Невеста - Карина Демина

Скрывать что-либо? А смысл? Разве что кое-какие мелочи.

…ему ведь интересны Оден и я, а не мой брат.

И мелькают лапы самописца, спеша уложить вязь слов на бумагу.

— Выпей, деточка, — господин Крегг наливает мне воду из высокого кувшина. А в горле и вправду пересохло, давно я так долго не разговаривала. — Значит, утверждаешь, что встретились вы случайно?

— Да.

— И ты его просто пожалела?

— Да.

Он мне не верит. Да и кто поверит в подобное?

— Ты же сама понимаешь, милая, сколь неубедительно все это звучит. Его ведь искали… долго искали, тщательно. Прочесывали город за городом. Лучшие ищейки работали.

А я взяла и случайно наткнулась.

— Именно, — господин Крегг достаточно опытен, чтобы читать мысли по выражению лица собеседника, тем более что я их не скрываю. — Подобрала. Калеку. Слепого. Взяла с собой. Возилась из жалости…

Он выжидающе смотрит на меня, а я — на него. Не знаю, что ответить.

— Потом позволила себя обесчестить…

Пауза.

Я не собиралась возражать и возмущаться, но коснувшись кожаных ремней, твердых, прочных с виду, спросила:

— Скажите, в чем мне следует признаться?

— А ты признаешься?

Я пожала плечами: к чему упрямиться? Если им надо, чтобы я в чем-то призналась, то они своего добьются. Так зачем себя мучить, тем более что мне и вправду было все равно.

— Деточка, — господин Крегг сцепил пальцы. — Твое признание мне не нужно. Я лишь хочу знать, что именно тебе поручила Королева.

— Кто?

— Королева, — он открыл папку и вытащил лист, который протянул мне. Я взяла.

Карта. И точки на карте. Карта черно-белая, пусть и нарисованная скрупулезно, а точки красные.

— Это ведь ваш маршрут, верно?

Не знаю. Я плохо разбираюсь в картах. Но вижу пятна серных источников. И Лосиную гриву. И… и штриховка — это луга…

— Вас засекли по всплескам… новейшая разработка, — он выглядел донельзя довольным собой. — Остаточная энергия, если тебе это о чем-то говорит. Она контролировала тебя, верно? И руководила тобой. Но связь разорвалась…

Еще одна пауза.

— …во всяком случае, наши специалисты так утверждают…

Молчу. Где мне спорить с их специалистами?

— …поэтому тебе нечего опасаться ее мести. Мы понимаем, что ты — лишь инструмент. Просто скажи, чего она хотела.

Я возвращаю лист.

Отрицать? У них доказательства и стройная версия.

Согласиться? И что дальше? Они ведь не остановятся теперь, что бы я ни сказала, не остановятся.

— Ты не спеши, деточка, — господин Крегг вытащил из пальцев лист, расправил и вернул в папку. — Подумай хорошенько… день или два… а там мы дальше поговорим. Ладненько? Только уж будь добра, реши, как говорить станем, как сегодня или иначе.

Его новые апартаменты были куда как менее роскошны, нежели предыдущие. За неделю Оден успел хорошенько их изучить.

Ванная комната. Два шага на два шага. Дверь отсутствует. Сама ванна вырублена в полу и глубиной едва ли по колено. Вода подается снизу, стоит перекрыть сливное отверстие. И останавливается строго на одном уровне.

Мыло одноразовое, каждый кусок завернут в тончайшую бумагу.

И полотенца бумажные.

В комнате, довольно просторной, имеется окно, правда, под самым потолком. А за окном — массивная решетка, вмонтированная в стену. Прутья — с палец толщиной. И ни следа ржавчины. Впрочем, и стекло толстое, такое сходу не разобьешь.

Мебель — кровать, стол и стул — намертво прикручены к полу. Ковер не то приклеен, не то прибит.

Ну хоть стены не мягкие.

В целом — вполне терпимо, только холодно очень.

Нет, Оден знал, что Королевскую Разведку факт его возвращения равнодушным не оставит, и допрашивать будут непременно, но подобная прямолинейная наглость ставила в тупик.

Раз за разом Оден прокручивал события, пытаясь понять, где допустил ошибку.

Дом наместника.

Сам наместник, Гаррад из рода Мягкого Олова. Сорок три года. Коренастый. Кряжистый. С крупными чертами лица. Двойной подбородок, широкий рот, приплюснутый нос с вывернутыми ноздрями и массивные, оплывшие щеки, которые подпирал воротничок кителя.

Не райгрэ, но по силе мог бы стать. Возможно, он и согласился уйти в Долину, рассчитывая, что если не ему, то его сыну будет позволено взять собственную жилу. По эту сторону гор хватало свободных земель. И для многих — это неплохой шанс. Но тогда тем более Гарраду нет смысла наживать врагов.

Дом Красного Золота способен все испортить… нет, дело не в политике.

Гаррад говорил короткими отрывистыми фразами, и рукой дергал, словно сам себе ритм отбивая. И новости рассказывал скупо, выверяя каждое слово, точно не был уверен, что имеет право делиться информацией с Оденом. Гаррад из рода Мягкого Олова терпел гостей, и по-своему старался быть любезен, хотя врожденная прямолинейность изрядно в этом мешала.

— Альва, — он выпятил подбородок. — В моем доме. Из уважения к вашему роду. Сугубо.

В нем не было неприязни, скорее уж брезгливое недоумение.

Снисхождение.

И еще сочувствие, пожалуй.

Этого хватило, чтобы установился взаимный вежливый нейтралитет.

Вечерний кофе, коньяк и бильярд, до которого Гаррад оказался большим охотником. Играл он хорошо, профессионально почти, получая от игры истинное удовольствие. После партии — разговор по единожды заведенному сценарию.

Перевал закрыт. Оптограмма передана. Ответа нет, но будет. Иногда на линии случаются разрывы. Следует набраться терпения… и если Одену что-то нужно, то достаточно сказать.

Одену нужно было попасть домой. Близость цели и вместе с тем ее недостижимость злили, но приходилось держать себя в руках. После бильярда, особенно когда случалось выиграть, Гаррад становился чуть более разговорчив. И пусть бы не избавившись от своей подозрительности вовсе, он все же рассказывал то, что не считал секретом.

Виттар был жив. И род Красного Золота по-прежнему славен.

Война шла долго, кроваво, но закончилась. И альвы на самом деле ушли, правда, остались полукровки и прочий мусор, но Гаррад не сомневался: эту проблему решат.

— Это теперь наша земля, — сказал он как-то, глядя на Одена сквозь призму коньячного бокала. — За нее кровью плачено.

И во взгляде его читалось то, что Гаррад не решился бы озвучить: Оден не воевал.

Он просто исчез, а потом вернулся.

Был в плену?

Так говорят… но можно ли верить всему, что говорят? Оден ведь здоров, ну почти здоров, и разве это само по себе не подозрительно? Еще и альва…

Пожалуй, приказ Разведки Гаррад исполнил с чувством глубокого внутреннего удовлетворения, и потому был так любезен в тот вечер. Очередная партия и проигрыш — Оден давненько уже шары не гонял; коньяк, камин и кофе. Неторопливый разговор о том, что по слухам Перевал должны открыть, как только закончат переброску драконов… Оден не слышал о драконах?