Автограф. Культура ХХ века в диалогах и наблюдениях - Наталья Александровна Селиванова

«Граница сна». Образное решение эффекта третьего глаза, который дает только призма, позволяет автору закрепить убеждение в безостановочном движении жизни, в ее извечном сопротивлении мраку и смерти. Поэтому смысловым центром этого направления можно считать картину «Кречет». Мощные, высоко парящие птицы спускаются камнем, чтобы схватить добычу, а потом снова устремляются в небо. Обращаясь к силе и достоинству этих созданий, Сафронов говорит, что есть Бог в эпоху «смерти Бога» и что религиозная основа жизни рано или поздно открывается любому человеку.

Арт-менеджеры называют Сафронова подлинным диверсификационистом (от латинского diversificatio, что означает изменение, разнообразие). Немного цепляет пышность термина, однако в его точности убеждаешься, когда имеешь дело с «золотой» серией (сюда входят «Маски» (День, Вечер, Ночь), «Коралловая принцесса», «Черная мадонна», «Гость») и орнаментальным циклом «Возрождение». Обилие золота в женских портретах роднит творчество Сафронова и Климта. Причем и творивший в начале XX века австрийский мастер, и творящий в конце XX века русский художник используют роскошь ярких красок наряду с мозаичными нитями, рисунок которых удивляет мельчайшей нюансировкой. Разумеется, такой прием выражает особое почтение Женщине, возвышенной у художников до образа святой. Картина «Гадалка» стала визитной карточкой Олега Алексея Сафронова. Ею открываются каталог и альбом, в последний войдет до 200 репродукций. Похоже, что «Гадалка» является настоящим посланием автора: смена рисунков и цвета в орнаментах, их многочисленные переходы, а также непонятные.

Разумеется, такой прием выражает особое почтение Женщине, возвышенной у художников до образа святой. Картина «Гадалка» стала визитной карточкой Олега Алексея Сафронова. Ею открываются каталог и альбом, в последний войдет до 200 репродукций. Похоже, что «Гадалка» является настоящим посланием автора: смена рисунков и цвета в орнаментах, их многочисленные переходы, а также непонятные непосвященному буквицы наводят на мысль о кабалистических знаках. Много тайн оставляет этот художник, даже двойное имя продолжает мистифицировать зрителя, не оставляя его в покое, не давая забыть магнетическую силу его замечательной живописи.

ГАЗЕТА КУЛЬТУРА

10.04.1997

Мы еще увидим Мириам в Интернете

Прошлым летом в Москве начала свою работу галерея «Кино». Руководство Киноцентра, окружив себя арендаторами из неблизких культуре областей бизнеса, решило, что уж выставочный зал должен сохранить свой первоначальный статус. О котором, конечно, было позабыто, когда на его площади размещались казино и дискотека «Арлекино». Нельзя сказать, что кураторы галереи Елена Юренева и Полина Лобачевская совсем отказались от ритуальных танцев и прочих игровых элементов, сопутствующих современным художественным проектам. Напротив, обдумывая новый замысел, они, люди, искушенные в арт-бизнесе (Юренева и Лобачевская организовывали первые ярмарки АРТ-МИФ), наполняют пространство галереи предметами и произведениями искусства, свидетельствующими о разных эпохах и культурах.

