День-М - 2 или Почему Сталин поделил Корею - Кейстут Закорецкий

Должны пройти годы, пока выдвинется кто-то один (как и получилось с Никитой Хрущевым). Но если новый лидер затеет критику предыдущего и попытается реализовать какие-то другие планы, то поколению, "настроенному" на прежнюю личность, очень трудно будет перенастраиваться. Здесь уже надо ждать смену поколений. А если будет снижен контроль за альтернативными мнениями, то создание культа личности вообще может оказаться невыполнимой задачей.

Но надо учесть, что культ личности Сталина был не самоцелью, а связывался с подготовкой мировой революции. Однако к концу 50-х годов время для нее было безнадежно упущено. У США появился ракетно-ядерный "щит и меч". И хотя нечто подобное оказалось и у СССР, но в этих условиях безнаказанно затевать новую мировую войну стало слишком рискованно.

А в начале 50-х годов ракетно-ядерного оружия еще не было. Еще имелась возможность провести мобилизацию в дни. Вот только есть одна проблема: как добиться, чтобы военнообязанные запаса вовремя узнали о ее начале?

Для этого требуется развернутая сеть средств оповещения. Каких? До войны в большинстве советских квартир были бесплатно установлены большие черные репродукторы - тарелки, а на каждой улице - серебристые колокольчики. Виктор Суворов в книге "День-М" специально обращает на это внимание и объясняет, что однажды они должны были на всю страну прокричать мобилизацию - День-"М".

Но это про предвоенный период. А теперь почитаем выдержки из постановления майского Пленума ЦК КП(б) Украины "О СОСТОЯНИИ И ПУТЯХ УЛУЧШЕНИЯ МАССОВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ РАБОТЫ СРЕДИ ГОРОДСКОГО И СЕЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ":

Пленум ЦК КП(б)У постановляет:

. . . . . .

2. Наиважнейшим заданием массово-политической работы трудящихся должно быть глубокое разъяснение решений партии и советского правительства, внутренней и внешней политики СССР, вопросов международного положения.

. . . . . .

23. Обязать Комитет по радиофикации и радиовещанию при СМ УССР, уполномоченных Министерства связи СССР при СМ УССР, обкомы, горкомы и райкомы КП(б)У, исполкомы областных, городских и районных Советов депутатов трудящихся обеспечить в ближайшие 2 - 3 года завершения полной радиофикации республики. Необходимо широко организовать социалистическое соревнование за радиофикацию предприятий, колхозов, совхозов и МТС, квартир трудящихся, домов колхозника и т.д.

Проанализируем: два года с мая 1949 - это май 1951. А с перевыполнением как раз начало 1951. Если какие дома не успеют радиофицировать, не беда: поднимут тревогу соседи.

К счастью, объявлять "День-М" советское руководство так и не решилось. Но можно ли представить, как могли разворачиваться события в Третьей Мировой войне? Об этом следующая глава.

13. АТОМНАЯ ВОЙНА, КОТОРАЯ НЕ СОСТОЯЛАСЬ

Вот мы и подошли к главе, где самое место представить информацию из советских военных планов конца 40-х и начала 50-х годов. К сожалению, они до сих пор не рассекречены, хотя аналогичные американские планы уже давно известны.

Может, советских планов вообще не было? Как это не было? Чем же занимались штабы двух советских военных министерств? Планы были, но по их содержимому пока можно только строить предположения. Причем, материал для предположений имеется.

Во-первых, можно начать с рассекреченных американских командно-штабных учений:

1) Военной игры "Пэдрон", проведенной в мае-июле 1948 г. штабом армии США с целью проверки рабочего плана "Халфмун".

2) И военной игры "Станнер", проведенной в октябре-ноябре 1948 г. по проверке другого американского плана действий в третьей мировой войне "Флитвуд".

Информация о них напечатана в "ВИЖ" NoNo 3 и 5 за 1996 г. Перевод и комментарий к ним выполнен уже упоминавшимся в предыдущей главе старшим научным сотрудником института США и Канады Российской АН, кандидатом исторических наук В. И. Батюком. Статья называется "ПОЧЕМУ Г. ТРУМЭН "ПОЩАДИЛ" СССР".

Однако, к такой идее может возникнуть резонный вопрос: насколько можно доверять каким-либо военным исследованиям противной стороны? Думаю, в какой-то мере можно. Правила стратегии и тактики ведения войны в определенный исторический момент практически одинаковы для генералов разных стран. Другое дело, какие силы находятся в их распоряжении, т.е. на что им можно рассчитывать.

