Понаехали! (СИ) - Поздняк Таша

Кто-то счастлив. Интересно невеста уже беременна или свадьба по поводу большой любви? Если бы не молодожены на мосту влюбленных — девушка завернула на мост.

На дороге ДТП. Красная тайота стукнулась с черной маздой. Нестрашно: все целы, наверно пострадала только внешность машинок, ерунда, главное живы дурочки. Высокая красивая размахивала руками, ну явно живая.

Пошла дальше прямо, разглядывая прохожих. На пути попадались школьники в старых формах, которые в свои годы носили девочки и мальчики прошлого века. Катя бы и сама с удовольствием села за школьную парту, открыла учебник, взяла ручку и стала бы слушать учителей. Но какой-то год и все — статус школьницы не вернуть.

Прошла Аллею кошек. На Цветном бульваре остановилась — карусели! Эх, прокатится бы на американской горке или «торнадо»!! Надо экономить. Катя загрустила, побрела вперед.

Дошла до Текутьевского бульвара. Как это вообще возможно кладбище по центру города?? Хотя какая разница: город всё равно до нас строился. Теперь расширился. Может быть, когда-то это и вовсе был не центр города, а окраина.

…

Красная тайота заехала в чужие дворы.

«Надо меньше светится на машинке» — подумала Лика, нажимая на кнопочку авто сигнализации. Девушка огляделась, что бы запомнить место. Обошла двор, увидела табличку: Седова 64.

Хотелось покоя. Посидеть в тенечке. Лика вышла из дворов. Перешла дорогу. Увидела деревья, скамеечки.

Катя устала гулять, присела на скамейку рядом с миниатюрной блондинкой. Катю саму нельзя назвать полненькой. Тоже с фигуркой. Но было что-то в этой блондинке. Она красива. И стильная — подметила про себя Катя. Не гламурная. Гламурные носят длинные волосы. А эта коротко подстрижена и это её ничуть не портит.

— Со мной что-то не так? — улыбнулась блондинка.

Катя не ответила.

— Вы здесь кого-то ждете? — через какое-то время снова спросила Лика.

— Нет. Я отдыхаю.

— А дома, что не отдыхается?

— У меня нет дома, — пробурчала Катя.

— У меня тоже. Ну, то есть, я не бомжиха.

— По вам и не скажешь, что вы бомжик.

— Мм, я старо выгляжу?

— Нет.

— Тогда не выкай, ок? — Лика улыбнулась.

— Ок. У меня есть дом. В другом городе, — Катя сильно ощутила, как хочет домой.

— У меня тоже. В другом городе.

Каких-то сто км и заботливые руки некровной матери будут обнимать и уберегать. От всего не убережешь — например от взросления. Надо самой учиться жить и зарабатывать на эту жизнь. Выбрать в конце концов свой путь — всё таки 18 лет!!! Это вам не шутки, это взрослая жизнь.

…

Настя стянула с себя черную рубашку, выданную ей для работы в зале с клиентами.

— Ты чего? — уставилась на нее девушка в комнате, где официанты переодевались к работе.

— Не нравится черный цвет, — буркнула Настя.

— Найти администратора Нину и скажи, что ты уходишь.

«Встречу по пути, скажу». Настю буквально всё раздражало в этом месте, точнее то, что ей предстояло стать официантом. Ходить с подносом, улыбаться, прислуживать.

Нину так и не встретила. Вышла через черный вход. На крыльце стоял куривший парень-бармен. Нет, он не круто выдувал кольца, а просто лениво всасывал в себя никотинчик, растягивая время до работы. Он всё успеет и с доброжелательными мужиками поболтать, когда будет разливать коктейли и посмеяться с девчонками в подсобке и с новенькой бы познакомился поближе, но не успел, ничего страшного — на ее месте будет другая юная проворная девочка.

— Ты всё уже наработалась? — хмыкнул.

— Да! — как-то громко получилось и с облегчением.

Настя реально ощутила свободу. Быть официантом это точно не её. А что ее? Как найти себя и не растеряться по пути к светлому или мрачному будущему.

