Дневник москвича. Том 1. 1917-1920 - Никита Окунев

20 сент./3 окт. Союзники заключили перемирие с Болгарией. Турция вдет по стопам Болгарии, т. е. тоже просит перемирия. Но в это же время германские газеты сообщают о вступлении в столицу Болгарии Софию германо-австрийских войск.

Стоят добрые осенние дни, с солнцем и позолотою зелени.

21 сент./4 окт. Взяты советскими войсками Красноуфимск и Елабуга. С 15 июля по 30 сентября союзные армии взяли у немцев 5.518 офицеров, 248.494 нижних чинов, 3.669 орудий и свыше 23.000 пулеметов.

24 сент. / 7 окт. Советские войска взяли Сызрань.

Болгарский царь Фердинанд отрекся от престола в пользу сына Бориса. Пока доподлинно не известно, что там делается, но похоже на революцию: революционеры заключили с англо-французами перемирие, а приверженцы старого порядка действуют по-прежнему, т. е. заодно с немцами. Отсюда междуусобица, как и у нас.

В «Известиях» в виде слуха сообщают, что Германия соглашается заключить мир по программе Вильсона. Там новый Канцлер и министр иностранных дел — Принц Макс Баденский.

Французы перешли за линию Гинденбурга.

28-го сентября н. ст. чехословаки взорвали ж.д. мост через Волгу у Симбирска.

25 сент./8 окт. По советским «Известиям» совдепские войска в 16-ти верстах от Самары, и два пролета знаменитого Александровского моста через Волгу в ночь с 5-го на 6-е окт. взорваны чехословаками.

В Петрограде открыли памятник немецкому социалисту Фердинанду Лассалю, а в Москве — Радищеву.

Австрия и Германия послали Вильсону телеграммы: просят мира. Это сообщено официально.

Запоздалый материал для пера Чехова: Сухоплюев и Негодяев своими фамилиями, конечно, недовольны, но не придумали себе чего-нибудь «пшеничного» и желают именоваться Ивановыми. Опять хочется сказать: «Хоть ты и седьмой, а дурак». Но вот есть переименовщики, как видится, с мозгами: Сереков желает быть Аракчеевым, Маврин — Ландышевым, Собакин — Смирновым.

26 сент./9 окт. Самара оставлена чехословаками и занята советскими войсками. По этому поводу в совдепии ликование. Говорят, что Волга теперь открыта для транспорта на всем протяжении. Однако черная мука все еще 350 р., а белая 500–575 р. Вчера предлагали дохлого гуся за 100 р.

27 сент./10 окт. В советской вчерашней вечерней газете напечатано, что Ставрополь на Волге взят красными войсками, что Волга теперь вся очищена от «врагов Еворлюции».

28 сент. /11 окт. † Из Ростова н/Д телеграфируют, что скончался М. В. Алексеев. В одной «еворлюционной» газете сказано, что это «очень кстати». Репортеры «еворлюции» одно, а историки революции — другое, но последних мы не прочтем, а когда их будут читать наши дети или внуки, то они скажут старому, честному и талантливому военачальнику вечную память, что и я сейчас говорю ему ото всей души!

1/14 октября. Новый болгарский царь подписал указ о демобилизации армии. Немцы из Софии ушли. Стало быть, политической резни в Болгарии нет, — вся она теперь в перемирии с англо-франками.

Избран королем Финляндии принц Гессенский Фредерик-Карл.

Французы заняли Камбрэ, Варну и Констанцу (и англичане).

Немцы уже очищают Бельгию. Дело к концу войны или к концу Вильгельма.

Стоит великолепная погода. Тепло даже и по утрам. Нигде заморозков еще нет. Волга и Ока могут работать полным темпом, но на деле этого пока не видно. Хлеб в Москве все дорожает. А для лошадей и того хуже — нет сена даже. Сказывается недостаток соли. Вот оно до чего дошло! Папирос можно купить свободно не дешевле 20 к. шт., а захочешь покурить пятачковых — становись в хвост. Сегодня я взял да и встал. (От нечего делать.) Но простоял 3/4 часа и ушел не солоно покуривши. Оказалось, что все стояли у такой лавочки, в которой не было никаких папирос.

На кладбище Покровского монастыря пасутся лошади какой-то военной части. Топчут могилы, взрывают копытами дорожки, а «пастыри» лошадей оглушают мирное убежище отошедших в жизнь иную отец и братий казарменной лагерной бранью и песнями, совсем не заупокойного характера.

2/15 октября. Купили несколько фунтов полубелой муки. Цена — 500 р. пуд. Молоко дошло до 3 р. 50 к. за кружку (1 р. 75 к. стакан). Видел виноград, цена 25 р. фунт. Сахар покупают 35 р. за фунт. Спросил на Сухаревке о цене шерстяной материи — 60 р. аршин.

Видел в церкви Святой Троицы (в Троицком около Патриаршего Подворья) за поздней обедней Виктора Михайловича Васнецова. Стоит в толпе и молится так же истово, как молились наши отцы — простые люди. И вид у этого великого иконописца не то что древний, а — «ушедший», или «уходящий». Лет тридцать тому назад еще много было таких типов. Слава Богу, они увековечены и в Третьяковской галерее, и в литературе, и так жалко, так грустно, что теперь остался один только Виктор Михайлович, как видно, любящий старомосковскую жизнь не как коллекционер или историк, а как родной ей и по душе близкий, близкий. Дай Бог ему пожить еще много лет, и да не нарушится никакими декретами его тихий теремок в Троицком и ничто не помешает его молитвенному воздыханию в этом скромном приходском храме.

Большевики заняли Бугульму и ст. Кинель.

Мирные переговоры прерваны, потому что оскорблен Раковский. Его при следовании из Киева в Москву задержали и обыскали.

«Известия» сообщали, будто в Баку турками «вырезано» 20.000 армян и рабочих и что Баку «разгромлен» ими.

Германия официально ответила, что она согласна вести мирные переговоры на основах предложения Вильсона и что уже приступила к очищению завоеванных ею территорий.

Вчера в Петрограде взбунтовалось 1.500 мобилизованных матросов. Ходили по улицам и оглашали резолюцию в духе «левоэсерском».

Закончилось дело тем, что их всех загнали в одну казарму и, конечно, сломят теперь всякое их «левоэсерство».

8/21 октября. Первый мороз. На крышах утром белелся снежок.

Кама от чехословаков очищена до самой Перми.

Идет переименование пароходов. Лучший пароход «Самолета» «Добрыня Никитич» назван «Вацетисом», меркурьевский пароход «Эрзерум» — «Лениным», и т. д.

Немецкое военное могущество окончательно сломлено. Со всех фронтов идут известия о победах союзников. Теперь Вильсон самое первейшее земное величество. Значит, завоевали два титана — Ленин и Вильсон. Чья возьмет — сказать довольно трудно, но несомненно начинается «Последний решительный бой», как поется в интернационале.

11/24 октября. Ленин начал уже выступать на заседаниях и говорить речи.

Советские войска заняли Мензелинск. Под влиянием революционных веяний германское правительство вынуждено освободить из тюрьмы немецкого Ленина Карла Либкнехта. Вчера по этому поводу по московским улицам были демонстрации с красными флагами, интернационалом, речами советских вождей и т. д.