Объединяет их некая художественная идея, сохраняющая кажущееся постоянство. Современная западная практика охотно соединяет несовместимое не только во времени, но и в конкретных материалах. Так родился первый проект «Три линии», объединивший работы известных живописцев и графиков, — В. Наседкина, Т. Боданиной и А. Пономарева. В частности, в день открытия галереи и дебютной выставки зрители увидели новое направление в творчестве Наседкина — «металлическую графику». Одна из его композиций представляла собой стальной лист с включением в неге гравировальной доски. Когда-то она была основой тиражных произведений, теперь явилась частью новой большой работы. Многократное использование в разных художественных произведениях основных частей-материалов, а также тонко обработанные латунь, бронза и алюминий в других листах художника характерны для евростиля, который пользуется на Западе огромным успехом. В России подобными работами интересуются фирмы, специализирующиеся на новых технологиях. Первый проект, представивший еще инсталляции Пономарева и живопись Боданиной (произведения всех трех художников находятся в коллекции Инкомбанка), убедил публику в том, что «Кино» и впредь будет интересоваться нефигуративным актуальным искусством. Однако планируя следующий проект «Лето», кураторы задумали театрально-постановочные эффекты, к которым склонна душа в любимое время года. Цветы, ощущения, краски, запахи — всей этой роскоши нашлось место в зале. Тут была и компактная экспозиция из работ знаменитых шестидесятников Зверева и Яковлева, Плавинского и Краснопевцева, коллекцию из шифоновых платьев показывала Катя Филиппова, а представители «Люкс Дюмонд» не только привлекали гостей косметикой ведущих западных фирм, но и спонсировали часть проекта. Замечу, что «Кино» умеет работать с инвесторами, приглашая их к партнерству. Например, в проекте Ф. Инфантэ (художник много работает на Западе и впервые за последние пять лет показал фотосерию артефактов в галерее «Кино») кураторы предложили спонсору — компании «Comstar» организовать галерею виртуального искусства. Поскольку творчество Франциско Инфантэ очень технично, а работа самой фирмы связана с телекоммуникациями, материализованная идея произвела настоящий фурор. В зале включили четыре компьютера, и операторы при многочисленных свидетелях ввели работы Франциско в Интернет. В 1996 году подобной чести не удостоился ни один художник-соотечественник.

Нынешняя выставка в галерее «Кино» называется незамысловато — «Восточные мотивы». Мотивы, по мнению устроителей, — это отблески художественных потоков, питавших Восток, разночтения, неожиданные идеи, к которым побуждает сама история народов и их культур. Ну а то, что в Москве в последнее время появилось немало адептов, в частности, тибетской культуры, — факт, как говорится, не первой свежести. Видимо, поэтому центральным событием в день открытия проекта стал перфоманс, устроенный художниками-музыкантами А. Тегиным и С. Пономаревым. В сопровождении тибетских барабанов они исполняли оригинальные песнопения, а рядом, по периметру черного квадрата, горели свечи. В центре очерченного места медленно раскачивался металлический сосуд с речным песком. Когда Тегин придал ему первоначальное движение, он стал чертить, согласно поверьям, линии судьбы. Подобная обрядовость может и не быть близка нам, большей частью православным, но целостной композиции зала этот художественно-ритуальный элемент придал особую торжественность. Приглашенные гости из посольств Японии и Китая, художники и критики, артисты и обычные посетители (вход бесплатный, и перед началом сеанса выставку может осмотреть каждый) увидели довольно пеструю, но в то же время четко выстроенную картину. Сплетения русской и восточной культурных ветвей были поданы различным образом. Например, выставлены китайские свитки, костюмы китайской придворной дамы XIX века и детали ее туалета — кошелечки, сумочки к поясу; фаянсовые вазы XVIII века и коробочки, настенное кашпо и шелковое панно — восточный календарь, который вывешивался в храмах. Все эти вещи взяты из частных московских коллекций. Раздел живописи составили известная картина В. Шухаева «Ремесленники», «Спешат на рынок» М. Аветова, «Восхождение Корана» Д. Плавинского, хрестоматийные работы П. Кузнецова «Гадалка» и «Портрет мальчика». Из молодых современных художников, выступающих в разных техниках, запоминаются созерцательностью и своеобразной ритмикой рисунки Михаила Черепанова — «Пейзаж», «Открытие», «Прогулка»; «Прогулка»; Катя Козлова, которая использует настоящую японскую бумагу, наклеивает на нее в качестве аппликации японские иероглифы XIX века, а поверх всего пишет натюрморты и пейзажи (ее полотна были