Девушка в серой кофте с мишкой на груди, в черных брючках переходила дорогу в толпе. Люди разошлись в разные стороны. И вновь предоставлена сама себе. Насте не хотелось брести в съемную комнату, ещё успеет насидеться в четырех стенах с буком, вместо живого человека. Интернет да позволяет чувствовать, что ты не одна: столько знакомых уже в Тюмени через сеть. А на яву она по прежнему одиночка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Всё таки странное место Текутьевский бульвар. Наверно только приезжие обращают внимание на дикость кладбища рядом с живыми людьми. Хотя ведь все мы когда-то были, а сейчас есть, а потом уже и нет. Будет кто-то другой так же бродить, искать необходимое. Работу, друзей, приключения на части тела.

Анастасия присела в парке. Рядом оказался мужчина, начавший с ней разговор. Настя не вытерпела и пожаловалась, что не так просто найти работу.

— Что теперь будет делать? — спросил мужик с большими залысинами на макушке, зачем-то приблизившись ближе.

Стало неприятно. Не от залысины, конечно, ну светит мужик башкой, как зеркалом ну и ладно. Просто бесит: не понравился он ей, она еще помнит прикосновения грубого Алика. Скукожилась. Молча встала. Поспешила удалиться от изучающего ее тела взгляда.

Девчулька-красотулька понравилась и он бы помог помочь — глупышка, ну и ладно пусть ищет работку — консультантом, продавцом. Или кем там еще работают юные создания, решившие идти честным и долгим путем? На его лысую головушку еще хватит молоденьких тел, вон их сколько сочный и нежных приезжает ежедневно в города и он их встретит и поведет своей дорогой.

Надо просто идти и не останавливаться.

Шаг, два.

Новая попытка.

Шаг — шагай

Шагай, шагай…

Настя уселась напротив двух девчонок, так безопасней. Они увлеченно разговаривали: будто сто лет друг друга не видели, видно же что подруги, хотя такие внешне разные. Настя достала наушники. Музыка как успокоительное. Да да пока нет работы и деньги на исходе, всё будет хорошо, надо цепляться за любую работу и перешагнуть свою гордыню.

Настя украдкой поглядывала на подруг. Про себя обозначила их тюменками один и два. Та что один скромно одетая, та что два — её очень быстро можно выделить из толпы: оранжевые брючки, желтая блузка, ещё и блондинка, такая маленькая, зато яркости сколько.

«Тюменки» Катя и Лика обменялись номерами.

«Яркая» встала и затерялась среди деревьев бульвара. «Скромная» ещё посидела, затем и она ушла. Настя пересела на их скамейку: здесь солнце меньше пригревало.

И в ушах припев группы Бумбокс:

«Здесь даже солнца не видно… Говорят…

Здесь нех*й ловить, но… Но мы…

Мы в собственном ритме, мутим то, что помогает жить нам.»

"Сказка" Айвы.

Пока Настя загорала на скамеечке. Света привезла домой Айву.

Захлопнула дверь машины на парковке рядом с домом, не сказать что элитного дома, но всё же квартиры в центре города всегда считаются роскошью. В лифте Айва уперлась об стены, всматривалась в свое отражение в зеркале. Выйдя из лифта Светлане пришлось под руку придерживать юное создание. Вот и дом родной! Скорее открыть дверь.

Айва успела снять пыльные кроссовочки и сразу обмякла в красном кресле, в котором каждый мужчина ощущал себя королем. Светлана поспешила за гостей, благо после последних клиентов, Света навела порядок, только красные повязки и наручники мозолили глаза, девушка запнула их под шкаф. Надо устранить все следы своей деятельности — Светлана напряглась, благо Айва ничего не видит: лежит с закрытыми глазами, ровно дышит. Совсем слаба, надо же так довести себя.

Уже когда отпоив ее чаем с ягодами. Айва рассказала о себе, как ушла гулять и решила больше не возвращаться, как потерялся рюкзак со всем необходимым из дома. Оказалось все необходимое можно уместить в один небольшой неприметный рюкзак, потерянный где то в парках, может украли, может сама проворонила, а вместе с ним и фото семьи, фото отца не стала брать, раз он с ней так! Немного вещей и деньги, ну и золото на себе. Без денег ты вообще ничто, никто не продаст булочку за золотое колечко от девчонки с грязным лицом, продавцы опасались, что вдруг золотце поддельное. А кормить нерусскую оборванку за просто так никто не хочет, с какой стати!? Понаедут всякие.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})