Россия всегда права! - Александр Афанасьев

Ударный вертолет «Сикорский-59».

«Драгун-один»

– У нас две установки ПВО, бронемашина с автоматической пушкой. До черта солдат… теперь уже не меньше ста двадцати – ста тридцати активных штыков. И только четыре ракеты на беспилотнике. И еще вооруженный вертолет.

На спутниковом изображении, увеличенном до предела, было видно, что вертолет не простой – с пилонами – крыльями. На них понятно что – либо «М3», крупнокалиберный пулемет Браунинга, либо «М134 Миниган», либо «GAU-19», трехствольный скорострельный пулемет калибра 12,7. Здесь ракетное вооружение использовать избегали, для противоповстанческих операций использовали вертолеты «ганшипы», на которых было до четырех пулеметов в разных комбинациях. Два на подкрыльевых пилонах, и два – в десантном отсеке с солидным боезапасом. Если эта штука взлетит…

– Давим ПВО и работаем по БТР, как только приблизится. Больше ни на что не хватит.

– Или валим отсюда к долбаной матери, пока целы.

– И у нас есть пушки и пулеметы.

– «Вышка-контроль», здесь «Драгун-первый», вопрос – добро на проведение операции все еще в силе?

– «Драгун первый», у нас нет связи с Вашингтоном. Продолжение операции на ваше усмотрение.

– «Вышка-контроль», вас понял.

Первый пилот, отвечающий за доставку и эвакуацию североамериканской ударной группы, такое решение принять не мог.

– Вызови старшего десантной группы. «Драгун-один», всем «Драгунам» – стоп, всем стоп. Оборонительный порядок.

– Генацвале, это не шутки. – Пилот вертолета, которому североамериканец чуть ли не в сыновья годился, смотрел в глаза североамериканцу, уже вымазавшемуся камуфляжным кремом. Говорили они по-русски.

– Я знаю, сэр. Но и мы не шутим.

– Там до ста двадцати боевиков, включая, видимо, части регулярной армии. Возможно, бронемашина и два вооруженных грузовика.

– Сэр, мы пришли сделать дело, и мы его сделаем.

– Дело твое. Иди и готовься – четыре минуты до цели. «Вышка-контроль», это «Драгун-один», мы продолжаем операцию!

Гнездо Кондора.

Перу

Капитан Риц-Дэвис был внизу, на первом этаже особняка, когда все началось. Началось, как и бывает в таких случаях, неожиданно, внезапно.

Просто вдруг что-то ударило с неба, и на земле, там, где только что была скрытая темнотой скорострельная зенитка, вырос столб огня да искры во все стороны полетели.

В то же самое время что-то взорвалось на самом верху, на доме, да так, что дрогнули тяжелые бронированные стекла. Что-то разбилось со звоном.

Кто-то что-то закричал, пронзительно, в следующую минуту дом наполнился криками и топотом. Просыпающиеся телохранители хватали оружие и бежали занимать позиции, как считали нужным, создавая хаос и панику. Китайская пожарная тревога – вот как это называется.

– Ataque! Ataque![12]

– Madre dios![13]

– Dispara! Dispara! Tak-tak![14]

– Ellos están en el techo! En el techo![15]

Капитан Риц-Дэвис моментально оглядел комнату, схватил то, что ему показалось больше всего подходящим в качестве оружия, – это была лампа на туалетном столике, тяжелая, с абажуром и подставкой из меди. Вырвал из розетки шнур, он тоже пригодится. Обувь была на ногах… все профессионалы, находящиеся на враждебной территории, не разуваются, готовясь ко сну, потому что, может быть, придется вскакивать и бежать, и лучше не босоногому. Прижался к двери, прислушался – в доме стрельбы вроде как не было, только топот ног и крики.

Толкнув незапертую дверь, капитан вынырнул в коридор.

Оружие он добыл довольно просто: улучив момент, напал на пробегавшего охранника и слегка огрел его тяжелой подставкой лампы по башке. Затащил в темный коридор, выдернул из лампы шнур, в два приема связал руки.

От охранника ему достался очень приличный чилийско-швейцарский SIG последней модели с подствольным гранатометом, разгрузка с несколькими отделениями для снаряженных магазинов, ножом и кобурой, в которой было что-то наподобие «Кольта-1911», может, аргентинский, может бразильский, может, и американский. Когда он надевал разгрузку, бандит с темной кожей и характерным разрезом индейских глаз посмотрел на него мутным взором.

– Silencio! – сказал капитан и двинулся вперед.

