерадостный, молодой -  ему ведь еще даже двухсот не исполнилось! Убийцы проклятые … - она тяжело вздыхает, а я впадаю в ступор. Это какая же тут продолжительность жизни?

Странно – почему Таисса позволила мне думать, что жених мой был стар и дряхл? Для чего ей это было надо? А в чем еще она меня обманула? Глупость какая-то – она же должна понимать, что кто-то другой мне правду расскажет?

- Вы с Вересом дружили? – спрашиваю, а рыжая кивает:

- Да. Он - один из немногих близких мне людей при дворе твоего отца… Был…

И, честное слово, мне ее так жалко стало. Я ведь понимаю ее лучше, чем кто-либо: мы обе чужеземки, вынужденные как-то выживать в гадюшнике королевского дворца.

- А что теперь? Почему меня хотели в монастырь отправить? – осторожно пытаюсь направить разговор в нужное мне русло.

- Это все твой отец, - выдохнула с раздражением леди Аминика. – Пожелал тебя главной жрицей Светлейшей сделать, как ты знаешь. Как будто… прости, ты же не помнишь! Его Величество решил, раз в королевской семье тебя больше сосватать не за кого, то станешь жрицей. Чтобы к светской власти ты даже потенциально никакого отношения не имела.

Она передала мне портрет и с яростью сжала кулачки на тонких пальцах сверкнули драгоценными камнями два массивных перстня:

- Совсем из-за своего наследника обезумел!