Россия всегда права! - Александр Афанасьев

Март второго года. Североамериканская армия оцепляет целый квартал Мехико – по предположениям, там находится Альварадо. Операция длится три дня и стоит жизни семнадцати американским военнослужащим и двум сотням мексиканцев, используются боевые вертолеты. Альварадо не обнаружен.

Май четвертого года. Эскадрилья палубных самолетов-штурмовиков наносит внезапный массированный удар по одному высокогорному району в Колумбии. Некий агент должен был активировать маяк, когда Альварадо прибудет на тайную базу в горном районе, – проинспектировать нарколабораторию. Маяк активирован, и североамериканцы наносят удар – снова впустую. Через несколько дней останки агента в мешке подбрасывают к зданию посольства САСШ.

Август пятого года – одно из самых серьезных покушений. Имя Альварадо нигде не называется, но, по данным Отдела специальной документации МИД, это было покушение именно на Альварадо. Перу, Лима. Очень подозрительная страна, во главе которой человек с японскими корнями. В один прекрасный день в Лиме на стадионе происходит мощный направленный взрыв, ударная волна направлена на VIP-трибуну. Сорок один погибший, несколько сотен раненых. По данным ОСД, именно на этом матче должна была состояться встреча представителя президента Перу, Мануэля Альварадо и еще кого-то, предположительно посланника японского Генштаба. Тот, кто решил сорвать эту встречу, не пожалел тротила.

Январь апреля седьмого года. Массированная операция в горах Колумбии, десятки самолетов и вертолетов, целая восемьдесят вторая воздушно-десантная дивизия, военные советники, местные части. Официально цель – разгром возрождающейся картельной инфраструктуры – колумбийцы недовольны ценами, какие им дают за товар мексиканцы, и хотят делать бизнес как раньше, с картелем продавцов, а не монопольным покупателем. Неофициально все это имеет целью подорвать экономическое могущество Альварадо, который вкладывает деньги авансом в наркотики. Одновременно с этим целый каскад специальных операций начинается в Мексике и Бразилии, цель – додавить сопротивление, лишенное финансовой поддержки. Операция частично признается успешной – разгромлено более сорока нарколабораторий, изъяты сотни тонн кокаина, в боях убиты тысячи наркомафиози и экстремистов. Однако летом сопротивление вспыхивает с новой силой.

Сентябрь девятого года. Массированный удар палубной авиации по одной из гасиенд, расположенной в северных штатах Мексики, цель – Мануэль Альварадо. Снова агентурные данные, и снова провал, но на этот раз – провал с большим скандалом: погибли гражданские, Альварадо никогда не было на этой гасиенде. Слушания в Конгрессе и ограничения на действия североамериканских войск в регионах локальных конфликтов.

Ноябрь девятого года. В ответ на новые правила, введенные Конгрессом, создается специальная группа, состоящая из специалистов СРС, АНБ и министерства обороны. В группу включены несколько опытных снайперов, стреляющих на дальние дистанции, имеется авиационный компонент, несколько беспилотных самолетов, работающих конкретно на эту группу. Цель – уничтожить Альварадо любой ценой, это уже своего рода мания. Считается, что без уничтожения Альварадо САСШ не смогут вывести войска из Мексики, не рискуя потом войной за южные штаты, либо даже сецессией – в южных штатах полно ненавидящих север, да и просто мексиканцев. Достоверных данных очень мало, но есть основания полагать, что группа совершила, по меньшей мере, две безрезультатные атаки на Альварадо.

Государь отложил папку в сторону. Допил свой чай, хотел попросить еще, но передумал. Одиночество – это роскошь, не стоит ею пренебрегать.

Во всем этом есть два настораживающих момента.

Первый – человек просто не может выжить при таком количестве покушений, если ему кто-то серьезно не помогает. Причем этот кто-то должен находиться на другой стороне и занимать довольно высокое положение, чтобы знать о происходящем и своевременно сообщать о готовящихся ударах.

Откуда может быть этот человек? Комитет по разведке Конгресса? Сенат? По совершенно дикому положению законодательства они имеют право потребовать от североамериканских разведслужб предоставления всей информации, причем не только о завершившихся операциях, но и об активных, а также о планирующихся. По мнению Государя, это была глупость, граничащая с изменой. Или это какие-то разведывательные структуры? Госдепартамент? Нет, вряд ли, их если и информируют, то уже постфактум. На чем взяли этого человека? Деньги? Сын – наркоман? Сам употребляет наркотики – а может быть, даже и такое, несмотря на регулярные проверки на полиграфе, на наркоманию-то не проверяют. Как бы то ни было, у Альварадо должен быть такой человек в Вашингтоне, и, возможно, не один.

