Водопад грез - Джоан Виндж

— Я доставлю тебя туда.

Она взяла у меня Джеби, коснувшись меня, как только она умела касаться, и передала его женщине по имени Ладу — она никогда не давала его Наох. Мийа взглянула на Наох и взяла меня за руку. Не знаю, было ли ей так легче сконцентрироваться, или же она просто заостряла на этом внимание сестры. Все, что я понял, когда ее сестра бросила на нас взгляд, — Наох от этого почувствовала себя не лучшим образом.

Водоворот смещаемого пространства всосал меня в сознание Мийи и выкинул в совершенно другом месте.

Глава 20

Двое патриотов, ждавших в тени под выступом здания, подпрыгнули — и готовы были скрыться от нас, когда мы появились на улице рядом с ними. Они потрясли головами, отступив, и их страх сменился облегчением, когда Мийа безмолвно объяснила им, почему мы здесь.

Если не считать нас четверых, улица была абсолютно пуста. Напротив того места, где мы стояли, находился киоск информации из пластика и металла, напоминающий о неизбежном присутствии Тау. Поверхность киоска с бегущими по ней призрачными образами выглядела пугающе не соответствующей старинным шероховатым стенам.

Я заметил, что кто-то умудрился нацарапать «траханная Тау» на стандарте на суперпрочном основании киоска. Я смотрел в восхищении на это творение, не понимая, как это удалось сделать. Где-то я слыхал, что дорогая одежда не обязательна для интеллигентных людей, но украшения необходимы — они выделяют, придают индивидуальность. Похоже, такую же функцию выполняют и надписи на стенах.

Я оглянулся на патриотов, беспокойно ожидающих рядом с Мийей:

— Прикройте нас.

Они взглянули на Мийю, кивнули и скрылись в тени.

Я подождал, пока они отойдут.

— Ты не хочешь, чтобы они узнали, что ты делаешь, — сказала Мийа. Это не было вопросом. Она неуверенно вглядывалась в мое лицо — как эхо моей неуверенности.

Я пытался сконцентрировать свое внимание на дисплеях. Экран выдавал обычную чушь, одобренную корпорацией, как будто ничего безнадежного или ужасного, или преступно безумного сегодня не произошло.

— Добро пожаловать в реальность, — прошептал я экрану. Я напряг руки, разминая пальцы над мерцающими дисплеями.

Мийа завороженно глядела на экран, на ее лице отражались краски пустого лица репортера Тау. Она взглянула на меня, когда я заговорил: ей показалось, что мои слова обращены к ней.

Я покачал головой, отвечая на ее невысказанные вопросы, и сосредоточился на таблице данных, на знакомой клавиатуре и полудюжине простейших показателей. Я увидел то, что хотел увидеть: полностью скомплектованный коммуникатор. Должно быть, Тау установил его здесь для удобства посещающих Фриктаун граждан Ривертона, поскольку никому не могло прийти в голову, что им могут воспользоваться гидраны, у которых нет браслетов с лентами данных.

— Скажи мне, — произнесла Мийа, выводя меня из медитации на дисплеях, связывающих миры. — Почему ты боишься входить туда?

— Боюсь? — спросил я удивленно. — Потому что, возможно, это не сработает. Потому что, если это сработает, предположение Наох станет правдой: я обучу этому тебя, ты научишь патриотов, и вы сможете разрушить Тау изнутри. И даже после того, что они сделали…

— Ты все еще частично землянин, — закончила она мягко. — И ты не хочешь, чтобы из-за тебя гибли невинные люди. — Я кивнул, опуская глаза. — И я тоже, Биан, — сказала она. — «И я тоже, нэшиертах». — Она мягко вложила мне эту фразу в мозг, где ее присутствие могло напомнить мне о том, почему я здесь и почему она в моем сознании. Только она, и никто другой.

— Знаю, — пробормотал я, глядя на нее. — «Я знаю. Но, Наох…». Мийа, обещай мне, когда мы вернемся, все время держать контакт со мной. Наох не может влиять на меня так, как влияет на остальных. Позволь мне быть индикатором твоего чувства реальности.

Она кивнула, ее мысли омрачились воспоминанием предательства сестры. Она закрыла глаза. Когда вновь открыла их, в них не было никаких эмоций.

— Теперь покажи мне, — указала она на киоск.

Я перевел взгляд на дисплеи, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить, что мы должны сделать. Ах, насколько легче было бы просто показать ей, как все должно происходить.

— Ты улавливала когда-нибудь электромагнитные колебания в Ривертоне — энергию, излучаемую снаряжением или защитным полем?

Она снова кивнула. Я позволил проникнуть ей еще глубже в мой мозг в поисках образов, которые смогли бы прояснить мои слова. Даже когда она работала на Тау и ей надо было познакомиться с современной техникой, чтобы в дальнейшем пользоваться ею, Мийе давали самый минимум знаний об элементарных устройствах.

Я подумал о Мертвом Глазе, который научил меня всему этому, пытаясь вспомнить точные слова и образы, которые использовал для объяснений он, вспоминая его рот, который был еще хуже его гноящегося глаза, его линию защиты от ненавидящих псионов твердолобых, которые убьют его за то, что он узнал. Он не открывал это никому, кроме меня, потому что дар позволил мне увидеть все это.

— Дело в том, что псионы рождаются уже со способностью настройки на электромагнитное поле. Так как мы можем ощущать электромагнитный спектр, нам не нужна кибернетизация — специальные устройства, чтобы войти в Сеть.

Ее зрачки расширились, когда она поняла наши возможности.

— Как ты узнал об этом?

Я тронул рукой свитер Мертвого Глаза, надетый на тунику. Я помнил.

— Кто-то доверился мне.

Мийа смотрела на дисплеи перед нами и долго молчала, прежде чем снова взглянуть на меня.

— Как ты этого добьешься?

— Мы используем открытое окно и просочимся в систему. Там мы будем подобны привидениям — мы входим в систему не как обычные электронные сигналы. Программы безопасности предназначены для блокировки посторонних импульсов. У большинства из них слишком узкий диапазон, чтобы заметить нас. Тау по-настоящему не соревнуется ни с кем, так что, по всей вероятности, внутренняя безопасность в сети не очень сильна. Сложнее всего будет запустить наше сообщение и провести его куда следует.

Она потерла шею, покрытую грязью и потом.

— С чего начнем?

— Я не могу рассказать тебе. «Мне надо показать. Оставайся со мной. Помоги мне сконцентрироваться, иначе я не смогу…» — Я почувствовал, как она усилила связь между нами до прочности каната. Я рассматривал дисплеи, на которых демонстрировалось представление, не несущее никакого смысла. Не имея электронного браслета, я даже не мог открыть окно связи в коммуникаторе. Я прижал палец к замку соединения и почувствовал, как глухое дребезжание растекается по моим нервным окончаниям. — «Мы должны проникнуть мыслью сюда. Ты можешь использовать свои способности, чтобы образовать проход?»