Демон (СИ) - Артем Петров

— О ком? — Михаил все же попробовал добиться правды.

— Скажем так, если сейчас будет произнесено еще хоть слово, то никакие богатства мира не смогут спасти меня. Робертс же спросил, где искать нашего общего знакомого, я сказал. Но больше ничего.

— Хорошо, — все-таки пришлось оставить эту тему. — Но на другие вопросы мне все же хотелось бы получить ответы.

— Помогу чем смогу, — на вид вполне искренне пообещал эльф.

Демонолог только сейчас заметил, что кончик правого острого уха также оказался перевязан и оно смотрелось отчасти меньше. Но все равно не так страшно, как увечье Уильяма. Не говоря о глубоком шраме на лбу…

— Начнем оттуда, где началось все безумие. С Шербура.

— А почему не с Семнадцатого нашествия? — усмехнулся Гилен, но Хэммет не оценил его сарказм.

Профессор собирался добиться правды, чтобы решить все накопившиеся загадки. Больше задавать вопросы некому. Сэр Джеймс и принц Артур на них точно не ответят, а посадят в тюрьму и потом, скорее всего, на эшафот.

— В Шербуре вы должны были встретиться с Беллом. По какому поводу? И почему отменили встречу прямо перед нашествием?

— Я хотел купить у него металлургический завод в северной Ирландии, а потом узнал из достоверных источников, что он мне врет.

Нет, это эльф врет прямо сейчас. Предприниматель такого калибра заранее узнает, что собирается покупать, прежде чем станет тратить на подобное мероприятие время.

— Вы ведь знали, что там будет, не так ли? Знали, что Белл в этом может быть замешан, — настаивал Хэммет, стараясь действовать аккуратно. — И чудом спаслись… кто-то предупредил вас.

— С вами… непросто, — признался Жан, чуть улыбнувшись. — Хорошо, раз мы говорим начистоту, мне тоже хочется узнать пару вещей…

— Вы не в том положении…

— Вы разбили мою армаду, смогли пробиться через мою элитную охрану. И теперь я, по сути, ваш пленник. Что измениться от этого?

— Ничего, — признал Михаил. — Но никакой больше лжи.

Жавер лишь пожал плечами:

— Хорошо. По крайней мере, вашей спутнице я не солгал. Но всего вам рассказать не смогу, потому что опасаюсь не только за свою жизнь. Взяв на себя некоторое знание, вы будете в большей опасности, чем были сейчас.

— Вы знаете, что за нами охотятся некроманты? — поинтересовался Хэммет.

— Охотятся? Нет, — покачал головой эльф. — Иначе бы они уничтожили вас еще в России. Наблюдают, да, может быть. У них сейчас гораздо больше проблем с орденом и так называемыми «технонекромантами».

О последних писали английские газеты. Но Михаил считал их уткой. Оживлять мертвых с помощью технологий? Прогресс пока не шагнул настолько далеко…

— Вы для них — никто, — подытожил эльф.

— Это вам Белл сказал?

После этих слов Гилен расхохотался:

— Белл?! Вы серьезно? — после чего вся веселость с его лица как рукой сняло. — Нет. Если он с ними связан, то не слишком тесно. Может, финансирует их. Понимаете, Белл с его закадычным другом принцем Артуром очень… очень не любят не только меня, но и сэра Джеймса Ноттингемского.

— Вас понятно за что. А чем им не угодил сэр Джеймс? Он много раз показывал лояльность английской короне, а Белла спасли именно крестоносцы…

Если только он сам не смог как-то тайно убраться из Шербура. Ведь письмо с его инициалами… в мундире мертвого солдата принца… и этот шпион в рядах крестоносцев, которого захватил Жавер… это объясняет многое.

Значит, если Белл и замазан, то только в качестве второстепенного лица. А вот принц Артур фигура знаковая. Потенциальный наследник английского престола и, по совместительству может командовать некромантами. Тогда понятно, почему ему сильно не угодил орден. Понятно, почему он присутствовал во Франции со своими солдатами. Все было неспроста.

Эльф же просто покачал головой:

— Ноттингемский не является английским патриотом. И не потому что должность обязывает держаться вне симпатий к какому-либо из государств. То, что он делает для Британии много грязной работы, еще не делает его лояльным. Они боятся его. Еще двадцать лет орден не имел такого влияния. Такими темпами он скоро вернет организацию к золотым временам крестовых походов. А то и преумножит величие. Его влияние в Северной Америке растет с катастрофической скоростью…

— Вы сказали в Северной Америке? — удивился Хэммет.

— Да, вы разве не знали? Два месяца назад началась экспансия крестоносцев в Новый свет. Точнее, она была и до этого, просто раньше замалчивалось…

Похоже, прятаться от гнева ордена в Соединенных штатов теперь невозможно. Может, Южная Америка будет вариантом получше? Но кто гарантирует, что через два года туда не придут отряды с нашивками в виде крестов? Нет, нужно покончить с этими голословными обвинениями и очистить их имена.

— А какова ваша роль во всем этом? — сделав определенные выводы, Михаил продолжил расспросы.

— Моя? Скромно вести свои дела, не более. Все конфликты — лишь пересечение интересов с другими сильными мира сего, не более…

Опять расплывчатый ответ, сложно добиться чего-то существенного. Однако профессора беспокоило еще одно. Если кто-то из них связан напрямую с некромантами, а Жавера со счетов скидывать рано, то зачем Беллу нападать на Борджиа? Или тому же Гилену, когда Анхель принес ему «результаты исследований». Остается принц Артур, посещавший церковь по неизвестной причине, которую не знает даже Катерина. А она сказала, что священник предал некромантов. Вероятно, украв или присвоив адскую машину, питавшуюся остатками демонической энергии. После чего принц Артур пригрозил последствиями, поэтому глава церкви и пришел к Гилену. Все начинает обретать смысл. Но, к сожалению, пока это лишь домыслы.

— Моя очередь, профессор — перевел тему эльф. — Как вы во все это ввязались? Определенно, бывший крестоносец не мог быть ведущим в этом походе. Не тех качеств человек… однако и на вашем месте я бы скорее ожидал кого-нибудь другого…

Хэммет и сам задавал себе этот вопрос, оглядываясь назад. Может, все дело в страхе перед некромантами. А, может, не отбитая тяга приключений. Ведь он пока молод, способен на большее, чем просто стоять перед доской и рисовать год за годом защитные формулы от демонов.

— Собственно, из этого вытекает мой следующий вопрос. После Борджиа вы были последней зацепкой.

Михаил аккуратно достал двумя пальцами из кармана брюк пластинку и показал Жаверу.

Тот пригляделся, но через мгновение его вновь разобрал громкий смех, согнувший по пополам. В этот раз приступ продолжался гораздо дольше, а эхо отдавалось не только по этой комнате.