Сбывшаяся сказка - Елизавета Сагирова

 Джуль потрусил ко мне, вывалив на бок язык и покачивая головой в такт шагам, что выглядело, как приветствие. Я обхватила его за шею, заглянула в серебристые глаза.

 - Спасибо тебе.

 Совсем не обязательно было произносить это вслух, Джуль и так прекрасно чувствовал мою благодарность. Но мне хотелось именно сказать.

 Потом я сидела, прислонившись к дереву и кормила Джуля конфетами из моего рюкзака. Кто бы мог подумать, что такая хищная зверюга окажется неисправимым сладкоежкой. Пока я доставала для него конфеты и разворачивала фантики, он нетерпеливо переступал передними лапами по земле и усиленно махал хвостом, демонстрируя весь свой внушительный набор зубов в широкой «улыбке», которая заставила бы самого хладнокровного сталкера схватиться за оружие.

 - Скоро я познакомлю тебя со своими друзьями. - Сказала я, скатывая фантики в комочек и отшвыривая в сторону. - Надо было сделать это раньше, но… короче, сам понимаешь.

 Джуль понимал. Он вообще понимал меня как никто другой. Его телепатических способностей хватало на это, а поскольку я сама открывала ему своё сознание, связь у нас получалась двухсторонняя. Иначе вообще ничего бы не было.

 У торговца в баре «100 рентген» глаза вылезли на лоб, когда я пришла к нему и, назвавшись сестрой Хмеля, продемонстрировала свою добычу - внушительный набор артефактов, среди которых не было ни одного мало стоящего или часто встречающегося. «Кристаллы», «ночные звёзды», «пружины» и прочий не менее ценный хабар завис и запрыгал в воздухе, заполняя помещение мерцающим светом разных оттенков.

 - Э… Ммм… - промямлил торговец. - Это тебе брат оставил, деточка?

 - Сама нашла. - Ответила я, пропустив мимо ушей «деточку». – И если купите эти, принесу ещё.

 Торговец на время лишился дара речи, но хабар взял и, как мне потом сказали знакомые сталкеры - заплатил без обмана. Впрочем, в этом для него был резон, потому что когда я, распихав купюры по карманам, собралась уходить, он предложил мне постоянную скидку на боеприпасы и медикаменты, если я буду носить найденные артефакты только ему. Я согласилась, а чего бы нет?

 Так и начался головокружительный взлёт моей сталкерской карьеры. Очень скоро слухи обо мне разошлись по Зоне, меня стали узнавать по описанию незнакомые бродяги, тем более, что сделать это было просто – если видишь девчонку в камуфляже, с длинной косой и стареньким АКМ, то, несомненно - это Славка.

 Конечно, многие пытались выведать секрет моего успеха. Напрасно. Я охотно общалась, как с новичками, так и с ветеранами, с удовольствием отзывалась на предложение посидеть за столиком в баре или под открытым небом у костра. Я старалась помогать другим, всегда делилась деньгами и боеприпасами с теми, кто в этом нуждался, но на все попытки вызвать себя на откровенность мгновенно прерывала разговор и уходила под каким-нибудь предлогом. Скоро и до самых твердолобых дошло, что не стоит задавать мне вопросов начинающихся на «а как у тебя получается…». И вообще неписаный закон вольных бродяг гласил: каждый одиночка имеет право на тайну. Нельзя лезть не в своё дело.

 И вот сегодня я обещала раскрыть свою тайну Кактусу и Колотуну.

 Тайна сидела напротив и с уморительным видом трясла лобастой головой. Джуль обожает ириски, но они, то и дело вязнут у него на зубах.

 - Сам виноват. - Сказала я ему. - Не жадничай.

 Джуль перестал трясти головой, завалился на бок и, повизгивая, принялся тереть морду передними лапами. Тоже мне, страдалец.

 Я развернула ещё одну конфету, кинула в рот и задумалась, стараясь не обращать внимания на возню Джуля. Разговор с друзьями у меня сегодня будет долгим. Нужно подготовиться. Нужно собраться с мыслями, получше всё вспомнить и решить с чего начать. Хотя тут и решать нечего. Начинать, несомненно, нужно с моего брата. С Юрки. Со сталкера Хмеля.

  Глава 3.

  О пользе шантажа.

  Мой брат Юрка без вести пропал чуть больше года назад. Он часто уходил в Зону один. Позже его друзья не нашли ничего, что могло бы объяснить, где и как погиб Хмель. Оно и неудивительно - Зона, как и океан, следов не хранит. И спустя неделю после его исчезновения уже ни у кого не возникало сомнений, что Юрка погиб. Ни у кого кроме меня. Брат был моим единственным родным человеком, наши родители погибли одиннадцать лет назад. И я не могла поверить в его смерть. Вот тогда я первый раз и отправилась в Зону – искать брата.

