Салам тебе, Далгат! - Гулла Хирачев

— Нравится? — спросила Меседу. — А на меня здесь девочки так пялятся, как на дуру… Я Диму видела.

— И что Дима?

— В армии отслужил, сам причем напросился. Повидать жизнь захотел, — Меседу хмыкнула. — А он же с высшим образованием, так что служил только год.

— Сейчас все год служат.

— Значит, это было еще до того, — нахмурилась Меседу — Ну вот. А по понятиям одногодников больше всего не любят! Ну да ладно, попал он в Смоленскую область, а у них же как — дагов и вообще кавказцев они стараются помногу в одну часть не отправлять. Но у Димы в части все равно набралось пять человек.

— Дима же сам — русский…

— Вот он и говорит. Мол, я вроде бы русский, а все равно из Хачландии, — Меседу засмеялась. — Короче, наши пацаны впятером всех построили. Сержанты им ноги мыли, офицеры в шестерках ходили. А Дима с ними. Унитазы не чистит, полы не подметает. Одного лезгина наши с веником в руках заметили и за это в унитаз головой макнули.

— Я вообще не понимаю, зачем в эту чмошную армию лезть самим?

— Нет, Дима говорит, наши сами в армию просятся и взятки платят, чтобы взяли. После армии можно в милицию устроиться или еще куда-нибудь… В общем, вызывают Диму к замполиту. Что ты, говорят, ведешь себя, как черножопый. Ты же русский.

— А Дима что?

— А он и рад бы дисциплину соблюдать, но тогда его свои даги побили бы. Он замполиту и отвечает, мол, готов соблюдать уставы, если мне обеспечат личную безопасность. А они никакую безопасность обеспечить не могут. Посадили его на гаупвахту с каким-то цумадинцем. Они там не ели, чтобы в туалет не хотелось. А по-маленькому в бутылку ходили и через решетку передавали. А на третий день подрались с цумадинцем. Офицеры смотрели, смеялись. Один за «белого» болел, другой — за «черного». Короче, Диму перевели в какой-то типа штрафбат или как там это называется, я не разбираюсь. Там все, говорит, какие-то дохлые, все боятся чего-то, один себе вены вскрыть хотел. Дима на них удивлялся.

— Оставайся здесь, Меседу, зачем тебе этот Питер? — сказал Далгат. — Там думают, что мы все — бандиты и дикари.

— А здесь думают, что русские мужчины — все пьяницы и слабаки, а женщины — проститутки. Какая разница? — спросила Меседу. — Все равно никто никого не любит.

— А я сейчас с одним парнем разговаривал, — признался Далгат, — он вроде бы из этих, лесных братьев.

— Да ты что?

— Хочет ко мне в гости зайти. Или меня к себе позвать, я не понял.

Вошла и вышла румяная официантка, оставив на столе дымящийся шашлык и графин с прохладным соком.

— Не ходи, Далгат! — сказала ему Меседу серьезно, наполняя граненый бокал. — Знаешь, что с моим братом стало, Гимбатом? Он познакомился с ребятами, пошел к ним на квартиру. То да се. Про религию стали говорить, про беспредел в республике, коррупцию. Брат, конечно, соглашается. Да, говорит, действительно, все ужасно, надо что-то делать…

— А дальше?

— А дальше обнаружилось, что эти ваххабиты связаны с органами и все снималось на камеру, чтобы брата шантажировать. К нему бы подошли и сказали: вот кассета, на ней видно, что ты в логове экстремистов, так что выбирай. Или мы тебя сажаем, или ты уходишь в лес.

— Зачем им это?

— Они так вербуют. Им самим выгодно, чтобы здесь было неспокойно. Гимбату повезло, что папа сам в органах работает. Он когда узнал, что его сына тоже замешали, такой бледный ходил. Поговорил с кем надо. В общем, все обошлось. Но это Гимбату так повезло, а другим? Так что даже не думай с ними общаться.

— Может, ты не так поняла, — протянул Далгат, — что-то не верится.

Меседу снова засмеялась.

— Вот ты смешной, Далгат. А я Сакину видела недавно. Она все книжки читает, такая грустная.

