Наполовину. Книга 1. Принц - Максим Коляскин

Вписанные в окружности нательные крестики задавали новую тему разговора между Трепетной Ланью и Ричардом. Белый Волк не мог припомнить, кто слушал его так, как умела Ланька – с неослабевающим вниманием и верой в каждое произнесённое им слово. Складывалось впечатление, что она знает о своём мужчине немного более всех остальных людей и жаждала новых знаний.

- Расскажи мне об Отце! – просила Лань с трепетом в голосе.

- Извини, но вспоминать о старом Короле сейчас не хочется, – Ричард сделал вид, что неправильно понял её просьбу.

- Ты знаешь, о ком я говорю... – улыбнулась она, целуя его щёки.

- Мне трудно подобрать подходящие слова, – заговорил он, взяв женщину за руки. – Как описать светящее нам и согревающее нас Солнце? Как рассказать о чистом воздухе, которым мы дышим? Можно ли объясниться в любви ко всему сущему?

- Вероятно, каждое одухотворённое существо ждёт особенных слов любви, потому что каждый чувствует любовь по-своему, – легко вздохнула Трепетная Лань. – Что же тогда сказать о Боге? Но, быть может, у тебя есть слова, которые Отец хотел бы передать людям?

- Конечно, да, – солнечно улыбнулся Белый Волк.

«Блаженны нищие по велению духа, ибо их есть Царствие небесное, – распевно изливались Его слова. – Блаженны скорбящие, ибо будут они утешены. Блаженны кроткие, ибо примут они в наследие землю. Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо будут они насыщены. Блаженны милосердные, ибо будут они помилованы. Блаженны те, чьи сердца чисты, ибо увидят они Бога. Блаженны миротворцы, ибо наречены они будут сынами Божьими. Блаженны гонимые за правду, ибо их есть Царствие небесное». *

*Евангелие от Матфея, гл. 5, ст. 3 – 12

Мужчина и женщина сидели, держась за руки, и молчали. Трепетной Лани казалось, что Белый Волк беззвучно разговаривает с Отцом, и ей чудилось как через тепло мужских рук в неё вливается тонкая энергия Творца. И словно в подтверждение чувств, вскоре в её сознании зазвучали слова...

- Мой Король! – произнесла Лань, придя в себя после долгих минут безмолвия, вызвавшего в ней душевное потрясение. – Ты позволишь мне со Снежным Лисом и нашими собратьями возвести церковь здесь, на северных землях?

- Ты говоришь не о высоком Храме, не о величественном Соборе, а о скромной церкви, куда сможет зайти любой страждущий? – склонив голову, Ричард внимательно вглядывался в женское лицо. – Я буду счастлив, но поймут ли люди?

- Северный народ не склонен к эмоциональным порывам, но добросердечен, – улыбнулась Трепетная Лань. – Одни поймут нас и зайдут внутрь, другие окинут взглядом и пройдут мимо. Всё, как в жизни, только гневаться не станет никто.

- Хорошо, – удовлетворённо кивнул Белый Волк. – И как ты назовёшь это сооружение, Ланка?

- Церковь Откровения, – не задумываясь, ответила она.

- Прекрасно! – просиял Ричард. – Но для неё требуется найти особенное место.

- Несомненно, – сжала его пальцы Лань. – Думаю, освободившись из снежного плена, мы найдём время для поиска, и ты укажешь, где следует заложить первый камень.

Забыть об Игуане и Чёрной Кошке им не удалось, да и не хотелось забывать. Слишком многое пришлось пережить вместе. Белый Волк заметил, что Эрике, какой бы прекрасной Королевой она не стала, многое предстоит, чтобы понимать с ним друг друга без слов, реагировать на жесты, поворот головы, выражение лица. Подобные способности выявляются в экстремальных ситуациях, а их хотелось избежать в будущем. Время не излечило Ричарда от чувства вины за гибель своих людей. Трепетная Лань пыталась протестовать, доказывая, что каждый выполнял свой долг, не жалея сил.

- Пака Мвеуси защищала Белого Волка до последнего вздоха. Поверившая нам, Игуана прошла свой путь до конца, – горячо восклицала северная красавица. – Быть может, им не повезло или судьба такая... Ричард, они живы в наших сердцах и не умрут, пока их помнят.

- Невезение?! – Белый Волк задохнулся от негодования. – Я нисколько не сомневаюсь, что души наших девочек живы! Но о каком невезении ты говоришь, когда рядом… находилось существо, способное...

- Но мне-то повезло... – насупилась Лань.

- Да лучше бы я погиб вместо них! – не сдержался Ричард.

- Прекрати! – вскрикнула его «утешительница». – Не забывай, что ты отец наших будущих детей. Ты не имеешь права...

Сидевший на устеленной шкурами лежанке, Ричи умолк, опустил голову и плечи. Он понимал, что от наплыва эмоций сболтнул лишнего, и подбирал слова извинений. Но его опередила Трепетная Лань. Она прижалась к нему, обняла и шептала, не переставая: «Прости, прости меня, любимый! Я всё понимаю... Дурочка я у тебя, но ты же пропустишь мимо ушей, забудешь мои глупые слова... Прости!» Ричард задохнулся от нежности к своей девочке...

Через неделю в засыпанном лавиной охотничьем доме стали заканчиваться съестные припасы, по большей части состоявшие из круп и солонины. Лань забеспокоилась, но Ричи мягко взял её за руку. «Завтра нас вызволят из снежного плена, – произнёс он, – и я переживаю только за то, как мало времени до «освобождения» нам осталось, Ланька». Она положила ладони на его небритые щёки, заглянула в голубые глаза и нежно поцеловала в губы. Чувствуя, как утопает в ласковых лапах Белого Волка, Трепетная Лань прошептала:

- Удивительное приключение получилось... Почти двести часов счастья без примесей! Теперь ты можешь точно сказать, как относишься ко мне, мой Ричи?

- Да, но... Ты до сих пор не поняла этого?.. Женщины любят ушами? – улыбнулся он. – Я люблю тебя, девушка моя.

- Ты... Неужели я слышу эти слова наяву, мой чудесный Белый Волк?! – задрожала она всем телом...

Эта ночь в