 Не сразу конечно. Пару недель я ревела дома и кидалась к дверям при каждом реальном или показавшемся мне звуке на лестничной площадке. Не могла спать по ночам, меня мучили жуткие кошмары. То я видела, как Юрку уносит быстрая черная река, а я бегу по берегу, но с каждым шагом всё больше отстаю. То он на моих глазах падал в пропасть наполненную клубящимся багровым туманом, падал медленно, потому что время вокруг загустело, и я наверно успела бы поймать его, но не могла пошевелиться. От этих снов я просыпалась, обливаясь слезами, и начинала метаться по квартире - часами, из комнаты в комнату, из коридора на кухню, останавливаясь лишь затем, чтобы налить и залпом выпить крепкого кофе. Было просто невозможно оставаться на месте, находиться в бездействии тогда, когда брат сейчас где-то там, внутри Периметра, в большой беде, взывает о помощи, а никто к нему не приходит! И я решила идти сама.

 Просто вот так, после очередного кошмара проснулась и поняла – я иду в Зону искать брата. Нужно только придумать, как это лучше осуществить.

 И за остаток ночи я придумала.

 Нужный мне небольшой дом на окраине Киева отыскался к девяти утра. Убедившись, что это именно он, я поднялась на крыльцо и, не обнаружив звонка, принялась стучать в железную дверь. Она открылась только минут через пять, и на пороге возник усатый небритый мужик лет сорока пяти, с таким выражением лица, словно намеревался дать по физиономии любому, кто осмелился побеспокоить его в столь ранний час. Увидев меня, он моргнул, пригляделся, и по сузившимся глазам, я поняла – узнал. Хоть и виделись всего один раз мельком. И визиту моему явно не обрадовался.

 - А это ты. - Буркнул он в усы. - Какими путями?

 - Здравствуйте, Бродяга. - Торопливо заговорила я, боясь, что он не надумает захлопнуть дверь перед моим носом. - Мне нужно с вами срочно поговорить.

 - О чём это? - спросил мужик, ещё больше нахмурившись и не делая попыток впустить меня в дом.

 - О моём брате. О Юрке Хмелёве. - Пояснила я. - Вы звали его Хмель.

 - А чего теперь-то о нём разговаривать? – но проворчав это, мужик всё же посторонился, освобождая мне проход. Я торопливо проскользнула в дверь.

 В доме висел тяжёлый запах алкоголя, и повсюду валялись пустые бутылки. Мужик, не предлагая мне сесть, прошел к холодильнику, извлёк оттуда банку пива, открыл и начал шумно глотать. Я немного подумала и позволила себе примоститься на краешек стула. Прикончив банку, мужик, вспомнил обо мне, подошёл и плюхнулся за стол напротив.

 - Ну, здравствуй… как тебя там… Валя? Женя?

 - Славка.

 - Точняк. - Кивнул он. - Помню, что имя какое-то не бабское. Это как полностью-то будет?

 - Владислава. А вы Бродяга, да?

 - С чего ты взяла?

 Я растерялась.

 - Но так вас называл Юрка, когда вы тогда приходили к нам, помните?

 Мужик фыркнул. Кажется презрительно. Но подумав, снизошёл до объяснения:

 - Это такое обращение между свободными сталкерами. Ты ведь в курсе, что твой брательник в Зону шастал? Поэтому и пришла ко мне? Чего надо-то?

 - А тогда, - растерялась я, - как мне вас называть?

 - Никак. - С раздражением ответил мужик, но подумав, добавил – Ладно, раз уж припёрлась - зови Ревуном.

 Я кивнула, подавив дурацкое желание хихикнуть. Ревуны – кажется, вид обезьян? Хотя вряд ли этого мужика прозвали в честь обезьяны. Да и какая мне разница, как его кличут в Зоне?

 - Давай переходи к делу. - Поторопил Ревун.

 Смешно. По дороге сюда я перебрала в уме десятки вариантов того, как лучше начать разговор с единственным, кроме Юрки, знакомым мне сталкером. С единственной моей надеждой, с ниточкой в Зону. Но сейчас все эти варианты из головы улетучились, и единственное, на что меня хватило, это жалко пролепетать:

 - Скажите… вы не видели моего брата?

 Ревун хмыкнул.

 - Видел, конечно.

 - Где?!

 - В Зоне, ясен пень.

 - Вы меня не так поняли. Я хотела спросить, не знаете ли вы, где он сейчас может…

 - Не знаю. - Перебил Ревун. - Он сначала с нами был, потом ушёл один, и всё, больше никто из наших его не видел.

 - Куда ушёл? - Спросила я упавшим голосом.

 - Почём я знаю – куда? Какое мне дело?

 - Но вы же были друзьями!

 - Друзьями? Я и Хмель? – Ревун усмехнулся. - С чего ты взяла? Хмель был, конечно, бедовый малый, да только щенок он ещё, чтобы я его в друзья записывал. Мы сотрудничали иногда, вот и всё. Это он тебе мой адрес оставил?