Береника - Катерина Полянская

И взгляд такой строгий-строгий, я даже похрюкивать от смеха начала. Ай, наследник, вот встретишь ту самую… чувствую, тебя ждет немало дивных открытий!..

— Не бедную, а счастливую! Неужели не видно? — возмутилась Бриалина и на всякий случай вцепилась в будущего мужа поосновательнее, дабы ему не взбрело в голову внять совершенно неуместному и неромантичному приказу. — И вообще, мне и здесь хорошо!

Глаза Балоша округлились, увеличились и попытались дезертировать на лоб. Но самообладание мужчины оказалось сильнее.

— Мы пытаемся пожениться, — пояснила происходящее я. — То есть не мы, а эти двое.

Нет, умение наследника держать себя в руках я все же переоценила. Он, конечно, ничего не сказал, но на загорелом лице очень явственно проступило все, что он о нас думает.

— Насколько помню, обряд назначен на завтра…

Все-таки я ему не завидую. Бедная та суженая, которой предстоит расшевелить это бревно венценосное! Ну, в проекте венценосное.

— А им невтерпеж! — рявкнула я выразительно и вцепилась в рукав Балоша.

И тот не смог устоять перед напором стольких неравнодушных. В следующие несколько минут мы узнали, что обязанности по скреплению браков в Вересковой лежат именно на нем. Лично меня этот факт только порадовал, Вилею в таких делах веры нет. То ли дело его сын!

Он, конечно, поворчал для проформы, но все-таки увлек всю толпу в просторную залу с полом и колоннами из розового мрамора, украшенную зарослями по-осеннему пестрых растений. Только тут кузнец изволил опустить суженую на пол.

Чтобы дело шло быстрее, от излишней торжественности решено было отказаться. Никакой суеты, длиннющих клятв и напутственных речей. Вот тут на лице наследника четко прочиталось облегчение. Видно, его приземленная натура была чужда всякой романтической чуши.

Брачующиеся опустились на колени перед золоченым алтарем. Балош с самым траурным лицом встал по другую его сторону. Все остальные замерли на почтительном расстоянии. Невесть откуда взявшаяся медноволосая девочка повязала на запястья коленопреклоненных фенечки из красных ниток. И исчезла, не сходя с места, где стояла.

— Ну что, друг мой, готов ли ты простить этой женщине все обиды и позволить ей трепать тебе нервы всю оставшуюся жизнь? Имей в виду, еще не поздно одуматься!

— Готов! — засиял взором кузнец.

Нити на его руке полыхнули алым и… впитались в кожу, оставляя на своем месте не то шрам, не то татуировку.

— А ты, верховная колдунья, согласна терпеть этого деспота до конца дней своих? Помни, в случае чего — у него есть молот…

— Да, — тихо выдохнула Бриалина и обзавелась точно таким же узором на запястье.

И все такой же галдящей гурьбой мы отправились отмечать внезапный союз двух любящих (как выяснилось) сердец.

— Что говорит наследник? Когда он собирается тебя освободить?

Мы с суженым рука об руку шли по красноватому в лучах закатного солнца лесу.

Вечные звезды, как же хорошо! Любимый рядом, с Магдерией разобралась, наставницу в надежные руки пристроила, семью (ну то есть женскую ее половину) нашла. Теперь бы еще от выдуманных уз избавиться, с Марлексом окончательно воссоединиться да диплом наконец получить. И чашу жизни можно считать полной!

— Не терпится? — Я игриво прищурилась на солнечный луч и потерлась щекой о его плечо.

Дасх отпираться не стал.

— Все это слишком затянулось. Мне надоело! Будь я рядом, ни за что бы не позволил тебе влезть в игры наследника.

Ха, наивный. Стала бы я тебя спрашивать!

— Вот именно, если бы ты остался рядом. Будешь знать, как бросать меня!

Крыть ему было нечем, поэтому Марлекс легко подхватил меня на руки и закружил среди яркой листвы.

Бродили мы еще долго. Я успела поведать суженому о неожиданно открывшихся родственных связях, он мне — о безрезультатных пока поисках возможности освободить своих рабов. В остальном прогулка носила все больше романтический характер. Марлекс громко ворчал, что не может прямо сейчас, на виду у всех, увести меня в свой дом, я смеялась и отшучивалась. А на душе так тепло и приятно, что улыбка сама на губы просится… Ну и, как водится у влюбленных, обнимались, целовались, гонялись друг за другом по осеннему лесу, даже полетали немного. Одним словом, наслаждались кусочком свободы, который вдруг удалось урвать.

Время от времени натыкались на такие же счастливые парочки. Правда, тогда срочно приходилось делать серьезный и даже несколько отстраненный вид, чтобы не подумали чего. Я-то ладно, мне плевать на чужое мнение, а вот рисковать репутацией Балоша не хотелось.

— А еще, представляешь, я на днях старого знакомого встретила! Того самого, благодаря которому я к Бриалине в свое время попала.

На самом деле встреча была уже не одна. Алик появился и на свадьбе тетушки, и позже в гости заходил. Так что пообщаться мы успели, я подробно расспросила его о матери, о сестре и Одноруком Луне, ну и о своей жизни немного рассказала.

— В самом деле? — Дасх равнодушно приподнял бровь, на что я скорчила зверскую рожицу. — И как его к нам занесло? А главное — зачем?

Врать любимому не хотелось.

— Алик вор и приехал вслед за купцами.

Вот теперь в серых глазах засветилось нечто отдаленно похожее на интерес. С чего бы это? Я вроде бы рассказывала ему обо всех своих знакомых…

— Из Соринии в Пустошь? Хм. Странно…

Теперь настал мой черед вопросительно смотреть на крылатого.

— Видишь ли, Дымка, я лично занимался организацией торжища. И приглашал купцов только из окрестных сел. Ну и из окрестных миров, но явиться за этими твой знакомый точно не мог.

Память услужливо выдвинула вперед лысого чужеземца в белом платье. Чужемирца, как оказалось.

Да уж, и в самом деле странно…

Но удивиться вслух я попросту не успела.

Невдалеке послышались шаги. Мы привычно вильнули за деревья, избегая встречи с очередными влюбленными. Я даже позавидовала им по-тихому: везет же некоторым, не надо скрываться… Но очень быстро сообразила, что по утоптанной тропинке ступает тяжелыми сапогами только одна пара ног.

И все бы ничего, если бы сердце не сжали ледяные тиски страха… Что-то не так!

— Дымка! Быстро ко мне за спину! — Призрачные крылья окутали меня легким холодком.

Встала в указанном месте и крепко обняла суженого. И тут же ощутила, как сильно бьется его сердце. Как мое… Как же крепко мы связаны! Суждены, предназначены. И плевать, что не судьбой!

На то я и Кузнец, собственно.

Свист ножа раздался внезапно. Обжигающая боль пронзила руку. И моя подрагивающая ладошка нащупала что-то мокрое, горячее. Звезды, пускай это будет только моя кровь!