Второй момент – само противостояние Альварадо и Вашингтона. Как мог многолетний представитель Северной Америки в криминальном мире Америки Южной выйти из-под контроля и стать злейшим врагом? Почему вообще североамериканцы придают такое большое значение этому человеку и тому, что он делает? Ведь его идеи о сецессии южных штатов – да, они опасны, но опасны идеи, а не сам человек. После того как они вброшены в употребление, человек, их вбросивший, уже не имеет значения, идеи начинают жить своей собственной жизнью. Почему североамериканцы не думают о том, что после смерти Альварадо выпавшее из рук знамя не подхватит другой.

Деньги? Может быть. Но, в конце концов, в этой части света деньги – это кокаин, а кокаин – это деньги, и со смертью Альварадо кокаин не умрет, он будет продолжать жить, течь на север и калечить там людей.

Вмешивается флот. Этими двумя словами можно определить Его политику в области безопасности и реагирования на внешние угрозы. Армия предназначена для защиты родной земли, флот для того, чтобы отстаивать интересы Российской Империи у далеких берегов. Если какая-то операция требует больше, чем просто вмешательство флота – значит, этой операции не бывать, России она не нужна. Но здесь… здесь надо действовать очень осторожно, чтобы не дать себя затащить в эту кровавую кашу и одновременно добиться того, чтобы история пошла по нарисованному тобой пути. Когда в болото падает большой камень – все жабы бросаются в разные стороны.

Как все-таки неприятно. Как неприятно рисковать даже десятком русских людей в той кровавой каше, которую заварили другие, ведь по справедливости им и хлебать. Но если ты не воюешь на чужой земле, будь готов воевать на своей, и то, что они запланировали сделать, нужно сделать. Своей помощью он оказывает большую услугу североамериканцам. Любая операция, даже самая тайная, требует выделения значительных материальных ресурсов, это все проходит по документам, а после некоторых последних событий североамериканские военные боятся ставить подпись под документами, больше даже, чем самого лютого врага. Здесь же все обеспечение предоставляет Российская Империя, и что бы ни случилось, для североамериканцев все будет шито-крыто, а Ему тут и вовсе не перед кем отчитываться. Кроме как перед собственной совестью и перед богом.

Николай взглянул на часы – он носил самые дешевые «Павел Буре», подаренные ему офицерским собранием. Через три с небольшим минуты спутник войдет в зону проведения операции. А это значит, что ему нужно быть не здесь.

Государь поднялся, взял в одну руку чашку – может быть, уже заварили свежего, в другую папку – ее надо вернуть секретчику, требования едины для всех. Пора.

Его Величество, Николай Третий Романов, прошел по бетонному, освещенному мертвенно-бледным светом светодиодных ламп коридору, машинально отвечая на приветствия идущих навстречу людей. Свернул в отнорок, который вел к главному залу боевого управления, дежурившие у массивных дверей морские пехотинцы отдали честь и открыли перед Государем дверь, весившую несколько тонн. Государь шагнул внутрь, думая о том, что все-таки нужно заставить историю двигаться по нарисованному в России пути. Нужно, наконец, раз и навсегда разобраться с Главным Противником – эти два слова русские офицеры писали с большой буквы, чтобы не забывать, что они означают.

– Господа офицеры! – скомандовал дежурный.

– Вольно.

– Вольно! – продублировал дежурный.

Государь отдал папку с жизнеописанием человека, которого они должны были убить, подскочившему секретчику, подошел ближе к экрану. Это был совершенно необычный экран – не вертикальный, а горизонтальный. Огромный стол размером десять на шесть метров, на котором специальная система создавала миражи. Объемные карты местности, причем это были не просто карты местности, как на карте, – система умела визуализировать спутниковые снимки, автоматически выбирала самые последние из базы данных, умела имитировать движение и действия любой техники, что нашей, что техники противника. Офицеры, стоящие у этого стола, могли как бы смотреть на землю примерно с пятнадцати-двадцатикилометровой высоты, визуально видя все происходящие события в трехмерном ракурсе. Поскольку система была отработана еще не до конца – на стене, там же, где он и должен был быть, висел электронный планшет, но сейчас он мало кого интересовал.