Вирус забвения - Виталий Абоян

В засаде dd сидела одна, без соглядатаев. Она долго рассматривала Бойда через высококачественные линзы Karl Zeiss, держа указательный палец правой руки на податливом металле спускового крючка. Она не собиралась стрелять в Шотландца, ей просто нравилось осознавать, что у нее есть такая возможность. Тони эту возможность предоставил сам Бойд, а стало быть – ей уже удалось стать для самого известного бандита Эдинбурга больше, чем обычной подстилкой.

А сейчас она была занята важным делом. От нее требовалось не так много – точно поразить цель и самой остаться незамеченной и живой, чтобы оперативно приступить к поиску и уничтожению следующей мишени. Кого устранять, решала не она – на «балалайку» сбрасывали информацию, иногда выделяя с помощью глазного наноэкрана какого-нибудь человека, которого она видела сквозь оптический прицел. Тони не посвящали в то, кто занимался отбором целей и передачей данных, но она была уверена, что это Лиса. Лысая чертовка с немного раскосыми глазами, главной отличительной чертой которых был хитрый прищур и неискренность выражения.

Тони сразу увидела в машинистке соперницу. И dd была готова поклясться, что в ломщице таится какая-то угроза. Она не могла распознать, что с ней не так, но интуиция Тони подводила редко. Она пыталась сказать об этом Шотландцу – не прямо, ведь никаких прямых улик не было, – но тот и слушать ее не хотел. Тони знала – Бойд спал с лысой бестией, во всяком случае, раньше между ними что-то было. И попала в клан Лиса точно таким же образом, как и сама dd. Тони не испытывала беззаветной преданности ни самому Бойду, ни его клану, но вывести на чистую воду предательницу-Лису ей очень хотелось. Или виной всему обычная ревность?

Бойд, как и большинство мужчин, был настоящим олухом по части чистой и нежной любви, но Тони очень ясно видела, как Лиса смотрела на Шотландца. И как смотрела она на нее – ту, которой Бойд отдал свое сердце. Ну, если не сердце, то как минимум не один лишь член.

Dd отодвинулась от окуляра, оставив винтовку на прежнем месте. Без высококачественной оптики убитый мужчина был едва виден отсюда, а красного пятна под серым пыльным пальто вообще не разглядеть. Вокруг поверженного тела собирались люди. Они что-то кричали. Громко, сами звуки были хорошо слышны, но слов не разобрать. Отлично, толпа собирается – это именно тот результат, которого ждут. Теперь нужно немного подождать – вдруг потребуется усилить произведенный эффект еще одним-двумя выстрелами, – и можно менять дислокацию. Перед глазами уже висел полупрозрачный список позиций, отобранных для нее Лисой. И, черт бы ее побрал, бо́льшая часть списка находилась в глубоком тылу – в Punkground. Бойд решил, что пришла пора заняться чисткой собственных рядов?

Из бетонной коробки блокпоста показалась голова беза. В черном бронированном шлеме «саранчи». Такой не взять обычной пулей, а для усиления эффекта очень было бы кстати. Без не помечен цифровой меткой, но ведь это отличная мишень.

Не сводя глаз с мелькающей среди серых бетонных стен черной точки, Тони вытащила из кармана, располагавшегося на боковой поверхности брюк, обойму с усиленными пулями. Урановый сердечник, и почти вдвое выше давление пороховых газов, и эффективная дальность. Правая рука привычным движением отстегнула полупустую обойму, указательный палец левой легко коснулся кнопки на цевье, и затвор выплюнул патрон из ствола. Новая обойма встала на место, усиленный патрон автоматически ушел вверх, внутри винтовки тихо щелкнуло – оружие готово к стрельбе.

Тони особенно не беспокоилась насчет того, в кого стреляла. Во время работы для dd с той стороны прицела существовали только мишени, никаких людей. Как в тире – кто станет убиваться о ненароком испорченной уточке, что так смешно крякает, когда в нее попадешь. Вот что ей было странно – так это отсутствие всяческих ощущений. Ей не нравилось убивать, но и неприятных эмоций dd тоже не испытывала. Тони нравилось стрелять, а смерть того, в кого она всаживала пулю, становилась побочным продуктом, обращенным заказчиками в свою пользу.

Ей не о чем было переживать. Стала бы она расстраиваться, если бы на ее глазах убили близкого ей человека – ведь у тех, в кого она стреляла, наверняка были дети, жены, родители? Ответ Тони знала точно – нет. У нее не было близких, тех, кто дорог. Жаль ей могло быть только винтовку. Но, в конце концов, всегда можно купить новую, хоть это будет уже другая история. Убьют ее саму? Ну и что? Какая ей тогда будет разница?

Смерть лишь начало. Вся жизнь человека была длительной, а для кого-то и не очень подготовкой к смерти. Весьма сложной и затратной подготовкой. Так почему бы не помочь идущему добраться до финиша?

Голова в черном шлеме показалась снова. Всего на одно короткое мгновение. Но Тони успела зафиксировать взглядом, который усилился оптикой прицела, черное пятно. Палец надавил на спуск, в плечо ударил приклад и… Черт бы их побрал! Бетон в пяти миллиметрах от края непроницаемо-черной маски расцвел смертельно опасным цветком, выбитым отклонившейся от положенного ей курса пули. Сегодня безу повезло, сегодня он останется жив. Во всяком случае, в этот раз.

В кармане задребезжал виброзвонок коммуникатора, заставив тело дернуться на какой-то микрон, которого хватило, чтобы пуля пошла на несколько миллиметров в сторону. Как некстати – Тони не любила расходовать пули зря. Не из жадности, тем более что за нынешние обоймы она ничего не платила. Просто пули были предназначены для поражения целей, и когда они летели мимо, это вызывало у Тони злость и приводило в ярость.

– Да, это я, – резко ответила она звонившему человеку. – Ты же звонишь на мой номер!

Всегда звонят в самый неподходящий момент! Теперь все старания насмарку – ее раскрыли: по расположению «цветка» на бетоне без особых усилий можно понять, что пуля прилетела не из бушующей на Лейт-стрит толпы. И ради чего она должна идти на такие жертвы?

– Что тебе надо?!

Из коммуникатора донесся тихий голос. Видеотрансляции не было, но Тони и так прекрасно знала, кто это. Она слушала, и решимость на ее лице уступила место сначала недовольству, а потом и какой-то обреченной покорности.

– Хорошо, – более спокойным тоном откликнулась dd, – уже иду.

Собеседник снова что-то пробурчал недовольным тоном.

– Я же сказала – уже иду! – не удержалась от злобного окрика Тони.

Винтовку она собрала быстро, не прошло и полминуты. Уборка территории заняла немногим более – теперь никаких следов ее пребывания здесь не осталось.

– Ну что ж, Шотландец, – пробормотала она, закидывая СВУ-14МА за спину и застегивая карабин ремешка на груди, – прости, любимый, но у твоей «кошечки» сегодня дела. Придется тебе теперь справляться без меня.