Понаехали! (СИ) - Поздняк Таша

— У меня в чемодане джинсы, только боюсь, маловаты будут, — Настя открыла молнию чемодана и на пол принялась бросать вещи.

— Вот прикинь прямо на киджаб. И вот кепон те от Насти, — Света выхватила бейсболку с широким козырьком. — И распусти ты свои волосы, иначе с Ликой останешься, — чуть повысила тон.

Айва подчинилась, сняв резинку с волос. Черные волосы упали тяжелой волной на плечи до самой попы. Нельзя так ходить, но раз Светлана просит значит так надо, ведь она так добра.

— Давайте быстрее, я сахарная. — Света не любила дождь, — Айва тебе нельзя на переднее. Обе назад!

Наконец-то уселись. Маздочка легко двинулась со двора. Для Светы это обычная езда, когда одна за рулем, а раньше она всегда каталась одна нажимая газ, заставляя через силу сбавить скорость, постепенно успокаивалась и ехала медленнее, восстанавливая дыхание. Она еще жива и что-то возможно в жизни изменится. И чудо свершилось — вон сидят две чудилки позади, а третья манерная засранка по любому опять разбросает пену по ванной и забудет подтереть пол после себя, да и хрен с этим полом! Главное хоть кто-то живой и не поломанный рядом.

Айва радовалась поездке больше всех, приоткрыв окно выставив ладонь теплому ветерку. Свежая ночка, свобода. Айва просто девчонка со своими мечтами и амбициями, а не чья-то невеста женщина в неволе.

Насте нравилась Тюмень. Особенно в такие моменты, когда не одна и можно немного расслабиться, удобно разместить спину и ноги и смотреть по сторонам, а посмотреть есть на что, не то что в Кургане. Чем быстрее продвигались по Червишевскому тракту, тем напряженнее становилась опять спина Насти. Хозяйка не плохая женщина, но говорить гадости умела. Опять чувствовать себя понаехавшей девкой. Улыбка Айвы и спокойный вид Светланы успокаивали. Настя вздохнула: просто забрать свои вещи и вежливо попрощаться.

Карга хмуро встретила девчат. Настя мямлила извинения за поздний визит. Айву оставили в машине.

Света молчала мерила взглядом хозяйку: обычная женщина лет под шестьдесят, приятная внешне, но сухая и очерствевшая внутри. Ну ничего сейчас напомним как надо говорить с молодыми девушками!

— Мам, кто там? — из квартиры вышел мужчина. Света сразу узнала его. Женатик, с которым «сотрудничала» однажды.

— Квартиранка наконец-то съезжает.

— Вы ее выгнали без весомых причин. Настя, ты по договору снимала или так? Потрудитесь вернуть ей деньги, уплаченные вперед.

— Конечно по договору и тон поменяйте. Приперлась так поздно, — подал голос сынок. Узнал — не узнал?

— Детей разбудите! Чего шумите, — вышла на огонек молодая красивая девушка. Вот чего такой изменять — Светлана стервозно улыбнулась, теперь он узнал! Вспомнил с кем ночку коротал.

— Дорогая, девочка съезжает от мамы и мы сможем спокойно погостить, — мужчина преобразился, никакой грубости в голосе, мямлит и готов облизывать ноги, лишь бы Света молчала.

Бойтесь когда видите на пороге путан. Вот ты где цветной фазан обитаешь, тут же жопу прикрываешь и глазки в пол опускаешь. Свете вовсе не надо рушить его семейную идиллию, лишь бы сука выбирал слова. Еще один на крючке. Нет Света не шантажирует — крыша не позволяет, подергать за яйца можно и кое что срубить. Хищная улыбка.

— Мама, отдай девочке деньги, она заранее съехала.

Карга нехотя поплелась вон.

— Держи и уходите, — карга бросила на пол деньги.

— Подними, — рявкнула Света. Все присутствующие ах подпрыгнули.

— Плохая примета давать деньги в руки вечером. Особенно ночью, — нашлась бабусенция.

— А мы не суеверные! Поднимите или помочь? — Светлана не собиралась отступать. Ее много раз унижали, а Настю не позволю!

— Да да. Давайте не будем шуметь, — у мужчины дрожали яички от того что видел как Света (даже имя вспомнил и было то у них пару раз, когда жена беременела вторым) с особым интересом разглядывала его жену.

