Куда приводят благие намерения - Скоропадский

знала, что именно мной двигало. Тогда это ощущалось правильным, верным и так, как нужно.

А сейчас слишком глупо и по-детски, безрассудно. Я осознавала, пусть и не быстро, что, возможно, потеряла всех, кто относился ко мне справедливо и с добром.

— Я думаю, что была слишком зациклена на маме и боялась втягивать кого-то из вас в это. Неумение делиться проблемами, наверное, откуда-то из детства.

Подтянула к себе колени, положив их на поверхность лавки. Я пересказала ему это и стала ощущать себя ещё абсурднее. Как так можно было идти слепо на поводу у Эрагона. У того, кто обманом вынудил подписать договор беременную женщину. Как от меня могли ждать великих подвигов и разумных ходов, если сама себе не была в силах помочь и действовать рационально.

— Ты думаешь, он не простит? — Я поколебалась, но он, к счастью, продолжил. — Нет, Вики. Ты боишься, что он не простит.

Геральд был прав. Это было то, о чём я с трудом могла подумать, не то что признаться.

— Да. Меня пугает сама мысль об этом.

Он ободряюще сжал мою ладонь, но тут же, не медля, притянул к себе ближе, прижав к своей груди, позволив расслабиться, ощутив тепло, защиту и поддержку.

— Ты же помнишь о том, что он далеко не глуп?

Кивнула, вжавшись в мужскую футболку лицом, как в игрушку, защищавшую от ночных кошмаров, ощутив тяжёлые пальцы на спутанных локонах. В этой суматохе последнее, что я хотела делать, приводить себя в порядок. Какой смысл быть снаружи идеальной куклой, а внутри полностью разбитой вазой.

— Я боюсь, что, если он убьет меня как Лилит или никогда не захочет видеть, смотреть мне в лицо?

— Всё-всё-всё. — Геральд оторвал мои руки от лица, заставляя смотреть ему в глаза. — Не думай о таком. Если бы он хотел тебя убить, церемониться бы не стал, а в ситуации с Лилит мало кто знает, но на её судьбу повлияло не рождение наследника, а предательство, измена Господину.

Я удивлённо сощурила брови, не готовая к таким новостям. Всё таки было нечто тёмное в истории этой женщины.

— Я не знала. О, Дьявол, я надеюсь, тебе ничего не будет за эти откровения! — Вытаращила на него глаза.

Профессор усмехнулся, сильнее обняв меня. В этом демоне было что-то родное, и мне этого не хватало.

— Ты теперь королева, не имеют права знать Адмироны, Серафимы, Непризнанные, но не ты, — он продолжил. — Если бы Сатана хотел тебя убить, это случилось бы ещё до брака, когда он поймал вас с Люцифером. Но ты была ему нужна, ему был нужен этот брак.

Нужен этот брак.

Отчего-то сказанное не придало сил, напротив, поселило в голове новые вопросы и споры. Было странно ощущать неприязнь при мысли о том, что ему нужен был лишь этот союз, а не я.

Больше выводила сама мысль притворства, ведь даже если так, то ему не было никакой выгоды быть обходительным и хорошо ко мне относиться. Но тут же себя одёрнула, мысли о Сатане в этом ключе мне совсем не нравились. Даже сама мысль, что я могла о нём думать, выбивала почву из-под ног.

— Сейчас иди и уже сделай что-нибудь со своими волосами, о, чёртовы рога, это невозможно! — Вытащив свою руку из запутанных прядей, он обрёл серьёзное выражение лица. — Не позволяй никому заставить тебя сомневаться в себе, в конце концов ты королева, даже если ты совершаешь ошибку, это не отменяет того, кем ты являешься.

— Ты, как всегда, прав, учитель, — протянула, но не смогла улыбнуться. — Геральд, мне так плохо, голова идёт кругом. — Он мягко улыбнулся, сделав какой-то личный вывод.

— Вики, я знаю Сатану не первую тысячу лет. Его могло задеть преданное доверие в отношении тебя как супруги. Быть может, он действительно занят. Этот прохвост не оставил бы тебя без каких-либо объяснений. Он ни разу за столько времени не говорил о браке, и не ошибусь, если ему, как Дьяволу, сложно понять те глупости, что ты творишь. Я и сам не лучший советник в брачных делах. — Он хохотнул. — Но скажу тебе ещё раз, Сатана не глуп, а ты, если тебе хоть немного не всё равно и испытываешь с ним комфорт, цени и не спеши. Позволь этому разрешиться.

— Ты прав. — Опять это повторила, ощутив учащённое дыхание сбоку от себя.

— Вот они, мои тушканчики. — Геральд усмехнулся, получив два несогласных взгляда. — Что-то предъявить мне хотите?

Данталин зло поджал губы, а Тайлер усмехнулся и покачал головой, столкнувшись со мной взглядом. Как давно мы с ним не виделись. Неделю? Ощущение, что года. Когда-то мы дружили так, что нас было не разъединить как брата и сестру. Я успела соскучиться по этому демону.

— Вики. — Он улыбнулся, разделяя эту радость.

— Тай. — Улыбнулась в ответ, поднявшись с лавки вслед за Геральдом.

— Не отвлекаться, шагом марш на стадион к брусьям. — Некогда дружественный голос Геральда приобрёл повелительные стальные нотки.

Парни тут же поникли, но спорить не стали. Слишком глупо. Знали, что это было больше нужно им, чем ему.

Я лишь на прощание успела одними губами прошептать мужчине заветное спасибо, получив такую же, едва заметную улыбку, которую он ловко скрыл, вернувшись к воспитанникам с привычным нечитабельным взглядом.

Он был прав своих словах, мне не стоило так растекаться в лужу, становиться половой тряпкой. Если я хотела говорить с Сатаной об этом, мне нужно было выглядеть лучше, чем сбежавшая из дурдома чудачка.

Вернувшись в покои, не удивилась его отсутствию. Он наказывал меня, не захотев понять мотивов. Конечно, я была наслышана о наказаниях Люцифера, этот факт даже не пытались скрыть.

Почему было столько много оправдывающих этот поступок факторов, начиная от нашего принудительного брака с тем, кого я совсем не знаю, кто меня в разы старше, и когда-то давно поспособствовал разрыву родителей, тому, что я жила средь ангелов. Но не один из доводов не позволял мне перестать считать себя виновной.

Пройдя в ванную, набрала горячую воду с пеной. Нужно было как следует привести себя в порядок. Это бы значительно предало уверенности мне в будущем разговоре.

Сделав пару увлажняющих масок, не удержалась, взяв с полки мужской гель для душа. Ещё с подросткового возраста мне нравились мужские ароматы, я находила их более интересными, чем привычные лавандовые или персиковые, женские. Гель Сатаны был по-особенному пряным, мне представлялся хоровод ароматов из свежего сандала с нотками жасмина, перца и чего-то терпкого.

Высушив феном волосы, аккуратно уложила пряди, проходя в гардеробную. Выбор пал на