Хроники Смертельной Битвы. Часть 1. Начало (СИ) - Имие Ла

- Так, мы уже почти у цели, - произнес Лю. - Китана, ты нам покажи, как правильно надевать и носить эти тряпки, и будем пробираться в башню.

31. Страшная месть

Духом крепок был: стоять - так только прямо,

Боссом называть стали парня рано...

Наше дело 'Лицо со шрамом'

Немного успокоив Мей, Кэно кинулся искать своих товарищей. Тарсониса он нашел в столовой: тот неподвижно сидел над чашкой с остывающим кофе и таращился в стену с донельзя несчастным видом.

- Эй, ты чего? - окликнул его бандит. - Что здесь произошло? Куда все подевались? Рутай и Эсмене словно сквозь землю провалились!

- У нас траур. Принц погиб в бою.

- Да знаю уж. Только слезами Горо не поможешь, - решил разрядить обстановку глава 'Черного Дракона'.

Эдениец медленно повернулся к нему и в первый момент изобразил на лице вымученную улыбку, но в следующую секунду снова стал мрачнее тучи и произнес все известные ему ругательства и проклятия.

- Э, извини, - несколько опешил Кэно, не ожидавший такого от всегда обходительного и вежливого Тарсониса, который, в отличие от самого бандита, никогда не матерился. - Я тебя обидел? В общем-то, я ляпнул глупость...

- Не в тебе дело, - покачал головой тот. - И даже не в принце. Горо всегда был нам добрым товарищем, и мне жаль, что он погиб, однако тут нечто иное. Шэнга сложившаяся ситуация загнала в тупик.

- Я уж понял, - ответил глава 'Черного Дракона'. - Знаю, что произошло и куда пошел хозяин. Кстати, где Рутай и Эсмене?

- Понятия не имею, - растерянно ответил Тарсонис.

- Я предлагаю их дождаться, - произнес Кэно, - не думаю, что в такой день они могли куда-то надолго смыться.

- Ну да, - вяло пробурчал его товарищ.

Он, однако, ошибался: Эсмене в день гибели принца Горо отправился на материк по делам 'Черного Лотоса', а Рутай был во Внешнем Мире, и на Шимуру оба они вернулись лишь вечером - к счастью, не очень поздно.

Кэно прекрасно видел, что Тарсонис сильно переживает из-за Шэнга, но утешать и успокаивать людей он умел не слишком хорошо, поэтому решил немного отвлечь эденийца от грустных мыслей.

- У меня такое чувство, - начал бандит, - что у нашего дорогого друга Лю Канга, мечтающего отомстить хозяину за младшего братика, не возникало никаких мыслей о том, что родственничек его разлюбезный погиб не просто так - ведь за просто так в морду не дают и тем более не убивают. Вот интересно мне, а что именно Чен сказал моему господину? Мне вот после пусть пока что не слишком долгого, но тесного общения с хозяином кажется, что для того, чтобы вывести его из себя, надо сделать нечто совсем уж невероятное или очень сильно его оскорбить. Я вон дважды прокололся с Соней - один раз пытался ее клеить, потом проиграл ей бой, но мой господин мне вообще ничего не сделал, зарплаты не лишил, не ударил, так, в самом начале поругал немного. Вот как ты думаешь применительно к этому Чену: что все-таки послужило поводом для его драки с хозяином?

- Эх, - вздохнул Тарсонис, - я спрашивал об этом Шэнга, но он так и не захотел говорить со мной на эту тему, чего, в общем-то, и стоило ожидать - ему это просто неприятно. Я тебе другую интересную вещь расскажу. Ты ж вон с Эсмене-то вроде подружился? Так вот, однажды наш Великий Кунг Лао, выясняя отношения с моральным уродом Рейденом, пырнул этого ушлепка ножом, но то ли ножик был короткий, то ли у экс-чемпиона от злости руки тряслись, но Рейден быстро оклемался и до сих пор продолжает портить всем нервы.

- Эх, жалко как, что Эсмене этого типа не прикончил, - ответил Кэно. - Если бы этот свинячий выблядок Рейден закрыл глазки, нам всем стало бы намного легче жить.

- А я, честно говоря, вообще не верю, что Шэнг убил братца Лю, - поделился своими соображениями эдениец. - Что-то это в принципе на него сильно не похоже. Даже если бы тот его сильно разозлил, Шэнг мог бы на него накричать или как-то еще поставить на место, но уж не бить. И тем более я сомневаюсь, что он мог сознательно, будучи в здравом уме и трезвой памяти, забить до смерти несовершеннолетнего ребенка.

- Вполне возможно, что ты прав, - согласился с ним глава 'Черного Дракона'. - Вернее, даже очень возможно.

Через несколько часов на остров вернулся Рутай. Он прошел в столовую главного здания и увидел, что там сидят Тарсонис и Кэно.

- А где... - начал было племянник Шао Кана.

- Ты ищешь Шэнга? - печально спросил эдениец. - Он в Темной Империи.

- Что он там делает? - пожал плечами Рутай.

- Собирается устроить финальный бой.

- Он что - рехнулся? - возмутился юноша.

Тарсонис опустил голову.

- Я не знаю. Если он не победит - нам крышка. Император и с него, и с нас заодно голову снимет, а что до Рейдена, Тьена и Старших Богов...

- Я отправлюсь в Эдению, в Имперский Дворец, и узнаю, что там происходит - он же наверняка там, да? Дальнейшие действия будем предпринимать, смотря по обстановке, - перебил его Рутай.

- Иди, - Тарсонис попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой и жалкой.

- Э, подожди! - жестом остановил внешнемирца Кэно. - Я с тобой!

- Вы это куда? - в дверях внезапно показался Эсмене. - Извините, я задержался в Гонконге, у меня там были всякие дела...

Тарсонис вкратце описал ему ситуацию. Бывший чемпион в сердцах стукнул кулаком по дверному наличнику.

- Так, ребята, что делать будем? - глава 'Черного Дракона' подумал, что медлить не стоит. - Тарсонис, я предлагаю тебе остаться на острове и следить за порядком, чтоб наши Избранные друзья в компании с этими говнорожими хуеплетами Рейденом и Веньяном авось опять чего не выкинули, благо ты тут всю местную кухню знаешь, а я в этом пока не ахти как разобрался.

- Согласен, - кивнул тот.

- Я отправлюсь в Темную Империю. Я уже сказал: пока я жив, никому и никак своего хозяина в обиду не дам.

Рутай что-то возмущенно забормотал про внешнемирские традиции и про то, что Кэно сошел с ума, не понимая, с кем связался, но глава 'Черного Дракона' смерил его таким убийственным взглядом своего единственного глаза, что юноша осекся на полуслове.

- Слушай, - с нескрываемым ехидством произнес Кэно, - я прекрасно понимаю, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Однако Шэнг тебе не просто какой-то случайный знакомый со стороны, вас связывает давняя и крепкая дружба. Ты будешь стоять и смотреть, как твой дядюшка его убивает, и не скажешь ни слова, только потому, что у вас, видите ли, так принято? Так? Я не ошибся? А не кажется ли тебе, Рутай, что это как-то... и не по-дружески, и не по-человечески, и вообще несправедливо, невзирая на все ваши гребаные традиции и обычаи, хотя бы потому, что мой хозяин с точки зрения банального здравого смысла ни в чем не виноват!