Мужчина протянул руку в прихожей за курткой достал купюру. Поднял деньги. Света выше задрала подборок, выражая неодобрение. Мужчина запустил пальцы и смял пятитысячную, чтобы его женщины не видели. Вручил деньги Свете. Вот угораздило же пересечься, потом еще жене подарок неожиданный сделать от внезапного чувства вины.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вот так то теперь Светлана довольна. Иметь можно не только ее. Дверь захлопнулась, мать шипела на сына.

— От греха их.

— Угу от греха нас, — Света схватила сумку и пару пакетов. — Ты стереги остальное. У меня не было столько барахла, когда я только приехала.

— А Вы разве не местная? — удивилась Настя.

— Давай на «Ты», я совсем не старая, — сухо Света, игнорируя вопрос.

Реально рассказать как перебралась в Тюмень и чем занимаюсь?! Ага сейчас! Явно не так беззаботно.

— Сиди! Тебе нельзя, — Света Айве, та вырывалась помочь.

Двумя заходами вещи Насти оказались в багажнике и пакет с плюшевыми медведями на коленях у Айвы. Детский сад — хмыкнула Светлана, вручая деньги в ладонь Настюшке.

— Ты из них выбила сумму за весь месяц. Как так?? — счастливо Настя: эти семь тысяч сделали ее почти богачкой.

— Талант убеждать, — так же хмуро Света, покидая чужой двор.

Мужчина наблюдающие за машиной с балкона возликовал. «Больше никаких проституток». И еще пару обещаний дал себе, надеясь больше не встречать эту сексуальную опасную шлюху. Уж обойдется, а то придется заплатить семьей за часовое удовольствие. Выбросил окурок. И быстрее забраться под одеяло к родной женушке красавице.

В Комсомольском парке у моста Стрелы можно было прогуляться. Света разрешила. Надо дать всё таки Айве волю, нельзя сидеть в четырех квадратах.

Настя радовалась пришедшим деньгам, теперь она сможет заплатить Светлане за еще один месяц, правда условия непонятны проживания да и ладно. Света странная, да по фиг, главное она не одна! И работа через дорогу. И Лика первоначально показалось стервозной особой, так помогла ей, просто слов нет, как всё удачно сложилось!

Айва кайфовала от свежего воздуха, от темноты. Она буквально обнимала деревья и срывала листья, укладывая их в веер. Дома можно сделать гербарий, украсить стены, если только Светочка разрешит.

— А что лучше быть плохой хозяйкой или плохим человеком? — вырвалось у Светланы. Она относительно недавно стала владелицей квартиры в центре, хорошей хозяйкой (надеясь стать и себе хозяйкой) в доме и полюбила порядок вещей.

— Ты это к чему, Свет, — забеспокоилась Настя, бывшая хозяйка делала ей замечания, когда та не сразу мыла посуду и оставляла кружку у бука на столе в съемной комнате и когда появлялась пыль на белом подоконнике.

— Хорошей хозяйкой быть хорошо. Все на своих местах, так удобно красиво. У плохого человека все не так и все люди ему не так, — услужливо ответила Айва, цитируя маму.

Молодец Айвочка, ответила девочка правильно, — Света про себя только не хотела признавать себя плохим человеком.

Света замолчала, не надо портить хорошую теплую ночь внезапными серьезными разговорами. Девушка посмотрела в черное небо. Осень. Опять морозы. Она хотела перебраться в более жаркое место — отогреть климатом душу, но глядя на девчонок, на душе становилось чуточку теплее.

Пока лето, свежие ветерок щекочет макушки девчонок и перебирает листья в высоте. Этот листочек еще поживет, этот листочек измотан и устал — оборвать и дать покой, упасть к ногам путников и там как повезет: попасть в заботливые руки Айвы, попасть в цепкие пальцы Насти или же быть раздавленным под каблуком Светланы. Как бы оно ни было, у всех упавших листьев один конец — оказаться утром в черном мешке для мусора.

Расслабиться, дышать пока тепло. Настроение вернется.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Зато практически у дома тревожные мысли вернулись: машину остановил патруль. Нельзя так радоваться, обязательно какая-нибудь хрень случится. Только Света Мисс Обаяние и Спокойствие показала документы, поулыбалась от уха к уху, эти гаишники ей незнакомы.

— Счастливого пути, — молодой ладный патрульный заглянул в машину, нагибаясь, возвращая документы прелестной красавице без кольца на безымянном пальце. Ну что такая может плохого сделать или перевозить? Как с такой ближе познакомиться? Служба, не положено. Может быть в другой раз, без формы…