Святой Камбер - Кэтрин Куртц

Вот оно — еще одно возможное упоминание о Синхиле. Кто еще мог быть поистине неоспорим? Расспросы Синхила были по-настоящему опасны.

— Достоверность говорит сама за себя, преподобные отцы. Я верю, что Камберу Мак-Рори была дарована милость Божья, чтобы даже после смерти продолжать свое служение на этой земле. Я верю, что в конце концов у этого августейшего собрания не останется иного выбора, как объявить Камбера Мак-Рори святым. Если моя откровенность обидела кого-то, прошу меня простить.

Он склонил голову. На мгновение все в комнате замерло, хотя Камбер прекрасно знал, что должно произойти следом. На несколько секунд воцарилась мертвая тишина, а потом послышалось бессвязное бормотание — епископы и духовенство зашептались. Так продолжалось несколько минут, пока Джеффрай не поднял руку, требуя тишины, наступившей в тот же момент.

— Мы благодарим вас, отец Кверон. Отец Мак-Рори, вы желаете что-то сказать, прежде чем отец Кверон предоставит нам своих свидетелей?

Джорем медленно поднялся, глядя в глаза Джеффраю. В последние минуты страстной речи Кверона он позволил отцу прикоснуться к своему сознанию и заверил его, что не выдаст себя. И все же ему хотелось сообщить как можно больше правды, не подвергая при этом опасности человека, ради которого он столько раз шел на компромисс.

— Ваша милость, я любил отца, — твердо произнес он. — Я любил его и по-прежнему люблю так сильно, что не в силах выразить словами. — Он посмотрел под ноги, вновь закрыв свой разум для Камбера, потом снова взглянул на Джеффрая. — Но отец был человеком, таким же, как и все: податливым и набожным, как говорил отец Кверон; любящим отцом и мудрым советчиком, необычайно одаренным даже для представителей нашей расы. Он многим жертвовал ради завершения того, во что верил, и был готов заплатить за это, потому что любил свою землю и ее короля… может быть, слишком любил. Но он не был святым. Я только надеюсь убедить вас, что он ужаснулся бы, узнав о том, что происходит под этой крышей.

Вздохнув, Джеффрай снова поглядел на Кверона. Для своих лет архиепископ Джеффрай был довольно привлекательным мужчиной. Его темная гавриилитская косица была слегка тронута сединой, но от речи сына Камбера он словно сделался старше. Всего за несколько минут. Джеффрай хмурился и размышлял, как быть. Когда Кверон поднял голову, задумчиво сцепив руки за спиной, архиепископ постукивал по зубам своим аметистовым перстнем.

— Отец Кверон, — произнес он, опять вздохнув. — Я вынужден напомнить преподобным отцам, что мы с вами друзья и братья с тех пор, когда я еще принадлежал к Ордену святого Гавриила. Мне хочется верить в то, что мой друг и брат только что сообщил августейшему собранию. Однако хочу заметить, что я, как и прочие, слушаю это заявление впервые. Я также должен обратить внимание на то, что сын человека, которого вы просите признать святым, не разделяет вашего энтузиазма. Вы готовы доказать ваши заявления свидетельствами, как требует обычай?

— Готов, ваша милость.

— Хорошо. Вы сказали, что один из свидетелей присутствует здесь. Я хотел бы услышать его рассказ. На основании его мы решим, стоит ли рассматривать это дело дальше. Вы согласны?

Кверон поклонился.

— Хорошо. Отец Мак-Рори, можете присесть. Прошу вас хранить молчание, пока свидетель Кверона не закончит свою речь.

Охваченный отчаянием, не в силах говорить, Джорем кивнул, опустился на стул и прислонился головой к креслу отца. Барьеры сознания снова опустились, пропуская Камбера. Когда отец проник в его разум, успокаивая, благодаря и подбадривая сына, Кверон повернулся к своей братии, все еще стоящей на коленях. Словно повинуясь зову, встал Гвейр. Быстрота его реакции возбудила в Камбере подозрение, что они с Квероном поддерживают магический контакт. Теперь они увидят, был ли Кверон таким умелым, каким его объявляла молва. С объективной точки зрения, было интересно узнать, как много запомнил Гвейр.

— Ваша милость. — Кверон передал свой свиток одному из коленопреклоненных людей и поклонился архиепископу. — Представляю вам лорда Гвейра Арлисского, нашего благодетеля и, если позволит ваша милость, в скором времени одного из Слуг святого Камбера, — так мы хотим назвать нашу общину.

Джеффрай задумчиво посмотрел на Гвейра.

— Я наслышан о вашей семье, Гвейр. Вы еще не приняли духовный сан?

— Нет, ваша милость.

Взяв украшенный драгоценными камнями нагрудный крест, Джеффрай протянул его Гвейру.

— Гвейр Арлисский, клянетесь ли вы этим символом нашей веры и святыми мощами, заключенными в нем, что ваш рассказ будет правдой и только правдой, понимая, как лжесвидетельство отразится на вашей бессмертной душе?

Гвейр приблизился и поцеловал крест.

— Клянусь, и да поможет мне Бог.

Получив одобрительный кивок Джеффрая, Гвейр поднялся и, опустив глаза, вернулся и встал рядом с Квероном. Соединив руки на груди, Кверон еще раз кивнул Джеффраю и быстро оглядел своих слушателей.

— Гвейр, скажи, пожалуйста, преподобным отцам, видел ли ты кого-нибудь из присутствующих в этой комнате прежде, разумеется, кроме наших братьев.

— Да, отец Кверон. Я знаю отца Джорема, лорда Джебедию и епископа Келлена, конечно.

— Очень хорошо. Рассказывай подробнее, пожалуйста.

— Я был другом Катана — брата преподобного Джорема, павшего от руки короля Имре. Я был вместе с отцом Джоремом, лордом Джебедией и бла… и лордом Камбером в течение года после Реставрации. Я был слугой лорда Камбера после смерти Катана и… до его смерти. Затем я поступил на службу к епископу Келлену.

— Понятно. Есть ли кто-нибудь еще, кого ты видел раньше?

— Видел? Да. Это было неизбежно, пока я служил у епископа Келлена. Но я не разговаривал с ними. Я был всего лишь секретарем и иногда камердинером.

— Но ты оставил службу у епископа Келлена. Почему?

Гвейр внимательно изучил обутые в сандалии ноги, выглядывавшие из-под серой рясы.

— Прошлой весной я пришел к его милости с просьбой построить храм святого Камбера в соборе. Он… ему не понравилась эта идея, а отец Джорем категорически возражал, поэтому я решил, что буду более полезным, если оставлю службу у его милости, чтобы не смущать его и не сеять сомнений среди его слуг. Я надеялся, что в конце концов бла… благословенный Камбер заставит его изменить свое отношение.

Кверон кашлянул и вмешался.

— Ваша милость, преподобные отцы, я думаю, что сейчас полезно узнать причину, по которой Гвейр поступил на службу к епископу Келлену. В этом рассказе заключено первое чудо, которое мы намерены доказать.