Исполнитель желаний - Василий Акулов

— Не смейся, мне кажется, что если ты ну очень захочешь попасть на соревнования, то произойдет чудо. Я тоже этого хочу, — немного повысив голос, произнесла Диана. — Все будет как надо!

— Мне бы твой оптимизм, — отозвался Макс уже из своей комнаты. — В школу не опоздай, отличница.

— Сам не опоздай, — ответила девочка и, довольная, пошла одеваться.

В школе уже узнали о том, что Марина Тополева почувствовала себя намного лучше. Пылкин подлетел к Поле и Дине и затараторил:

— Маринка поправляется, вчера ее перевели в палату, она уже разговаривает и скоро будет вставать.

— Спасибо за информацию, — сказала Диана.

— Пожалуйста.

И Дима побежал докладывать новость всем, кто только что пришел.

На уроке литературы ребята устанавливали очередь, кто в какой день будет навещать Тополеву.

У Дины разрывалось сердце. Ей так хотелось рассказать всем, что это она спасла Марину, что у нее есть волшебный кулон. Девочке было бы приятно, если бы ей завидовали. Ну как тут хранить молчание!

Но Диана понимала, что, скажи она всем об этом чуде, и сразу толпы одноклассников помчатся в треугольник и будут искать там похожие предметы. А с ними может что-нибудь случиться, дай зачем всем иметь «кулон желаний»? Тогда может начаться полная неразбериха.

«Но Фомичеву я точно скажу», — решила Дина и стала ждать удобного момента для разговора с Артемом.

Такой случай представился на большой перемене. Дина позвала Артема в коридор, они выбрали самое дальнее окно, встали около него, и девочка начала:

— Твой подарок просто замечательный, спасибо тебе.

— Чего это ты вдруг про него вспомнила? — удивился Фомичев.

— Я тебе скажу — ты не поверишь.

— Ну?

— Этот кулон волшебный, — девочка наблюдала за реакцией одноклассника.

— Опять? — сдвинул брови Артем.

— Нет, он хороший, безвредный, — начала Дина, а потом добавила: — Наверное.

— Ну?

— Чего ты нукаешь? Эта твоя «сосулька» исполняет все мои желания.

Фомичев уставился в окно, явно что-то обдумывая. Тут к ним подошла Полина. Она увидела немую сцену и решила тоже помолчать.

Артем потер лоб и спросил:

— Это абсолютно точно?

— Да.

Мальчик знал, что М-ская зона — штука непонятная и неизведанная. Поверил Дине он сразу и теперь думал, нужно ли что-нибудь предпринимать или так обойдется.

— Что он тебе сделал?

Дина догадалась, что Артем спрашивает о желаниях.

— Марина поправилась, Романова на звезды согласилась, Полине подарят понравившуюся игрушку, дома елку поставили, Евсеев молчал минут пять, к нам приходил Дед Мороз, ты в снегу валялся…

— А, так это по твоей милости я решил в сугробе полежать? — Мальчик серьезно посмотрел на Дину. — Знаешь, не нравится мне это.

— Почему?

— Ты можешь манипулировать людьми, им это не придется по душе.

— Никем я не манипулирую, — обиделась Диана, но тут же поняла, что Артем прав.

— Тополева выздоровела — это, конечно, хорошо, но, быть может, тебе отнести этот кулон обратно или я давай отнесу?

— Ты просто завидуешь, Артем, признайся, — улыбнулась девочка.

— Иметь такую вещь приятно, но только тому, у кого она есть, а остальные…

— Если начнут исполняться желания всех — вот это будет плохо, — повторила Дина слова отца.

Фомичев молчал. Девочки никогда не видели его таким серьезным и озадаченным. Он явно хотел что-то объяснить Дине, но не мог подобрать подходящих слов, которые могли бы убедить ее.

— Сначала ты пользуешься кулоном только во благо, но где гарантия, что потом ты не будешь ради своих личных целей применять его кому-то во зло?

— Ты чего? Меня не знаешь?

— Власть меняет людей.

— Какой ты умный! — Дине надоел этот бестолковый разговор.

Девочка думала, что Артем обрадуется, удивится, а он как-то странно себя повел.

— Прошу тебя никому не говорить о том, что я тебе сейчас сказала! — официальным тоном произнесла Диана. — Будет лучше, если ты забудешь нашу беседу вообще!

Она повернулась, схватила за руку Полю, и девочки пошли в класс.

Артем совсем не хотел ссориться. Но бежать сейчас за Диной он тоже не стал. Мальчик решил подождать немного и посмотреть, что будет дальше.

Диана поймала себя на том, что она злится на Фомичева. «Ему же хуже, если он не верит», — думала девочка. Кулончик заблестел, переливаясь, но Дина не заметила этого, иначе она подавила бы эти мысли в зародыше.