За Альварадо пятьдесят миллионов долларов САСШ любому, кто привезет его живым или мертвым. Любому! Собственная разведслужба предала его и предала капитально, он не собирался сохранять ей верность. Пятьдесят миллионов – более чем достаточно для отхода от дел, вот только удастся ли их взять. Похоже, те, кто устроил все это, не очень обрадуются появлению еще одного претендента на долю. И капитан мог поспорить – у них стволов больше, чем у него.

Тогда, может, спасти Альварадо? Черт его знает, как повернется…

Капитан остановился около тяжелой портьеры, махнул ножом. Нож оказался острым – с первого раза ему удалось отхватить кусок достаточный, для сооружения шемаха – повязки на нижнюю часть лица, наподобие пиратской…

– Hey tu![16]

Капитан обернулся и махнул ножом. Его противник осел, хрипя и царапая руками стену. Убивать надо не раздумывая, только тогда останешься жив.

Ударный вертолет «Сикорский-59».

«Драгун-один»

В темноте – там, где она сгущается, выдавая наличие построенных человеком сооружений, – полыхнуло пламя. Раз и еще один раз. В черное небо брызнули огненные искры – метеоры…

– Есть.

– Контроль!

Подставлять вертолет под огонь «Эрликонов», не будучи уверенным в том, что зенитные установки уничтожены, – верх глупости. Вначале нужно получить подтверждение, что опасные для вертолетов цели уничтожены, от спутника или от беспилотника и только потом двигаться вперед.

Первая цель была поражена, это сразу было видно: взрывались ящики со снарядами к зенитной установке. Со второй было сложнее, она стояла в самодельном укрытии из мешков с песком, но тоже была поражена. Эта установка скорее прикрывала гасиенду от наземного прорыва по единственной ведущей к ней дороге, чем от воздушного противника.

– Цели один и два поражены. Небо – чисто.

– Смещаемся на позицию два. Бортстрелкам – огонь по любым враждебным целям! Десанту – минута до сброса!

Вашингтон, штат Колумбия.

Белый Дом, ситуационная комната

– Что происходит?! Кто-нибудь может сказать, что, ко всем чертям, происходит?

– Вероятно, какие-то проблемы, сэр. У нас нет прямой связи с группой.

– Черт…

Видно было плохо. Точнее – почти никак не было видно. В десантных отсеках было включено освещение, но его было явно недостаточно для таких маленьких камер. Все они передавали одно и то же – десантники сидели по бортам вертолета и смотрели друг на друга.

– Тодд, если мы и на этот раз его упустим – нас просто распнут.

– Никто ничего не узнает, сэр.

– Сэр! – Генерал Фернесс смотрел на свой «Блэкберри», на который пришло шифрованное сообщение. – У них проблемы. Кажется, крупная группа сил противника приближается к точке Альфа. Русские обсуждают вопрос об отмене операции.

– Противника? Какого, к чертям, противника?

– Вероятно, местные полицейские или военные.

– Черт бы их побрал…

Все смотрели на экраны – как на захватывающее кино. Вот только кровь в этом кино была не из томатного сока.

Изображение чуть дернулось.

– Хэл, смотрите! Что это?!

Президент был азартным футбольным болельщиком и в подобных ситуациях просто не мог усидеть на одном месте.

– Сэр, кажется… они продолжают операцию, – сказал бывший командующий морской пехоты, который и сам первым лейтенантом – высаживался так же вот в Панаме.

– Да, они продолжают, – подтвердил и министр безопасности Родины, хотя мало что в этом понимал.

Штурмовая группа

«Золотые»

Вертолет чуть пошатывает в потоках воздуха, в унисон по обоим бортам грохочут крупнокалиберные пулеметы, подавляя огневые точки. Снизу настоящий шквал огня, гасиенда сделана крепко, удар ракетой по крыше и стоящей на ней зенитной установке уничтожил зенитную установку, но не повредил крышу!

– Быстрее! Быстрее!

Земля летит навстречу, раннее утро, и все как в тумане. Перед гасиендой разбит регулярный английский сад, каждая клумба – как укрытие. Что тебе, что твоему противнику…

Капрал Бен Годак спустился по тросу последним, сразу после него вертолет начал смещаться в сторону, поливая пулеметным огнем здание. Четыре крупнокалиберных пулемета русских, применяемых с воздушной платформы, изрядно меняли ситуацию в пользу американцев, потому что их огня не выдерживали ни стены, ни укрытия.

– Сюда! Сюда! Сбор!

Их группа – «Золотые» – собралась за фонтаном, его чаша была такова, что можно было даже стоять пригнувшись. Высадили их чисто – только трое раненых, при таком сопротивлении – это ничто…