Остров. Проект «Робинзон» - Евгений Родионов

перед приёмом пищи было решено прогуляться до «Монолита» и подзарядить технику, а то на полный желудок скакать, аки сайгак, по скалам никакого желания не было. Заодно решили донести до лодки якорь — Даша высказала мысль, что тяжеленную лодку тащить к пляжу посуху — идея не очень, и проще проплыть по озеру, поэтому и снаряжать плавсредство придётся там же. Вёсла я смастерю завтра с утра, а якорь закинем сейчас, всё равно хотелось проконтролировать, как идёт процесс сушки. А контроль, как оказалось, был ой как не лишним…

Пока мы с Дашей обсуждали, что из свежих консервов откроем на ужин, ноги уже принесли нас к скалистой гряде, разделяющей Берег Погибших Кораблей и остальной остров, и мы уже почти поднялись на неё, когда Бегемот вдруг глухо заворчал, глядя аккурат по направлению цели нашего пути. Мы тут же встали как вкопанные.

— Ну, и что на этот раз? — обречённо прошептала подруга, расстёгивая кобуру.

— Даже представить боюсь, кого там принесло, на ночь глядя… — тихо ответил я, снимая с плеча обрез и взводя курки. — Проверим?

Возражений не последовало, и мы, преодолев последние метры пути, осторожно выглянули из-за камня. Картина, открывшаяся нашему взору, вызывала смешанные чувства. С одной стороны, хотелось в голос заржать. А с другой, хотелось немедленно бросить гранату. Разумеется, ни того, ни другого делать мы не стали, а просто откатились на несколько метров вниз, обсудить сложившуюся ситуацию.

— Вот ведь курица общипанная! — выругалась Даша. — Он ведь там всё обгадит вусмерть!

— Это точно. — вынужден был согласиться я. — Попробуем шугануть?

— Скорее всего, не сработает. — подруга задумчиво покачала головой. — Что-то я сомневаюсь, что он сам по себе сюда прилетел. И если это приколюхи от оргов — а это точно приколюхи от оргов — то навряд ли эта курица свалит в ужасе, роняя кал. Придётся драться. А так не хочется, на ночь глядя… Бегемот, ты не мог бы прогнать эту хрень, ну, по дружбе? Нет? Так я и думала…

— Тогда план такой: ты отходишь чуть правее — вон за тот камень, а я появляюсь с фронта и попытаюсь его напугать. Если не сработает, открываю огонь на поражение, а ты поддерживаешь, пользуясь элементом внезапности. Бег, можешь скрытно обойти эту тварь с тыла? Отлично, тогда действуй по обстоятельствам, только под пули не лезь…

— Жаль, винтовка в лагере осталась. — сокрушённо проговорила Даша. — Может, сбегать?

— Думаю, это лишнее. Если мы его не сможем уработать в два ствола и четыре лапы, то и винтовка здесь уже не поможет. Всё, хватит лясы точить, на позиции. Через три минуты начинаем, а то солнце скоро сядет.

Подруга медленно, стараясь производить минимум шума, направилась к своей позиции, а Бегемот и вовсе просто внезапно исчез, как будто его и не было вовсе. Я же осторожно вернулся на гребень гряды и оглядел предполагаемое поле боя.

Выглядело оно, в общем-то, стандартно. Тот же пляж, та же галька, нагромождения топляка и волны, лениво лижущие песок. Наша лодка, на которую было потрачено столько времени. И только одна-единственная деталь всё портила: прямо на лодке сидел голубь размером с добрую свинью и неторопливо вил гнездо. Причём материал он выбрал крайне специфичный: рядом валялась неизвестно откуда взявшаяся здоровенная катушка металлического троса, который птица разматывала клювом, им же откусывала куски нужной длины и аккуратно складывала в виде гнезда. Как верх абсурда, картину венчал — как и голову голубя, старый ржавый немецкий шлем времён Второй Мировой. Со свастикой.

— Стало быть, братец, вон оно как. Ну, тогда разговор у нас будет короткий. — пробурчал я себе под нос, поднимаясь во весь рост. — Ганс, сдавайся! Гитлер капут! Пошёл вон с нашей лодки!

Как я и предполагал, моя тирада не произвела на птицу никакого впечатления. Голубь повернулся в мою сторону, поднялся во весь рост, распахнул крылья — мать честная, метра четыре, наверное, и злобно заклекотал. Судя по всему, ни сдаваться, ни уходить вон он не собирался. Поэтому я поднял «маузер» и выстрелил. Практически одновременно грохнул «ТТ» Даши.

Птиц-переросток отреагировал мгновенно: одновременно оттолкнувшись лапами и взмахнув крыльями, он моментально взмыл на высоту нескольких метров и резко бросился в сторону, уходя с линии прицела и набирая высоту. Я даже не понял, попал ли кто-нибудь из нас, так быстро всё произошло. Однако оперативно пришёл в себя и открыл беглый огонь по супостату и, судя по отлетающим перьям и крикам птицы, попадал. Тогда голубь, уже поднявшийся почти на десять метров, решил перейти в атаку и бросился на меня. И тут я понял свою стратегическую ошибку: я стоял на верхушке крутого каменистого гребня и возможности манёвра у меня были, практически, нулевые. И когда тварь уже тянула ко мне свои здоровенные лапы, оснащённые не менее здоровенными когтями, я принял единственное правильное решение и кубарем покатился вниз, на пляж. Справа продолжал грохотать пистолет Даши.

Скатился я удачно: ничего вроде не сломал и даже не потерял пистолет, однако, был почти полностью дезориентирован. Когда я, наконец, осознал ситуацию, она была уже аховая: я лежал на спине, а сверху на меня падал недруг, и его крылья уже застилали всё небо… Чудом я успел выхватить из-под себя обрез и выпалить с обоих стволов прямо в брюхо твари, одновременно откатываясь в сторону. Оба действия прошли успешно — разбрызгивая кровь и истошно вереща, птиц грохнулся на землю, аккурат туда, где я только что имел счастье находиться. Правда, он моментально оправился, тут же подскочил и принялся набирать высоту. Я встал на ноги и принялся перезаражать «маузер», а со склона ко мне уже спешила Даша.

— Ты цел? — прокричала подруга, вгоняя в «ТТ» свежий магазин. — Живучий, гад, давай его в два ствола! По команде! Готов? Огонь!

Мы успели сделать по несколько прицельных выстрелов, когда голубь, поднявшись на пару десятков метров, нанёс ответный удар. Сначала мы даже не поняли, что произошло, когда в паре метров от нас упала жидкая блямба, обрызгав всё в радиусе метров пяти дурно пахнущей субстанцией.

— Да он на нас срёт! В прямом смысле! — заорал я, а рядом уже рухнула следующая партия жидкого кала.

— Давай по очереди! Нельзя давать ему передышки! Огонь!

Следующие несколько минут превратились в какой-то сюр: мы «танцевали» вокруг лодки, стараясь не угодить под «бомбы» и одновременно всаживая пулю за пулей в чёртову птицу, никак не желающую подыхать. Наконец, через три отстрелянных магазина, когда запас патронов подходил к концу и я уже собирался браться