'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

Какая мне разница, сколько человек он потеряет? Вообще-то, так он станет для меня менее опасным. Я бы станцевала на радостях, пока они с Кярсом будут убивать друг друга.

Продолжая притворяться, что мы союзники, я проводила Базиля в главную юрту, где Пашанг встречался с командирами своих всадников.

Пашанг отпустил их, чтобы мы с Базилем и его спутниками могли сесть. Как и раньше, мы подали ему розовую воду. Мы также предложили ему кофе и чай, но он не знал таких напитков. Простые любезности, похоже, успокоили Базиля, и у меня создалось впечатление, что ему нравится проводить здесь время, подальше от кровавого облака, в чудесном комфорте.

– Очень горько, – сказал он, попробовав кофе, который подала ему Нора в крохотной фарфоровой чашке. – И я не в настроении пить горячее.

– Со временем эта горечь тебе понравится, – сказал Пашанг. – А еще у нас есть соленый чай, он тоже может тебе понравиться.

Я сердито зыркнула на Пашанга.

– Не предлагай ему эту гадость.

– Какая же ты дочь своего отца? – засмеялся Пашанг.

Базиль поставил чашку на низкий деревянный столик.

– Я не могу получать удовольствие, пока мои воины страдают от кровавого тумана. Я лишь хочу захватить шаха Кярса и вручить его вам, чтобы вы позволили нам уйти из этого про́клятого места, и побыстрее.

– Гокберку это не понравится, но мы можем дать ему бомбы, которые взрываются при ударе, и все будет кончено, – прошептал мне Пашанг.

– А если взрыв разрушит тело Отца Хисти? – прошептала я в ответ. – А вдруг обрушится вся пещера? Как мы объясним аланийским подданным, что дали Базилю метательные бомбы, которыми они разрушили святой храм?

Пока мы шептались, Гокберк не сводил с нас глаз. А потом резко сказал, словно оборвал с розы бутон:

– Мы не будем предоставлять никакую помощь, если она навредит храму. Это самое святое место на земле.

Базиль напряженно вздохнул.

– Но они забаррикадировались там, и мы не можем даже добраться до них.

– В конце концов у них закончатся боеприпасы, – повторила я то, что уже говорила ранее.

– Когда падет половина моей армии? – насупился Базиль. – Мои воины мне как дети, и я не преувеличиваю. Я оплакиваю каждую смерть. И больше никем не пожертвую.

Был ли он и впрямь таким чудесным отцом для своих воинов или просто старался вызвать у нас сочувствие? Хотя лицо у него было довольно честное. Ясные и резкие линии шли от глаз по щекам, стрижка у него была четкая, а густая борода припорошена сединой. Честное лицо, которое может служить отличной маской для лицемера.

– Другого варианта нет. – Пашанг подался вперед. – Даже нам трудно атаковать позицию, которую обороняют скорострельными аркебузами. Поэтому мы и не атакуем гулямов. Мы выкуриваем их и заставляем напасть. Это единственный способ сравнять шансы. Только так можно лишить их преимущества и победить.

– И как же я выкурю их наружу? – спросил Базиль. – Они твердо намерены защищать своего предводителя и святое место.

– Мы подумаем над этим, – пообещала я. – Возвращайся завтра, и тогда у нас будет ответ.

Базиль пригубил розовую воду.

– Возникла еще одна проблема. У нас кончаются запасы еды и питьевой воды.

– Так быстро? – удивилась я.

– Не только мы их уничтожаем. – Рука Базиля задрожала. – Почти вся наша вода имеет слабый красный оттенок. Но ужаснее всего – медный вкус крови, от него никуда не деться. А еда… Даже у самого черствого хлеба не должно быть крови внутри. И зубов.

Я охнула.

– Зубов?

Базиль потер глаза.

– Лекари говорят, что нам что-то давит изнутри на глаза. По какой-то причине время от времени в них собирается кровь. Многие умирают во сне, потому что кровь затапливает им рты и носы и становится невозможно дышать.

Мне стало их жалко. Застрять в этой кровавой туче – все равно что познать вкус ада. Но я не могла позволить себе принимать решения из жалости. Нет, они должны отдать нам Кярса и Като, и побыстрее. Даже лучше, что они умирают от аркебуз гулямов и кровавой чумы.

– Вы наши союзники, император Базиль. – Я приложила ладонь к сердцу. – Я не буду сидеть сложа руки, узнав, как вы страдаете, умираете и голодаете. Пошли сюда людей, чтобы они принесли всю необходимую провизию и запасы в Зелтурию.

– Спасибо, я это ценю. – Базиль снова глотнул розовой воды и откашлялся. – И еще кое-что.

Я скрестила ноги в ожидании.

– Я встретился с Кевой. Мы разрешили ему войти в храм и поискать какую-то рыжую девушку. Он еще не вышел оттуда. Если мы найдем эту девушку, он будет у нас в руках.

Значит, Кева ищет Сади в храме. Очень скоро он поймет, что она не в Зелтурии.

– Вряд ли он будет и дальше тебе досаждать, – ободряюще улыбнулась я.

– Правда? – Он провел пальцем по краю чашки. – Ты знаешь, как разобраться с человеком, который носит непробиваемые доспехи?

– Это наше с Кевой дело. Видишь ли, у нас давние счеты. Когда-то мы были друзьями. Печально, что все так обернулось. Я уберу его с твоего пути, обещаю.

– Хорошо, – с облегчением отозвался Базиль. – У нас и без него хватает проблем.

Судя по его тону, так и есть. Лучше у него, чем у нас.

Когда я вместе с матерью наслаждалась кебабами в кислом молоке, подошел Гокберк.

– Пойдем со мной, Сира, – сказал он.

– Куда?

– Это касается Тилека.

Я сказала матери, что скоро вернусь, и пошла с Гокберком в юрту целителя.

К величайшему удивлению, там стоял Вафик в сером одеянии целителя и высокой фетровой шляпе Философа. На деревянном столе лежал Тилек с разрезанным животом. Отсутствие трупной вони меня поразило.

– Когда ты прибыл, дорогой Вафик?

– Недавно, – отозвался он. – Прежде чем мы поговорим о Зелтурии, надо обсудить смерть Тилека.

– Что именно?

Вафик показал на разрез в животе Тилека. Внутри была чистая вода.

– У Тилека нет ни ран, ни ссадин, – сказал Вафик. – Я не смог определить причину смерти. Пока не вскрыл его.

– И что тогда?

– В нем нет ни капли крови. Вся кровь превратилась в воду. Вся. Ты знаешь единственное место, в котором люди когда-либо умирали подобным образом?

Я вздрогнула.

– В Химьяре?

Вафик покачал головой.

– В Химьяре происходило прямо противоположное. Кровавая чума увеличивала количество крови, и та слишком сильно давила на тело изнутри. – Звучало очень похоже на жалобы Базиля. – Известно, что при кровавой чуме люди умирали от разрывов кровеносных сосудов или внутренних органов. Люди не умирали от недостатка крови.

– Ладно, понятно. Так что ты пытаешься сказать? Где еще случалось подобное?

– Кровь Хисти