Куда приводят благие намерения - Скоропадский

кожаную юбку-карандаш макси с вырезом на бедре, приталенную водолазку и белоснежные ботфорты. В меру строго, достаточно утончённо и красиво.

Усевшись на диван, подняла один из пергаментов, которые, судя по всему, муж оставил ещё вчера на столе. Не питала любви к отчётам, но это позволило мне отвлечься от насущного, концентрируясь на полезной информации.

В тексте говорилось как раз о том самом мероприятии, которое согласовали, а именно турнир. Ангелы прислали Дьяволу макет требований и выдвинули правила. Читая абсурдные пункты, не могла сдержать улыбку, зная, какую именно реакцию вызовет написанное у Дьявола.

«Ангелы должны знать имена своих соперников не позднее, чем за два часа до начала соревнования на случай оспаривания кандидатуры.»

«Во время тренировки расстояние между командами должно быть не менее 10 м.»

«Судьи должны быть представлены в равном количестве от двух сторон, также Совет настаивает на независимом эксперте с ангельской стороны.»

«Запрет на использование сил у высших демонов.»

Как интересно. И не слова о том, что ангелы владеют более примитивными, незаметными дарами, которые могут очень хорошо сыграть на руку. Это было так в духе Серафимов.

«На время крылоборства обычная верёвка заменяется на золотую нить.»

Настолько пугливые ангелочки? А я рассчитывала увидеть ту самую стать и благородство, о которых мне так много в детстве нравоучали.

«Любая провокация карается дисквалификацией всей представленной команды.»

Надеюсь, к ним это относится в первую очередь.

Выпив немного ромашкового чая, окончательно пришла в себя и расслабилась. На часах добротно красовалось полвосьмого вечера, когда я лежала с открытыми глазами, буравя потолок, и всё-таки Сатаны по-прежнему не было.

Не став продолжать это безобразие, вышла из покоев. Он не мог запереться от меня в своём кабинете. Испытывать меня игнорированием, не лучшая из возможных идей. Подойдя к заветной двери ближе, подняла бровь вверх, два стражника стояли вплотную ко входу.

— Королева, — как по команде в один голос произнесли демоны.

— Я могу пройти? — Он что и впрямь пошёл на такие меры? Хотя, возможно, в прошлый раз я их попросту не заметила.

— Извините, Повелитель сейчас занят, Господин отдал прямой приказ не беспокоить.

— Такие приказы распространяются на жену? — Иронично усмехнулась, приведя их в замешательство.

Но похоже, моя фортуна явно повернулась ко мне в этот раз не той стороной.

— Извините, мы сможем это уточнить тогда, когда Владыка закончит.

Мне пришлось кивнуть. Настаивать, приказывать и наводить какую-то суету не имело смысла. Мне не хотелось, чтобы на моей совести была также смерть и этих двух, кто знает, чем там занят Сатана, и в каком он был состоянии.

Вернувшись в комнату, присела обратно, дожидаясь, но его всё ещё не было. Настроение испортилось окончательно. Меня не устраивал такой ход событий. Часы шли, но я так и не рискнула пойти к кабинету, опять уснув на диване, до по последнего говоря себе, что ещё пять минут и в кровать.

Следующие пол дня прошли всё в том же унылом ритме. Его отсутствие по крайней мере позволило мне свободно размышлять на тему происходящего. Взяв холст в руки, уселась в кресло Дьявола, совершив набросок карандашом. Ловкие мазки придали картине новые нечёткие образы.

Сатаны не было. Он просто исчез. За всем, что происходило последние дни, я и позабыла, что такое одиночество, когда возвращаешься в пустую комнату, никто не донимает вопросами о самочувствии и прошедшем дне. Абсолютное ничего.

Сейчас я была решительнее.

— Это помешательство, — в который раз за нескончаемо длинный день повторяла себе.

Почему мне было не всё равно? Почему я так хотела увидеть его, даже тот суровый взгляд, наполненный ненавистью и презрением ко мне же? Подходя к дверям, увидела всё тех же стражников, которые не сменились, но теперь ребята стояли на небольшом расстоянии от двери, не препятствуя никому войти.

Кабинет был пуст. Сатаны не было. Это всё походило на комичное чёрно-белое кино, и сейчас должен был откуда-то из глубины появиться клоун. Оглядев дубовый рабочий стол и два пустых бокала из-под виски, сжала руки в кулаки, выйдя из комнаты. Вновь обратилась всё к тому же демону:

— Где Сатана? — Мой тон казалась сталью.

— Простите, Госпожа, нам это неизвестно.

Приблизившись к одному из них, поймала взгляд, воспользовавшись даром. Но ничего, кроме пустого коридора, не увидела. Это было полным издевательством.

Зло сомкнула губы, задумалась, анализируя картинку кабинета. Судя по бокалам, демонов было двое. Неприятная догадка сдавила грудь в тиски. Неужели он был с фавориткой? Так он наказывал меня, ударяя по моей гордости, втаптывая в землю?

Развернувшись по направлению покоев, задержала свой взгляд на злополучной двери. Эти мысли не давали спокойно вздохнуть, голова шла кругом, когда я наконец дошла до комнаты.

Но если он настолько во мне разочаровался и настолько не хотел, что так запросто изменял, игнорируя днями, я видела лишь один разумный выход, просто уйти.

Я прекрасно осознавала свою вину, но была не из тех, кто смог бы вынести такое. Смотреть в глаза и ложиться в постель с тем, кто считает, что может так меня не уважать, так ударять, выжигая все счастливые воспоминания.

——===⊰s⊱•===—•—

Злачный запах сырости, на тысячи лет въевшийся в стены, уже не вызвал у неё того тошнотворного позыва, что в первый день пребывания.

Сидя на ветхой кровати, небрежно застеленной старой простынёй, Ребекка непроизвольно вжалась крыльями в холодную стену, отрезвляя галлюцинации. Было ясно, всё это бывшему Серафиму не нравилось, но она не жаловалась. Главное, что дочь была в безопасности, сама она справилась и выдержала бы всё.

За столько лет ей удалось увидеть нутро Эрагона, и если до помолвки у неё были сомнения, то теперь их больше не осталось. Мысль, что Вики с Винчесто в Аду, была для неё лучшей пилюлей.

Слишком хорошо она знала отношение бывшего возлюбленного к детям, была уверена, что самый ближний Советник к Дьяволу не даст её в обиду, и потому была спокойна. За двадцать лет, лишь однажды на задании, она мельком его увидела, но поспешила себя одёрнуть.

По-другому никак, иначе не сдержалась бы и рассказала ему о дочери, о том, что всё ещё забыть не может, трепетно храня его браслет и образ в памяти, но тогда совершилось бы непоправимое.

Замок в ржавой скважине неприятно закряхтел, выдав возраст сооружения и впустив входящего ангела. Натянув на губы привычную холодную улыбку, Ребекка взглянула на Серафима, не позволяя разглядеть Эрагону в своих глазах усталость и хоть что-то, что выдавало бы её недовольство, тем самым вызвав у него триумф.

— Ребекка, гляжу, эти