Прекрасная колдунья - Патриция Райс

– Я так ревнив, что готов запереть тебя в четырех стенах, чтобы любоваться твоей красотой мог только я один. Но сейчас мне не остается ничего другого, как уступить право наслаждаться твоим обществом своему сыну. С Рождеством, любовь моя. – Он наклонился и поцеловал ее в щеку.

Эйлин обхватила его голову руками и, прежде чем отпустить, запечатлела на его губах долгий поцелуй. Затем разжала пальцы и села на постели. Дрейк невольно залюбовался ее темно-рыжими волосами, облегающими тонкий стан жены, и с великим трудом поборол искушение прикоснуться к длинным шелковистым прядям. Свесив ноги с кровати, он встал и пошел за одеждой.

Обнаженный, Дрейк уверенно прошел через комнату, и Эйлин завороженно смотрела на его сильные мышцы и гладкую кожу. С тех пор, как он в последний раз вот так ее обнимал, прошло несколько месяцев. И еще несколько недель пройдет, пока она сможет снова пустить его в свою постель. Эйлин ни разу не приходила в голову мысль отвергнуть его. Ее юное тело уже изнемогало от столь долгой разлуки, и она была уверена, что Дрейк чувствует то же самое.

Когда Дрейк исчез в примыкающей к их спальне комнате, Эйлин крикнула няне, чтобы та входила. В то время как Эйлин приняла из рук девушки малыша, который разрывался от плача, требуя еды, в комнату вошла горничная и принялась разводить огонь в камине, чтобы прогреть остывший за ночь воздух. Эйлин спустила рубашку с одного плеча, и в тот же момент маленькие ручки призывно заколотили по ее полной от молока груди. Молодая мама, откинувшись на подушки, поудобнее расположила малыша, и тот жадно припал к большому соску. Переполненная нежными чувствами к своему беззащитному сыну, Эйлин крепче прижала к себе малыша и принялась поглаживать его нежную маленькую щечку.

Когда Дрейк, уже одетый, снова вошел в покои, горничная и няня быстро откланялись и покинули комнату, оставив молодую пару наедине со своим новорожденным сыном. При виде жены с младенцем на руках маркиз ощутил такой трепет, что напрочь забыл о свертке, который держал в руках. Он осторожно опустился на край кровати и как завороженный смотрел на маленького человечка, теребящего крошечной ручонкой грудь матери. Эти двое сейчас находились в своем особом мирке, где не существует ничего, кроме нежности и любви. Это он, уложив ее в постель, лишил невинности, заронил в ее утробу свое семя и дал жизнь этому маленькому существу. Просто невероятно, что несколько мгновений удовольствия коренным образом изменили всю их жизнь. И Дрейк понял, что каждая секунда, проведенная вместе с женой и детьми, – это невыразимое счастье, и мысленно возблагодарил Господа за столь щедрый дар.

Полностью поглощенная ребенком, Эйлин не обращала внимания на мужа, пока Ричард не насытился. Но когда она наконец подняла глаза и встретилась взглядом с Дрейком, ее сердце забилось. Маркиз нежно улыбнулся, и по телу Эйлин пошли теплые волны.

– Я когда-нибудь говорил, как сильно тебя люблю? – мягко спросил Дрейк. Аккуратно вытянув прядь ее темно-рыжих волос из детского кулачка, он взял из рук жены засыпающего младенца и прижал к себе. Но глаза его смотрели только на завораживающую игру серебряных искорок под ее длинными ресницами.

От этих слов Эйлин буквально задохнулась от счастья и, растерянная и удивленная одновременно, коротко кивнув, принялась машинально расстилать на плече Дрейка кусок чистой ткани, чтобы младенец, срыгивая, не запачкал костюм своего отца. Когда она удостоверилась, что Ричард лежит удобно, то, поправив рубашку, подняла глаза на мужа, все еще завороженная его словами.

В синих глазах Дрейка она увидела немой вопрос. На губах Эйлин заиграла ослепительно-радостная улыбка.

– Я просто надеялась, что когда-нибудь вы разделите со мной то чувство, которое я испытываю к вам, милорд.

Дрейк посмотрел ей в глаза, и его сердце наполнилось гордостью и любовью: все ее чувства были написаны на лице. Нежно держа в руках сына, Дрейк, наклонившись, поцеловал Эйлин в лоб. И тут, вдруг вспомнив, что все еще держит под мышкой небольшой, очень красиво упакованный сверток, Дрейк с улыбкой протянул его жене.

– Ты простишь меня за то, что я был таким слепцом и не видел, что любовь гораздо важнее гордости?

Значит, он все-таки понял.

Впервые за то время, что они снова были вместе, Эйлин почувствовала, что они с мужем снова одно целое. Мягко улыбнувшись, она принялась аккуратно разворачивать подарок. Внутри маленькой, обшитой бархатом коробочки лежал прекрасный перстень с бриллиантами. Эйлин открыла рот от удивления и посмотрела на Дрейка. Тот, аккуратно: вынув символ их единения, надел его на палец жены.

– Теперь весь мир будет знать, что ты моя, – прошептал он.

Потеряв дар речи, Эйлин наконец осознала, что принадлежит Дрейку полностью, безвозвратно, и скоро об этом узнает весь свет. Все еще не придя в себя, она пыталась придумать слова благодарности и любви, но ничего не приходило ей в голову. На пути к их счастью все еще было много преград. Но как объяснить ему это?

Внезапный стук в дверь лишил Эйлин возможности хоть что-нибудь сказать.

Дрейк чертыхнулся.

– Неужели в этом доме нас не могут хоть па пару минут оставить наедине?

– Это, наверное, няня принесла Эмили. Я сейчас же отошлю ее, не волнуйся, – быстро заверила его Эйлин и повернулась к двери. – Входи!

На пороге появился встрепанный лакей. Увидев, что его светлость здесь, он облегченно вздохнул.

– Милорд, к вам приехал лорд Уэстли. Он непременно желает говорить с вами.

Дрейк нахмурился:

– Уэстли? Я думал, он уехал на континент. – Дрейк бросил взгляд на Эйлин. Маркизу ужасно не хотелось уходить от нее, но он отчетливо понимал, что дела требуют очень много времени. На этот раз придется пожертвовать удовольствием побыть рядом с собственной женой.

Эйлин, казалось, уже смирилась с тем, что ее муж – занятой человек. Но прежде чем она успела сказать хоть слово, в комнату, грубо оттолкнув лакея, ворвался сам лорд Уэстли. Мрачный и ужасно раздраженный, с глубокими морщинами на лице, он коротко кивнул в знак приветствия юному маркизу и его леди.

– Прости, что помешал, Шерборн, но мне нужно поговорить с вами обоими. А этот трус не должен нас слышать. – Он бросил гневный взгляд на трясущегося от страха лакея. Немного озадаченный, Дрейк постарался скрыть свое любопытство. Послав лакея за няней, он указал своему несостоявшемуся тестю на одно из мягких кресел с высокой спинкой. Пока лорд Уэстли устраивался поудобнее, в комнату вошла няня и взяла ребенка из рук отца, а горничная тем временем помогла Эйлин накинуть халат.

Уэстли смотрел на все это с немного унылым видом. Когда няня собиралась унести ребенка, он сделал ей знак, что хочет взглянуть на нового наследника Шерборнов. Внимательно изучая личико спящего младенца, лорд Уэстли пришел к выводу, что подбородок мальчик унаследовал от Невиллов. Старик одобрительно кивнул, и в тот же момент няня унесла ребенка в детскую.