Дневник москвича. Том 1. 1917-1920 - Никита Окунев

Видел в кинематографе картину «Снятие памятника Александру Второму». Тяжелое зрелище! Как будто режут на части живого человека и говорят: «Смотри вот, как это делается, и учись.» Не достает еще демонстрировать на экране расстрелы. Надо отметить, что эта картина из серии снимков правительственного культурно-просветительного учреждения.

28 авг./10 сент. Советские войска заняли Уральск, Грозный и обстреливают Адмиралтейскую слободу в Казани.

Ю. Ларин пишет, что фактическая территория Советской республики составляет теперь 30 губерний с населением около 65 млн. чел. Это, стало быть, «совдепия».

Даже по германским официальным сообщениям видно, что французы очень энергично наступают по всему фронту, между Соммой и Эн. Неужто военному могуществу Германии и славе Вильгельма и Гинденбурга подходит конец? И если так, то, действительно, социализм забирает силу, и наш Ленин поднимается на пьедестал мирового значения, как действительный и гениальный проводник идей, долженствующих всю земную жизнь переработать совершенно заново. Но, Боже мой! — что делается все-таки: столько потрясений, столько крови, столько ужаса! Стоит ли короткая человеческая жизнь такой беспредельной жертвенности? Да и удовлетворит ли грядущий земной рай сердце людское, не станет ли ему в конце концов «улетевшего облачка жаль»?

«Суета сует, суета всяческая!»

В предвкушении райской на земле жизни, с каждым днем совершенствуемся в создании адского существования, платим в Москве за фунт черного хлеба 8−10 р., а «по карточкам» уже совсем не получаем, вот уже несколько дней. Молоко, хоть оно и есть около нас в изобилии, но почему-то подвозится не каждый день, и уже в скисшем виде покупается 1 р. 50 к. за чайный стакан; мясо говяжье 12 р. фунт, телятина 16 р., курица 35–40 р., яйца 1 р. 50 к. шт., масло коровье от 26 р. до 32 р. ф., картошка 1 р. 80 к. за ф., свечи стеариновые от 10 до 12 р. за ф., мыла простого и керосина нигде не найдешь, а потому цен не знаю. Трамвай 60 к. за станцию. В ресторанах средней руки и столовых самое дешевое блюдо 15 р., сахар 30 р. ф. (по куску стали продавать — 1 р. 20 к. шт. — пиленого; папиросы продаются тоже только поштучно, 20 к. за шт. махорочного запаха). Кинематографы дерут уже за самое дешевое место по 3 р., подобие водки в трактирах (не во всех, конечно) подают за 200 р. бутылку, икра черная 40 р., красная 16 р., колбасы, ветчины уже совсем не видать, разные балыки 30–35 р. за ф., сардины 20 р. коробочка, подошва к обуви 60 р., книга издания 1918 г., по числу страниц ранее стоившая 1 р., теперь если отдается за 10 р., то значит — добросовестно. Даже храма Божьего коснулось вздорожание: трехкопеечная свечка стоит 40 коп., а просфор совсем не имеется. (Кстати: третьего дня какие-то святотатцы залезли через окно в храм Христа Спасителя и содрали там с некоторых икон ценные ризы и захватили несколько священных драгоценных сосудов.)

Читатель подумает: «Ишь ты! сколько стоит икра, пишет, спирт, балык, лопает, должно быть, всласть.» В том-то и штука, что только пишу об этом, а пробовать не пробую: давно не по карману, так же как и езда на извозчиках. Не пользовался сим благом более года, ибо теперь, как я слышал, самый маленький конец 20 р., а подальше 50–60 р. Ломовая лошадь на одну поездку в городе 120 р., а откуда-нибудь «с дачи» 350 р. подвода.

29 авг./11 сент. Сегодня «совдепия» ликует: с утра мчатся по улицам военные автомобили, с которых разбрасываются телеграммы от Троцкого такого содержания: «Казань наша. Бурно-стремительным натиском красных войск враг сломлен. Он дрогнул и бежит», и т. д.

В «Правде» военный обозреватель пишет, что французы заняли «позиции прошлого года. Все победоносное прошлое продвижение немцев к Парижу приведено к нулю. Гинденбург отброшен от Парижа, и безусловно навсегда.»

Но самые громкие победы у нас в «совдепии» в войне пролетариата с буржуазией. Теперь в редком доме нет «вселения и выселения», то было бессистемно, теперь жилищные комиссии производят это по всем правилам искусства: разбили квартирующих на 6 категорий, подразделенных на параграфы, причем 6-я категория, литер В имеет в виду «буржуа, ликвидировавших свои дела и живущих спрятанными капиталами, или имеющих собственность: фабрики, заводы, дома, торговли и пр. У них отбирается все, и выдается только "походный паек": пара белья, подушка, одеяло, т. е. то, что полагается красноармейцу, уезжающему на фронт».

26-го августа, кажется, исполнилось 1.500 дней всесветного кровопролития, голода и сумятицы. И за прошествием стольких дней не видно еще конца-краю Божьему наказанию. По делам нам, многогрешным!

31 авг./13 сентября. И Симбирск взят советскими войсками. В чем же дело? Чехословаки ослабли или красноармейцы очень окрепли? Такие события дают возможность советским дипломатам «чихать на всех». 5 сент. н. ст. представители нейтральных держав в Питере обратились в Комиссариат иностранных дел с нотой, в которой говорят, что, не намереваясь «вмешиваться в борьбу политических партий, раздирающую Россию, и становясь лишь на гуманитарную точку зрения», они, от имени своих правительств, выражают «глубокое возмущение против режима террора, установленного в Петрограде, Москве и других городах. С единственной целью утолить ненависть против целого класса граждан, без мандатов какой бы то ни было власти, многочисленные вооруженные люди проникают днем и ночью в частные дома, расхищают и грабят, арестуют и уводят в тюрьму сотни несчастных, абсолютно чуждых политической борьбе, единственным преступлением которых является принадлежность к буржуазному классу, уничтожение которого руководители коммунизма проповедовали в своих газетах и речах. Безутешным семействам нет возможности получить какую бы то ни было справку относительно нахождения родных. Отказывают в свидании с заключенными и в доставлении им необходимой пищи. Подобные насильственные акты непонятны со стороны людей, провозглашающих стремление осчастливить человечество, вызывают негодование цивилизованного мира, осведомленного теперь о событиях в Петрограде.»

Затем идет заявление о «чувстве возмущения», соответственный протест и угроза требования нейтральных держав привлечения за насилия к ответственности (кого?).

И вот наш Талейран — Г. В. Чичерин, 12-го сентября пишет «господам представителям нейтральных держав», что их нота представляет собою «акт грубого вмешательства во внутренние дела России». Дальше идут, конечно, громкие слова, навеянные Чичерину Марксом, Лениным, Троцким, — которые теперь на тысячу ладов только и слышатся, только и читаются, а потом совет «не грозить нам возмущением цивилизованного мира, который с ног до головы залит кровью рабочих, а бояться гнева народных масс всего мира, которые поднимаются против "цивилизации", приведшей человечество к состоянию безысходной бойни». Дальше Чичерин уверяет нейтральных послов, что «в России насилия употребляются только во имя святых интересов освобождения народных масс», и все заканчивает отклонением вмешательства «нейтральных капиталистических держав в пользу русской буржуазии», и что всякая поддержка таковой будет рассматриваться как попытка «поддержки русской контрреволюции».