Исток - Анна Московкина

— Я не хочу быть вашим мечом. Я не считаю, что ваша цель оправдывает ваши средства. Вы безумец.

— Но я не один. За мной стоят и другие маги, и другие колдуны из твоей Инессы. Теоретики, мастера амулетов, исследователи, положившие не один десяток лет на изучение бараалле, раскопку древних храмов. Они ездили по всему миру, искали ответы на свои вопросы.

— Ради чего? Вы должны знать, что, истребив одни болезни, вы обнаружите другие. А на смену вам придут другие «сеятели добра» и снесут ваши нагромождения уже другой «светлой идеей».

— Но ты же ешь, сударыня. Ешь, хотя знаешь, что съеденное тобою потом окажется в нужнике.

— Намекаете, что мир все равно извлечет пользу из вашего существования?

— Прямо говорю.

— Хм… Знаете, милсдарь Фарт, мне кажется, что у мира скорее будет понос. Если останется кому гадить и вы не истребите всех детей.

— Дети — это вопрос цены, Айрин. Человек размножается на удивление быстро, как бы это ни возмущало эльфов и гномов.

— Чтобы принять вашу теорию, нужен не столько острый ум, сколько гибкий. Изворотливый, как взбесившаяся змея, который легко сможет извернуться и не попасть под удары чести и совести. Мой, пожалуй, слишком деревянный.

— Знаешь, сударыня… — Фарт засмеялся и тепло посмотрел на свой исток. — Мне нравятся твои сравнения.

— Идите к бесу, Фарт! Хотя, видят боги, большего беса, чем вы, я не встречала!

После третьего глотка колдун заметно повеселел.

— Майорин, — лекарь попытался отобрать фляжку, но пальцы у того уже обрели былую цепкость, — это не лекарство. Это…

— Это самогон. Знаю. Ох… как хорошо! Дай закусить.

— Ты бы хоть из ямы вылез… — Лекарь протянул колдуну руку.

— Хватит дурить! — оборвал спор воин. — Объясняй, что с источником сталось?

— Да, да, милсдарь Майорин, извольте! — поддакнул седобородый низкорослый старичок, похожий на помесь лешего и козла.

— Ох! Милсдарь Зятлик! Подоспели-таки?

— Был в селе, лекари просили подъехать, у них там чрезвычайные события, чрезвычайные, — замекал старичок, потрясая бородой. — Но я вижу, что здесь, хе-хе, вам тоже скучать и печалиться не пришлось.

— Что же! Как можно! — Лекарь наконец отобрал у Майорина флягу, повертел в руках, а потом отхлебнул.

— Лука… — Майорин встал и полез из ямы, цепляясь руками за веревочные перильца. Мышцы после предыдущего купания одеревенели и зверски ныли. — Есть место, где нас никто не услышит?

Лекарь поджал губы, а потом широко растянул в неестественной улыбке.

— Пожалуй, есть.

Несмотря на заверения Луки, Майорин придирчиво осмотрел каждую стену маленькой комнатки, потом перешел к потолку. Больше всего колдуну не нравился пол, от которого тянуло сыростью и близкой водой, сейчас закрытой дощатым настилом. Домик, построенный на сваях над озером, с ведущими к нему мостками, был хорошо изолирован от чужих ушей, но и ловушкой был первосортной.

— Бес с вами! — выругался Хорхе, которому надоело нервическое лазанье колдуна по стенам. — Поставь инверсию и сядь!

— Угу… — промычал колдун, косясь на Зятлика.

— Какой недоверчивый мальчик. Даже сына Владычицы не позвал, очень недоверчивый.

— Я не взял его не потому, что ему не доверяю… Но… пока не важно. Готов поклясться, что источник отвели от вашего города, предположительно предоставив ему другую вену.

— Как? — удивился Лука. — Разве такое возможно?

— Вполне, — ответил Хорхе. — Вена, русло, путь, по которому движется сила в толще земли, чем-то сходен с водоносными потоками и слоями. При должном умении и те и другие можно разворачивать и выводить на поверхность в нужных для мага местах.

— Собственно, большинство источников силы были открыты искусственным путем. Именно поэтому в Долине Источников их так много. Здешняя аномалия состоит в том, что слой концентрированной силы проходит очень близко к поверхности.

— Хватит лекций, мальчишка! — мекнул Зятлик. — Я сам писал трактат об аномалии этой долины!

— Но Лука не писал… — равнодушно заметил колдун. — И не читал.

— Больно нудный. И ни слова о медицине.

— Между прочим, твои лазни вместе с грязью вышли на поверхность, вытолкнутые чистой силой! И целебные они именно оттого…

— Хватит! Хватит! — прикрикнул Хорхе на спорщиков. — С чего ты взял это, Майорин?

— Выход источника не закупорен. Он просто пуст. Сила ушла из этого места. Зятлик? Вы что-то знаете?

Старичок подергал себя за бороду и ответил:

— Там, куда я ездил, та же история. Совершенно та же.

— Кажется, я знаю, как их отследить, — задумчиво протянул Хорхе. — Кажется, кому-то мало силы и хочется больше, настолько больше, что они не пожалели труда отвести источники.

— Хе… — Зятлик опять ухватился за бороду. — Не слишком ли просто?

— Все равно, нужно проверить. Должны же они хоть где-то ошибиться…

— И верно. Хе-хе…

В двери завозился ключ. Айрин даже не пошевелилась, она перелистнула страницу, пробежала глазами.

— Быстро читаешь, сударыня.

— Милсдарь Агний? Чего изволите?

— Позвать вас на ужин.

— Разве я пропускала его раньше? — удивилась девушка.

— Сегодняшний ужин будет весьма необычным. У нас ожидаются гости. Я принес вам красивое платье, изволите облачиться?

— Какая честь! — ядовито усмехнулась Айрин. Она отложила книгу и встала из кресла, в котором сидела, поджав ноги в вязаных копытцах. — Не хочу гостей. Простите.

— Я сообщаю, не прошу. Платье на кровати, служанки придут через час. Не гони их, они не виноваты в твоем скверном характере.

— И верно. Не виноваты, что у вас мания величия, милсдарь. Надеюсь, платье не пропитано ядом?

— Только если твоим…

Фарт вышел из комнаты. Айрин некоторое время сверлила взглядом дверь, будто пытаясь прожечь в ней дыру побольше.

Филипп дулся. Он видел, как колдуны ушли в сторону пруда, но позвать его с собой они не пожелали. Теперь молодой чародей сидел на скамье в «Сером коршуне» и злился. Злился на Майорина и на Хорхе, на цитадельцев и инессцев, на Айрин и на родителей.

Злился и цедил самогон. Солен с карателями сидели на другом конце зала, ему вполне успешно удавалось притворяться, что дворянина он знать не знает.

Просто чахоточный дворянин с охраной, ничего примечательного. В Истоковицах таких дворянчиков пруд пруди.

— Молодой чародей грустит?

— Гуина? Ты забыла мое имя?

— Я помню твое имя, чародей. Но стоит мне произнести его и придется добавить к нему «господин».