На уроке английского языка Диану вызвали к доске. «Совсем забыла захотеть, чтобы меня не спрашивали», — вспомнила она, но было уже поздно. Девочка так волновалась, что не могла ни о чем думать.

Самуэль Карлович произнес что-то по-английски и вопросительно посмотрел на Дину. Та стояла, от неожиданности даже не понимая, что хочет от нее учитель. Пауза затягивалась, и по классу стал пробегать тихий шепот. Диана взяла себя в руки и подумала: «Ну пусть что-нибудь произойдет и меня спрашивать не будут».

Вдруг учитель закашлялся. Ребята знали, что у Самуэля Карловича астма, и сейчас, видно, начался приступ. Такое в школе уже случалось.

Учитель не мог остановиться: кашлял, задыхался. Туманова вскочила и побежала к директору вызывать «Скорую помощь». Педагог рылся в портфеле в поисках ингалятора, но найти его никак не мог.

Дина стояла, ошеломленная. «Это я? — подумала она. — Я этого захотела?! Не может быть!»

Бедный Самуэль Карлович заходился кашлем. Вскоре прибежала медсестра из школьного медпункта. Зная, чем страдает учитель английского, она взяла с собой лекарство.

Спустя еще пятнадцать минут, которые показались всем вечностью, приехала «Скорая помощь» и забрала педагога в больницу.

«Какой ужас… — Диана не могла поверить в происшедшее. — Я не хотела этого».

Урок, естественно, сорвался, и ученики сидели теперь в классе в ожидании следующих. К Дининой парте подошел Фомичев.

— Это твоя работа? — тихо спросил он.

— Я не хотела, — выдавила из себя Диана.

— Не хотела?

— Просто я загадала, чтобы меня не стали спрашивать.

— После того, как тебя вызвали? — Артему нельзя было отказать в сообразительности. — Естественно, просто посадить тебя на место он не мог, поэтому произошло то, что произошло.

Мальчик отошел, оставив одноклассницу наедине со своими мыслями. «Пусть приступ у Самуэля Карловича пройдет», — пожелала расстроенная девочка.

Тут у нее вдруг закружилась голова, и она услышала странный перезвон. Где-то такое уже было? Потом в памяти всплыли строчки: «Мы желанья не меняем, так что сразу думай точно…» От этих слов Дине стало жутко. До ее сознания вдруг дошло, что ничего изменить она не сможет — раньше надо было думать. Головокружение прошло, но строчки так и крутились в голове. Дина пыталась вспомнить, откуда они. Она точно знала, что эти словам принадлежат тому, кто исполняет ее желания. Или йх много? «Сосульки»? Одна у нее. И она начинает показывать свой нрав. Откуда слова?

— Ты заснула, что ли?

Дина поняла, что эта реплика относится непосредственно к ней. Поля повернулась и дергала подругу за рукав.

— Полина…

— Не переживай ты так, — успокаивала Дину Поля. — Всякое бывает.

— Фомичев прав, это я виновата.

— Ты же у нас волшебница. Стоит тебе захотеть, как все будет по-прежнему.

— Нет, — ответила Диана, — это мне не под силу.

— Что ты говоришь? — Полина обеспокоенно взглянула на подругу. — Почему?

— Не могу менять желания, — упавшим голосом сказала Дина.

— С чего ты взяла?

— Знаю.

— Попробуй, — предложила Поля.

— Уже все бесполезно, — с отчаяньем посмотрев в глаза подруги, проговорила Дина.

Полина пожала плечами. Такой поворот дела ее немного пугал, и она не знала, что на это ответить.

— Мне надо подумать, — Диана закрыла лицо руками.

На следующем уроке «плавал» Фомичев. Неизвестно, что с ним произошло, только он не мог ответить даже на элементарный вопрос. То же самое случилось и на уроке ботаники, и на алгебре, и на других предметах — к концу дня Артем нахватал столько двоек, сколько у него не было за год.

«Я Фомичеву зла не желала, — подумала Диана. — Кажется… Но, помнится, злилась. Что же, опять я?» Поверить в такое было страшно. У нее разболелась голова, и после занятий Дина сразу пошла домой.

«Что же это такое? Почему так получается?» Девочка лежала на кровати, глядя в потолок, и думала.

Мысли ее были горькими, настроение хуже некуда, ко всему этому примешивалось чувство вины.

Все так хорошо начиналось, а теперь выходила сплошная ерунда. Можно ли что-нибудь изменить, девочка не знала. Она решила сходить к Артему, чтобы он вместе с ней отнес кулон туда, где он был найден. Не надо ей никаких желаний — хотелось все вернуть на круги своя.