Невидимый враг - Анна Снегова

что стоял мальчик, оказался вдруг здоровенный кусок гранита, поросший мхом на вершине.

Моргнула — и вместо камня снова мальчик, лукаво стреляющий на меня глазами.

— А теперь… облачко!

— Да вы что, не может быть, чтобы…

Я не закончила фразу.

Вместо камня передо мной покачивалось пушистое белое облако, на вид мягкое как вата. Его ужасно хотелось потрогать. Что я и сделала…

И тут же отдёрнула руку.

На вид была вата. Но пальцы мои нащупали вихрастую детскую голову. Мозг никак не хотел осмысливать этот диссонанс.

— То есть, он не метаморф? — подозрительно спросила я.

— Не-а! — покачала головой Мэй. Пока Терри снова набрасывался на виноград. — Ты что, когда бы он научился магии метаморфоза спустя сутки после рождения? Это слишком сложно. Для этого надо годы тренировок или…

— Или мощный выплеск магических сил при инициации, — чуть покраснев, добавила я. — При наличии предпосылок в виде длительного обмена энергией с другим оборотнем.

Мэй бросила на меня понимающий взгляд и улыбнулась так, что я покраснела сильнее.

— Да к тому же у вас с Арном род непростой, Ив! Он мне рассказывал, что по легенде именно вашим предкам дикие барсы передали когда-то секрет магии невидимости. Как это произошло, легенды умалчивают. Но факт остаётся фактом — вы всегда имели особую связь с барсами. Даже завидую немного, если честно. Так что, честно говоря, я совершенно не удивилась, когда услышала, что и ты тоже.

— Но Терри, значит, у нас уникум, — я снова перевела взгляд на мальчишку, который потянулся теперь уже за персиком. — Ни на кого не похожий. Никогда не слышала даже о такой магии, как у него!

— Это магия иллюзий, — пояснила Мэй. — Пока что ОН создаёт образы только размером с себя самого. Видимо, на него тогда очень большое впечатление произвели котики старших братьев, которые отирались весь день у колыбели, пока старуха их не выгнала. И он почувствовал, что она их боится. Вот и создал именно такую иллюзию, когда она стала ему угрожать. Мы до сих пор так и не разобрались, как он это делает! Никаких случаев ни в нашем роду, ни на памяти кого-то из таарнцев. Гордевид тоже уже все древние книги изучил, но ничего подобного не нашёл. Может, у Безликих?..

— Я попробую, — кивнула я. — Безумно интересно, как можно развить его дар и до каких пределов.

— В конце концов, для кого, как не для Ахимага Империи эта задачка? — в который раз поддела меня подруга. Я сама всё ещё никак не привыкла к столь высокопарному титулу, поэтому до сих пор смущалась, когда его слышала.

Мэй отобрала у сына следующий персик, который он намеревался тоже сожрать, не оставив братьям их долю. И отправила его погулять.

— Ну, а что у вас? Теперь ты рассказывай, — тихо продолжила Мэй, подставляя лицо солнцу и болтая ногами, будто девчонка.

— В смысле?

— В смысле — Зор-младший. Не может быть, чтобы ничего?..

Я покачала головой.

— До сих пор?

— Угу. Хотя, знаешь ли, мы и рады, что наш сын родился самым обыкновенным мальчиком. Я, признаться, немного переживала, что мои обороты могли как-то ему повредить. И всю беременность держалась, чтобы не поддаваться на провокации мужа и оставаться человеком. Отыгралась на нём после родов, конечно… но не суть. В общем, наш сын растёт самым обыкновенным, к счастью.

— Главное, чтобы здоровым, — поддакнула Мэй.

— И не говори.

Я замолчала и стала любоваться сыном. Он был наряжен в новый серо-серебристый костюмчик, который так ему шёл. Светлые волосы, серые глаза… он рос точной копией папы. Мой малыш… сердце затопила волна нежности.

И как-то вдруг вспомнились намёки мужа на ещё одного наследника. Посмотрев на то, как весело проводит время большая семья брата, я подумала, что, пожалуй, уже и не прочь…

— Ма-ам! Я тоже хочу такую кису! — сын подошёл ко мне и настойчиво потянул за руку. Показывая пальцем в сторону Клыка.

Котята племянников за прошедшие годы выросли до состояния хорошего такого бычка. Правда, это вряд ли был предел.

— Тебе матери мало, которую ты за хвост таскаешь? — вздохнула я.

— Хочу свою кису, — насупившись, повторил Зор.

— Не расстраивайся, малец! — Гордевид подошёл к нам и положил загорелую морщинистую ладонь на плечо мальчику. — Будет тебе киса! Вот подрастёшь, приедешь в гости к дедушке, мы с тобой пойдём в горы и найдем тебе…

— Сейчас хочу! — в очередной раз упрямо повторил Зор.

Ох… нетерпеливым и упёртым характером наш сынок тоже был весь в папочку.

А потом…

Он вдруг закрыл глаза.

И на детском личике появилось странное, отрешённое выражение. Которое мигом заставило меня всю подобраться. А внутреннюю Кошку — настороженно приподнять загривок.

Мэй хотела что-то сказать. Но Гордевид поднял вверх ладонь, призывая к молчанию. И внимательнейшим образом следил за нашим мальчиком.

Замерли, прекратили игру и улеглись на живот коты моих племянников. И пристальный серебряный, нездешний взгляд этих умных животных тоже был направлен на моего сына.

Только раздавался стук деревянных мечей.

Шипело мясо у озера.

Рокотали неспешные мужские разговоры…

А потом где-то в предгорьях раздался утробный рык снежного барса.

Мой сын открыл глаза и повернулся в ту сторону.

Я увидела, как чуть выше его бровей, в середине лба зажглось пятнышко голубого свечения.

Он долго смотрел туда, откуда слышался звук… таким серьёзным, совсем взрослым взглядом, что я не узнавала собственного ребёнка.

И невольно обратила свой взор в ту же сторону.

Поэтому я и не пропустила момент, как из-под деревьев на поляну, осторожно принюхиваясь, вышла гигантская дикая кошка. Это была самка — я поняла по глазам и походке.

Наши мужья тут же оставили своё занятие, вскочили и подошли к нам. Арн на всякий случай подхватил меч из травы, который оставил на попечение жены. У Зортага зрачки стали кошачьими, и я знала, что ему доли секунды потребуются для оборота при необходимости.

Это была очень, просто о-о-очень большая кошка! Её мех был тёмно-серым, на нём отчётливо проступали мелкие и крупные чёрные пятна. Гигантские клыки не помещались в пасть и я поняла, что она тоже из той древней пещерной породы, которую почти уже было не встретить в горах Таарна.

Возможно, подруга того самого бешеного, которого убил когда-то Арн.

— Моя киса! — удовлетворённо кивнул