Здесь можно вспомнить о командно-штабном учении советского военного руководства, проведенном накануне войны. Тогда за "синих" (т.е. за немцев) "воевал" будущий маршал Жуков. И "воевал" практически так, как потом реально действовали генералы Вермахта. В учебнике "ИСТОРИЯ СССР" 1990 года на стр. 14 об этом говорится следующее:

"... ряд военных руководителей ясно представляли себе возможные варианты действий противника [Германии] в случае начала войны. Это показали оперативно-стратегические игры на картах высшего командного состава Красной Армии, проводившиеся в конце 1940 г. Одна сторона, "синяя", играла за противника, другая, "красная", - за Красную Армию. Многие ее моменты повторились в реальных условиях начального периода войны".

Есть еще один жуткий (на мой взгляд) пример. Как-то в мемуарах советского заключенного периода войны я вычитал, что в лагере, где он был, содержались бывшие преподаватели академии Генштаба (маршал Василевский был их учеником). Они следили за сводками Совинформбюро, после лесоповала в свободное время на земле прутиками вычерчивали ситуации на разных участках фронта и делали прогнозы на предстоящие 2-3 месяца. Автора воспоминаний удивляло, что, во-первых, их прогнозы как правило сбывались. А во-вторых, почему таких специалистов держали в лагере? Они писали письма с просьбой допустить их к службе в армии. Но их почему-то не освобождали. Одного генерала, однако, потом все же отправили на фронт.

В качестве подтверждения реальности такой истории могу более конкретно привести фрагмент аналогичной в чем-то судьбы - генерал-лейтенант Васильев Василий Ефимович. В январе 1938 был арестован, попал в лагерь. В конце 1942 года освобожден, полностью реабилитирован и отправлен на фронт. Командовал 138-й Карпатской дивизией, корпусом, 14 раз до конца войны упоминался в приказах Верховного Командования. (Газета "ПРИВАТНОЕ ДЕЛО", 23-29 октября 1994, статья Григория Кипниса "ТАКАЯ ДОЛГАЯ ЛЮБОВЬ").

Конечно, на результаты генеральских игр сильно влияет качество и количество ВСЕЙ доступной информации о противнике (а не только данных разведок). Но, думаю, что определенная квалификация у американских генералов была.

Теперь кратко обсудим вопрос: было ли актуально американским политикам проводить подобные игры в 1948 г.? Ответ один - необходимость имелась. В это время находился в разгаре Берлинский кризис, к власти в Чехословакии пришли коммунисты, что позволяло СССР быстро закрыть брешь между Восточной Германией и Восточной Австрией, где находились советские войска. К этому времени уже достаточно ясно определился раскол мира на блоки. В СССР разворачивалась антиамериканская пропаганда и т.д. Берлинский кризис (связанный с денежной реформой в Западной Германии) вообще поставил вопрос ребром по использованию американской военной силы. А перед принятием по нему окончательного решения, проведение военной игры было крайне необходимо. Итак, к каким же выводам пришли американские аналитики?

В своем комментарии к переводу игры "Педрон" В. Батюк пишет:

Несмотря на налет пропагандистской риторики, преследующей цель обвинить Советский Союз в стремлении к мировому господству и оправдать планировавшееся уничтожение крупнейших советских административных и промышленных центров, доклад [по итогам игры "Педрон"] раскрывает ряд важных обстоятельств, в силу которых осуществление вышеизложенного замысла [воздушно-ядерных ударов по СССР] представлялось в пентагоновских штабах хотя и политически целесообразным и гипотетически возможным, но чрезвычайно рискованным шагом. Речь идет о целой совокупности тесно переплетавшихся между собой политических и военно-технических проблем, среди которых на первом месте выявившаяся неспособность сухопутных войск США выполнить обусловленные планом "Халфмун" задачи.

Так, выяснилось, что эти войска не в состоянии защитить американские базы в Средиземноморье, на Ближнем и Дальнем Востоке, с которых должны были подняться в воздух стратегические бомбардировщики для ударов по целям в СССР. Кроме того, аналитики Пентагона пришли к выводу, что американские дивизии смогут сопротивляться победно шествующим по Западной Европе советским армиям максимум две недели, после чего оставят европейских союзников на милость победителя и эвакуируются с континента.

...Именно это щекотливое с точки зрения союзнических отношений обстоятельство, видимо, и послужило одной из причин, в силу которых план "Халфмун" и материалы проводившейся с целью его проверки штабной игры долгое время не предавали огласке.

Результаты военной игры "Станнер" (октябрь-ноябрь 1948) оказались примерно такими же: "На пятый день войны советские войска 26 дивизиями выходили к Рейну, а на седьмой форсировали его крупными силами. Об упорной обороне рубежа по Рейну не велось и речи, делался вывод, что "американским силам нужно немедленно оставить обороняемые позиции и отступать на Запад под прикрытием темноты с тем, чтобы спасти хотя бы часть людей и техники."