Хроники Смертельной Битвы. Часть 1. Начало (СИ) - Имие Ла

- Слушай, - с нескрываемым ехидством произнес Кэно, - я прекрасно понимаю, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Однако Шэнг тебе не просто какой-то случайный знакомый со стороны, вас связывает давняя и крепкая дружба. Ты будешь стоять и смотреть, как твой дядюшка его убивает, и не скажешь ни слова, только потому, что у вас, видите ли, так принято? Так? Я не ошибся? А не кажется ли тебе, Рутай, что это как-то... и не по-дружески, и не по-человечески, и вообще несправедливо, невзирая на все ваши гребаные традиции и обычаи, хотя бы потому, что мой хозяин с точки зрения банального здравого смысла ни в чем не виноват!

- В нашей империи тебе понадобится проводник, - ответил племянник Шао Кана. - Ты не знаешь ни мест, ни дороги. Я все тебе покажу.

- Я с тобой, как и обещал раньше, - поддержал главу 'Черного Дракона' Эсмене. - Только мне нужно отлучиться на пять минут по надобности. Сейчас я вернусь, и мы все дружно идем к порталу.

***

...и кружатся над моей бедой

вороны, вороны...

Фристайл 'Больно мне, больно'

Экс-чемпион быстро сбегал в уборную; возвращаясь к своим соратникам, он проходил мимо кабинета Шэнга и заглянул туда. Там все выглядело так, словно владелец только что покинул его и через пять минут вернется - стул отодвинут, на столе лежит ручка со снятым колпачком, рядом на блюдечке - надкусанная палочка печенья в шоколадной глазури.

Эсмене повернулся и пошел прочь. Ему хотелось плакать. Он понял, что все кончено. Рейден лишил его семьи, детей, сестры, а теперь и лучшего друга. Бывший чемпион никогда не плакал, ему было стыдно плакать, но сейчас злые слезы сами катились из его узких черных глаз. Он не вытирал их - все равно никого рядом не было.

Была одна вещь, о которой он не сказал никому. Вчера вечером страшные видения, не мучившие его уже много лет, снова вернулись.

Он знал, что Шэнгу не выиграть этот бой... и что придворный маг Шао Кана не переживет наступающей ночи.

***

Жили у бабуси

Два веселых гуся,

Один серый, другой белый -

С ними я ебуся!

Народное творчество

Спровадив Избранных во Внешний Мир, Рейден с Веньяном пошли к Тьену на гору Ифукубе докладывать обстановку. Настроение у обоих было приподнятое: а как же иначе - Горо-то откинулся!

Тьен тоже пребывал в бодром расположении духа: не так давно прислужники притащили ему клетку, в которой крякали и гоготали два гуся и три утки. Выслушав младшего брата, он обрадовался еще сильнее.

- Дело почти в шляпе, - он мельком глянул на дырявый головной убор Рейдена.

- Может, давай их сожрем? - облизнулся младший сын Шиннока, тыча пальцем в клетку.

- Сначала я их огуляю. Ну а потом сожрем, - великодушно согласился Тьен. - Впрочем, нет. Иди-ка во Внешний Мир...

- Как во Внешний Мир? - Рейден ахнул, у него едва не подкосились ноги.

- Я что сказал? - Тьен завизжал так, что в окнах задрожали стекла. - Отправляйся вместе с Веньяном во Внешний Мир, проследи за тем, чтобы все прошло гладко, и не возвращайся без вестей о победе! А потом мы с тобой и отпразднуем - будет тебе жаркое из гусей и уток, - добавил он уже мягче.

Рейден с Веньяном поклонились и вышли за дверь.

- Слушай, я не хочу во Внешний Мир, - сказал бог грома, опасаясь огрести люлей от старшего брата и его подручных. - Что будем делать?

- Я тоже не хочу, - тяжко вздохнул Веньян.

Немного посовещавшись, они решили, что во Внешний Мир все-таки не пойдут, а вернутся на Шимуру и там постоят около портала и подождут, чем все кончится. Если исход Смертельной Битвы окажется в пользу Земли и страшная месть свершится, можно будет доложить обо всем Тьену и полакомиться свеженькой утятинкой, а вот если нет... спасайся кто может!

32. Поединок

Зайдя в укромное местечко, Джонни и Лю под чутким руководством принцессы Китаны нацепили на себя балахоны. Шерсть, из которой они были сделаны, оказалась очень колючей, и бедные Избранные постоянно ежились и передергивали плечами: легкая майка и летняя рубашка совершенно не спасали бедняг от неприятных ощущений. В какой-то момент Джонни сообразил, что кусалась отнюдь не некачественная материя, а обитавший в одеяниях целый сонм разнообразных насекомых, но снимать 'шикарный' наряд было уже поздно: в сопровождении эденийки они вышли в широкий коридор, освещенный множеством чадящих факелов. Оставалось лишь призвать на помощь все свое мужество и терпение, чтобы вдруг неожиданно не почесаться, а задача эта была не из легких - Джонни показалось, что выпускной экзамен по актерскому мастерству, которого до полусмерти боялись все его однокурсники, по сравнению с этим просто забавное развлечение.

Внезапно они увидели самого Шэнг Цунга, который куда-то шел во главе большой процессии Черных Священников. По знаку Китаны Лю и Джонни вместе с принцессой незаметно пристроились им в хвост.

- Идем с ними, - шепнула Лю Кангу эденийка. - Не знаю, куда они направляются, но с ними тот, кто нам нужен, и идут они наверняка туда, куда нам надо.

Услышав такую фразу в иное время от кого-то со стороны, Джонни однозначно заржал бы в голос, но в нынешней ситуации ему было не до смеха - нужно было срочно выручать Соню. Он думал не столько о том, что от него, возможно, зависит судьба всего мира, сколько о беде, в которую попала его новая подруга, и поэтому без возражений послушался Китану. Актер надеялся, что Соня еще жива и что они с Лю смогут разыскать ее и вырвать из лап врагов.

***

Последний мой гонг звучит как набат,

Тревогой меня наполняя...

Прощай, чемпион! Так что ж ты не рад,

Голгофу свою покидая...

Наше Дело 'Последний гонг'

Тем временем сама Соня, оказавшись в полном одиночестве среди врагов, от которых она не знала, чего ждать, чувствовала растерянность и нарастающий с каждой минутой давящий ужас. Втолкнув девушку в портал, Шэнг Цунг, не говоря ни слова, оставил ее в большом зале с колоннами среди странных людей, прячущих лица под капюшонами темных балахонов, а сам куда-то удалился. Соня не стала задавать им никаких вопросов и сопротивляться, когда они привязали ее за руки к двум колоннам посреди зала - сначала нужно выяснить, что к чему и чего хотят внешнемирцы, а потом уже лезть с ними в драку или предпринимать попытки бегства.

К счастью, веревки затянули не туго, и она вполне могла шевелить руками и не чувствовала особого неудобства, но, несмотря на то, что в зале было вполне тепло, ощущала легкий озноб. Соня понимала, что причиной тому был страх перед неизвестностью - ведь ее похититель не стал ничего спрашивать или выдвигать какие-либо требования. Мысленно она уговаривала себя не бояться: в конце концов, и не в таких передрягах побывала, и из этой наверняка удастся как-нибудь выпутаться.