'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

– Время Селуков и святых подошло к концу, – закричала ему матушка. – Абядийцы сотни лет смотрели, как те убивали Потомков, и даже пальцем не пошевелили. Пролитая сегодня кровь – это возмездие. Если бы ты был истинно верующим, то возрадовался бы правосудию.

– Вот вам правосудие!

Кева бросился вперед, подняв окровавленную саблю.

Селена протиснулась между мной и матушкой и встала перед нами, так что Кеве пришлось резко остановиться.

Селена выставила руки перед собой, как щит.

– Я не позволю тебе ранить Сиру.

Кева ткнул черной саблей Селене в шею. Но сталь не успела войти в плоть – перед Селеной сверкнул яркий свет, и острие сабли вонзилось в него с пульсирующим радужным сиянием.

– Ангелы здесь, – радостно провозгласила Селена. – Они не позволят тебе победить.

Кева снова поднялся над землей и обрушил удар мне на голову. Но в воздухе снова вспыхнул яркий свет, и черная сабля не смогла через него проникнуть.

– Это дар Марота, – сказала Селена. – Ты не сможешь ранить тех, кто находится под моей защитой!

Скорее его остановила моя молитва о победе.

Кева бросился в атаку. Но наткнулся на ослепительную стену белого света, так и не сумев подобраться ближе.

– Вы под защитой зла. Клянусь, пока я еще дышу, я не остановлюсь, не убив вас всех. И не буду убивать быстро. Мое милосердие иссохло, как эта мерзкая пустыня.

– К этому нас привело только твое упрямство! – Я отпустила материнскую руку, прошла мимо Селены и встала совсем рядом с его лицом, закрытым шлемом. – Мы могли бы заключить мир. Я дала тебе шанс. Все сегодняшние смерти на твоей совести. И то, что породит моя молитва, тоже.

Он поднял забрало. Кева плакал, слезы текли из его покрасневших и опухших глаз. Он растерял все могущество. Но смотрел он не на меня. А на небо.

Я тоже подняла голову – узнать, что привлекло его внимание. Над пиками Зелтурии разбухала и увеличивалась кровавая туча, затянув половину неба. Она опускалась к земле, расширяясь как мешок, в который накачивают воздух.

Могу поклясться, я слышала доносящиеся из тучи крики. Чем дольше я смотрела, тем отчетливее замечала другие странности: из красной субстанции торчали разные формы. Они напоминали щупальца и конечности.

– Кажется, кое-где потребуется твоя помощь, Кева, – гордо улыбнулась я. – Эта штука, чем бы она ни была, явно не сулит ничего хорошего жителям Зелтурии. А твоя рыжеволосая принцесса, случайно, не там?

Как только я это сказала, Кева взмыл в воздух, джинн расправил широкие цветные крылья и понес его к Зелтурии.

Я выпустила болезненный вздох и позволила стене рассыпаться. Из моих глаз хлынули слезы, даже из того, что смотрит в бездну.

Матушка похлопала меня по плечу и обняла.

– Видишь, доченька? Лат и Потомки тебя защитили. Этот раб Ахрийи не может помешать тому, что тебе предначертано.

Нас защитили не Лат, не Потомки и не ангелы. Нас уберегла Хавва. Это она наделила меня властью, это ей я молилась. Именно она даровала нам победу… своим извращенным способом.

Пока Кева летел к Зелтурии, наши всадники растоптали сопротивление абядийцев. Мы велели захватить в плен как можно больше людей. Но в затянутом дымом, горящем палаточном городке приказы отступали на второй план в пылу драки.

Кровавая туча окутала алым туманом всю горную гряду. Зелтурия купалась в нем. Что бы ни принесла кровавая чума, оно появится здесь. В самом святом городе земли зарождалось нечто нечестивое, и все это было делом моих рук.

Я пошла по этому пути. Мне нет прощения. Я уже не могу исправиться и снова стать хорошей. Я прошла точку невозврата, когда призвала Хавву, чтобы сокрушить Лат, когда принесла в Аланью кровавую чуму, когда заставила тысячи гулямов взорваться кровью.

Но даже после всего этого в душе я знала – что бы я сегодня ни совершила, будет гораздо хуже. И я почувствовала, как к горлу подступает отчаяние.

Я уставилась на свои руки и прошептала:

– Что же я натворила? Кого вызвала в этот мир?

11

Базиль

Кровавое облако рассеялось до тонкой розовой дымки, в которой появились сверкающие постройки из песчаника. К небесной выси тянулись резные колонны. Яркие росписи на открытых дверях на мгновение показались священными даже мне. Красные горы строго взирали на нас, а проходы между ними оживлялись волнистыми линиями, напоминавшими море.

А потом я услышал гимны. Нестройный хор моих легионов, молящихся перед лицом ужаса. Архангел услышал нас, когда мы взывали о помощи в облаке кипящей крови.

Гимны стали ветром вокруг меня, и я увидел своих людей, рассеянных в тумане цвета вина, беспорядочно мечущихся среди странных колонн и дверей из песчаника.

– Мы на месте! – закричал я. – Обнажите мечи и поднимите копья! Божественный ветер Архангела принес нас во чрево неверующих, в почитаемые ими бездны. В саму нечестивую Зелтурию!

Легионеры нашли своих центурионов и построились. Все были в доспехах и с оружием, хотя мы ни с кем не сражались. Никто не станет глядеть на кровавое облако без копья, щита и доспехов. Мы уже обсуждали, как вести бой в Зелтурии: квадратным построением, впереди щиты, один человек приседает, а другой стоит, поскольку враг может быть где угодно, на вершине, выступе, в пещере или даже скрываться под песком.

Крепко сжимая спату, я начал пробираться вдоль стены из песчаника, вырубленной в склоне горы. Позади двигался отряд легионеров, теперь молчащих и во все глаза высматривающих армию святого правителя Зафара.

Впереди открылся вход в пещеру. Внутри мерцал огонек свечи, но розовая дымка приглушала свет. Я подал сигнал солдатам, чтобы они приблизились, не издавая ни звука, а затем прокрался внутрь.

Впереди кто-то кашлянул. Я пошел на звук. На изумрудном ковре сидела тучная женщина в струившемся, словно сверкающая река, одеянии, похожая на мою первую жену. Она воззрилась на меня, а я на нее. Ее глаза округлились, превратившись в виноградины, и в тот момент я почувствовал себя в точности как тогда, когда застал свою шлюху-мать с капитаном триремы, которую потопил много лет спустя.

Как только она попыталась закричать, я перерезал ей горло. Кровь брызнула сквозь дымку, впереди и позади послышались шаги.

Из глубины пещеры вышел человек в золотой кольчуге. Кожа у него была цвета вспаханной земли, как у жителей царств к югу от Аланьи. Он посмотрел на меня словно во сне, затем поднял длинную деревянную палку, покрытую письменами, с металлическими частями и круглым отверстием.

Я бросился вперед и