Далгат сморщился и поднялся.

— Я пойду, вдруг человека упущу. Кушай на здоровье. Был рад…

— Подожди еще, давай я тебя угощу, возьми кусочек — захныкала Меседу, разрезая кусок шашлыка.

— Нет, спасибо, — сказал Далгат, оставляя ей всученную Сайпудином купюру. — Потом расплатишься. Я побежал.

9

Выйдя на улицу, Далгат очутился в сумерках. В начинающейся темноте было видно, что машины Халилбека у входа в отделение больше нет. Оттуда на секунду высунулся и снова пропал рядовой с большим носом и тяжелым автоматом наперевес.

Далгат расстроился. «И на маршрутку денег не осталось», — вздохнул он сам про себя и побрел вниз по улице, иногда отвлекаясь на бешеные гудки водителей, громкий смех, возникающие и пропадающие звуки лезгинки. Стало совсем темно.

По обочинам по-тюремному сидели быковатые парни, светя в образовавшейся мгле голубыми дисплеями телефонов. Не горел ни один фонарь. Свет лился только из частных магазинчиков, где кто-то по-домашнему перекликался друг с другом. Навстречу, стуча каблуками и держась друг за друга, под легкий мужской свист шли девочки. Где-то сердито мяукнул невидимый кот.

Далгат шел медленно, стараясь не споткнуться на ухабах и не упасть на вываленные кем-то посреди дороги стройматериалы. Свернув на центральный проспект, он направился прямо к главной площади. Там тоже было темно и пусто, а большая настенная гирляндная надпись «Лучший город России» не различалась во тьме. Далгат подошел к памятнику Ленину и сел на холодные мраморные ступени, спиной к синим елям, посаженным около мэрии.

Открыл папку и нащупал пальцами послание для Халилбека. А потом задрал голову кверху и увидел, как звезды заволакивает пришедшим с Тарки-Тау туманом. Сзади раздались шаги и кто-то хрипло окликнул его по имени.

10

Далгат обернулся и распознал под елью мужскую фигуру.

— Вы кто? — спросил он, засунув папку под мышку и поднимаясь.

— Салам тебе, Далгат! — сказал человек и пошел к нему большими уверенными шагами. Стало слышно, как на соседней улице включили барабанную музыку. Доносились воодушевленные вскрики «Асса! Оппа!», как будто бы кто-то танцевал.

Далгат, улыбаясь, смотрел на идущего к нему человека…

Примечания

1

Ориентир, куда следует обратиться лицом молящемуся мусульманину (араб.).

2

Выражение из дагестанского сленга, которое может принимать практически любое значение. В данном случае: «Как дела?»

3

Общество (араб.).

4

Обращение к мужчине (авар.).

5

Улица Двадцати шести бакинских комиссаров в Махачкале (переименована, но жители называют ее по-старому).

6

Выражение восхищения.

7

От садака — добровольная милостыня (араб.).

8

Обращение к женщине (авар.).

9

Наслаждение (тюрк.).

10

Спасибо (авар.).

11

Дагестанское блюдо: пышные куски теста, подаются с соусами, вареным мясом и бульоном.

12

Наркоман (жарг).

13

Да будет воля Божья (араб.).

14

Скверна (араб.).

15

Мероприятия на день рождения пророка (араб.), здесь: просто коллективное пение молитв.

16

Обрезание (араб.).

17

Исламская духовная практика, заключающаяся в многократном произнесении молитвенной формулы, содержащей имя Аллаха (араб.).

18

В исламе решение по какому-либо вопросу, выносимое муфтием или специалистом в области исламского права (араб.).

19

В шариате запретные действия (араб.).

20

Учителей (араб.).

21

Контртеррористическая операция.

22

Аварское национальное блюдо из растертых поджаренных семян конопли, масла или абрикосовых косточек.

23

Убери (авар.).

24

Форма отклика на зов вроде «что?» (авар.).

25

Призыв к совершению необходимых или ожидаемых от человека различных действий.

26

Предписания шариата.

27

Да смоются его грехи (авар.) — аналог христианского «Царство Небесное».

28