Только в смерти - Дэн Абнетт

запихнул чехол для винтовки в свой ранец и побежал по щебню, пригнув голову. Он перемещался от валуна к валуну, держась низко, прислушиваясь и принюхиваясь.

Хлоп. Хлоп, хлоп. Хлоп. Хлоп, хлоп, хлоп.

Оружейные выстрелы, приглушенные ветром. Он проверил ячейку винтовки и выскочил из укрытия.

Понадобилось пять осторожных минут, чтобы обойти скалу к ее северной стороне. Солнце больше не было над головой, и у него теперь были тени, жесткие тени, отбрасываемые валунами и скалой.

Он пригнулся при первом признаке движения, спиной к большому камню. Он вынул зеркальце на палке и осторожно направил его под углом, чтобы оно не поймало солнце.

В нем он мельком увидел, как воин Кровавого Пакта пробирается по камням с винтовкой в руках. Скотина тяжело дышала и потела так чрезмерно, что у его грязной куртки были темные следы под подмышками.

Макколл мог чуять его, он был очень близко. Он мог чуять тошнотворный пот и запекшуюся кровь, которой воин покрасил свою куртку.

Сколько их здесь еще? Он продолжал смотреть.

Воин остановился и что-то выкрикнул. В ответ раздался крик. Воин поднял винтовку и выстрелил два раза в нависающую скалу.

Макколл вытащил свой боевой нож.

Воин Кровавого Пакта забрался на большой валун и огляделся. Четверо его товарищей тяжело забирались по каменистому склону широкой линией под ним. Позади них, на дюне, стоял ржавый полугусеничник с заведенным двигателем. Патруль, на плановом обходе.

— Вой шет! К’хег ар раз гфо! — прокричал воин на камне. Еще три воина спрыгнули с полугусеничника, один из них офицер с позолоченным гротеском.

— Борр ко’дах, вой! — прокричал офицер, махая пистолетом. Троица прошла каменистую линию и последовала за остальными солдатами вверх по склону у скалы. Один солдат остался на полугусеничнике вместе с водителем, за установленной пушкой.

Воин поблизости спрыгнул с валуна и огляделся в поисках легкого пути наверх. Рука обхватила его горло сзади, а клинок скользнул ему под лопатку в сердце. Он умер без звука.

Макколл тихо опустил его тело. Он вытер клинок об его куртку и вытащил ячейки из его разгрузки. Он мог слышать, как внизу кричит офицер.

Макколл метнулся между валунов, пригнув голову. Он услышал хруст ботинок поблизости и замер.

Другой воин взбирался наверх всего лишь в нескольких метрах, выкрикивая.

Лазерная винтовка начала стрелять, и Макколл упал, боясь, что его заметили. Но выстрелы летели в скалу, выбивая пыль из голого камня.

Послышался вопль от боли и стрельба внезапно прекратилась. Макколл выглянул и попытался увидеть, что происходит. Отряд воинов Кровавого Пакта, подгоняемый офицером, более настойчиво пробирался через валуны наверх, и все они начали стрелять по скале.

Макколл убрал нож. Больше не было времени для утонченности.

Он положил винтовку на камень и прицелился. Солдат Кровавого Пакта появился в зоне видимости, прыгая с валуна на валун. Он встал, чтобы выстрелить, и Макколл снял его единственным выстрелом. Солдат упал с валуна.

Замешательство овладело вражеским отрядом. Они все слышали выстрел и видели, как их товарищ упал. Они начали кричать друг другу и стрелять в случайных направлениях. Макколл переместился со своей огневой позиции, убежав в щель между двумя большими камнями, и снова прицелился. У него была приличная линия стрельбы по одному из оставшихся вражеских солдат, но человек исчез из поля зрения, когда Макколл выстрелил, и выстрел прошел мимо. Внезапно, лазерный огонь ударил по укрытию Макколла. Он был прижат. Они стреляли по нему с двух сторон.

Он сполз в тень и начал ползти. Выстрелы врезались в камень над его головой. Отраженный лазерный заряд провыл мимо его лица. Макколл включил свой вокс и начал настраивать. Ему понадобилось почти тридцать секунд, чтобы найти частоту, которую использовал Кровавый Пакт.

Хриплое рявканье офицера наполнило его уши. Он медленно переводил. Его свободное владение языком Архиврага несколько ослабло с тех пор, как он провел длительное время на Гереоне. Что-то типа — … больше одного. Найдите обоих, или я…

Последовали какие-то угрозы для внутренностей, которые Макколл был рад не переводить, так как там речь шла о траншейных топорах и пальцах.

— Вой шет д’ха жехина, дуктаз! — воксировал Макколл и поднялся. Офицер и еще три солдата смотрели в другую сторону. Не удивительно, еще считать то, что кто-то только что сказал им — Примите во внимание, что один из них позади вас, невежественные задние проходы! — хотя и гораздо более просторечно.

Макколл выстрелил офицеру в затылок, перевел прицел и, так же, убил одного из солдат до того, как офицер даже упал. Остальные двое обернулись и открыли огонь. Один загадочно упал, как будто поскользнулся. Макколл расстрелял последнего очередью.

Закрепленная пушка начала извергать огонь по камням. Двигатель полугусеничника яростно взревел, а черные выхлопные газы вырвались из задних выхлопных труб, как будто водитель собирался экстренно уехать.

Макколл прицелился. Расстояний было плохим, но он не мешкал. Он нажал на спусковой крючок и держал его, выпустив полдюжины выстрелов в полугусеничник.

Несколько первых поцеловали корпус и погнули маленькую защитную пластину, прикрепленную к кронштейну вокруг пушки. Пятый или шестой заряд попал стрелку в голову и сбил его с машины. Полугусеничник дернулся и начал двигаться, его гусеничная секция подняла облака пыли, когда он разворачивался. Макколл встал и накрыл водительскую дверь и окно выстрелами. Машина дернулась, повернулась, и снова дернулась, пока не остановилась. Ее двигатель дико заработал на повышенных оборотах, как будто мертвый груз давил на газ. Затем машина замерла, а ее двигатель затих с нездоровым стуком.

Тишина. Макколл пробирался мимо валунов, проверяя тела мертвых и забирая их боеприпасы. Он нашел того, кого не убил, хотя смерть воина была совершенно очевидной.

Макколл остановился. Медленно, он поднял руки. Он инстинктивно знал, что кто-то целится ему в спину.

— Эзра? — прошептал он.

— Хват сеязи, сидзе? — спросил голос позади него.