Разлюбить князя (СИ) - Ирма Хан

сначала знакомства ненавидела, вдруг стал ей так дорог!? Она ворочалась с боку на бок, пытаясь ответить себе на этот вопрос, но ответа не было. Видно, правильно говорят люди: «Сердцу не прикажешь». К тому же она вынуждена была признаться себе в том, что ей нравилось жить в Голубой Дали. Ей нравились там люди. Ей нравились обычаи. У неё появились друзья…

Таня села на кровати и обняла себя за колени. Как там, в фильме «Васаби» говорил главный герой? «Со временем все воспоминания становятся хорошими». Так, кажется?.. Вот и она вспоминала только хорошее. Вспоминала, как на празднике Пяти костров Буршан вызвал на поединок Сарука, оскорбившего её. Как он заботливо нёс её на руках из бани после нападения того же Сарука. С какой нежностью ухаживал за ней, омывая её раны. Вспоминала, каким он был охвачен гневом, когда Руберик поцеловал ей руку. У неё даже обиды не было за ту пощёчину. Она ведь тоже в долгу не осталась! И, как же так получилось, что она не заметила, как влюбилась в князя? Воспоминания несли её дальше… Она вздрогнула от страха, когда вспомнила нападение безоров на неё. Вспомнила, как смело бросился князь на огромных зверей, спасая её от верной гибели. Как голыми руками задушил одного из них… Ещё ей вспомнилось ночная рыбалка. Вот посмеются Марина с Артуром, да и все её друзья, когда узнают, что такое времяпровождение в Горушанде считается не просто романтическим свиданием, а, фактически, предложением руки и сердца! Перед глазами встала ясная картина — Буршан забрал у неё из рук нож и стал разделывать только что пойманную рыбу со словами: «Не хочу, что бы моя женщина руки марала». И вот при воспоминании об этой самой рыбе, вернее, о её разделке, Таню вдруг стало мутить. Да так, что она с трудом успела добежать до унитаза.

— Что это было? — громко сказала она сама себе от удивления. — Это как же понимать? С чего бы такая реакция на воспоминание о…

Но тут её снова накрыла тошнота.

Умывшись и прополоскав рот, она посмотрела на себя в зеркало и снова произнесла вслух, только уже шёпотом:

— Да ладно!.. Быть этого не может!

Это что же получается? Она была замужем пять лет, она жила гражданским браком около трёх лет и ничего… Нет, со здоровьем у неё всё было в порядке, как уверяли врачи, но с зачатием ребёнка ничего не складывалось по непонятным причинам. А тут? Какие-то три недели и забеременела!? А Эрда ещё уверяла, что у них с рождением деток проблемы!

Таня, пошатываясь, вернулась в комнату. Легла на кровать и свернулась калачиком. «Завтра же с утра пойду в аптеку за тестом. Может, я просто перенервничала из-за всех этих событий? А если нет?.. А если нет, — она положила руку на живот, — то будет у нас бегать ещё один Мишка. Мишкин внук. Михал Михалыч. Не Буршановичем же его записывать!» Этот разговор с самой собой почему-то успокоил её. Мысль о том, что, скорее всего, у неё будет ребёнок, не только удивила её, но и обрадовала. «Значит, не получится у меня расстаться с князем, — улыбнулась она. — Жаль только, что Буршан никогда не узнает, что он стал отцом… Интересно, а какой бы из него получился отец?» — думала она, засыпая.

Часть 10 глава 4

… Ольга открыла глаза и вздрогнула. В полумраке комнаты она увидела на фоне окна мужской силуэт. Лица мужчины было не разглядеть. Сидя на подоконнике, он печально сказал:

— Как жаль, мама, что тебя нет рядом. Ты бы смогла убедить её остаться. Да и не только поэтому жаль… Мне всегда не хватало тебя. Всё моё детство. Неужели твой мир стоит того, что бы отказаться от собственного ребёнка?

Ольга вскрикнула и проснулась. Села на кровать. «Сон во сне или сон наяву… Что-то я слышала такое»…

Её била мелкая дрожь. Она и сама не раз задавала себе этот вопрос — неужели всё то, что она делала в этой жизни, стоило того, что бы бросить собственного ребёнка?

Первое время она находилась словно в эйфории оттого, что вернулась домой. Несмотря на трудности конца девяностых годов, она усиленно училась. Хваталась за любую возможность заработать денег, что бы поддержать родителей. Одно время работала санитаркой на гинекологическом отделении, в которое, кстати, потом и пришла врачом. Много читала. Ходила в театр, кино. Словно старалась восполнить эти пропущенные два года. Вышла замуж. Пошла на курсы повышения квалификации. Пропадала на работе. Из-за чего, собственно, и рассталась со своим первым мужем. Он никак не мог простить ей её успешности. Пытался сделать из неё домохозяйку, но она не могла отказаться от любимой работы.

А потом её накрыла тоска… Не было дня, чтобы она не вспоминала Голубую Даль. Точнее, ночи. Днём она отвлекалась на работе. Находила занятия, чтобы не думать о сыне. Хотя, как тут не думать, когда через её руки проходили новорожденные. Она то ругала себя, не находя оправданий своему поступку, то, наоборот, оправдывала, объясняя его тем, что родители от горя с ума сходили. Родители, конечно, обрадовались тому, что она жива. Отец бросил пить. Раньше он объяснял свои запои тем, что пьёт от тоски и неизвестности, тем, что дочь пропала, а теперь она нашлась, поэтому повод для пьянок у него отпал. Устроился на работу. Платили мало, но, зато, никогда не задерживали зарплату. Мама со своей профессией, в отличие от отца, была очень востребована. Хороший бухгалтер в любом бизнесе нужен. Через пять лет, как Ольга вернулась, отец умер. Мама недолго погоревала и вышла замуж за своего шефа. Ольга предполагала, что у матери был роман на стороне. Теперь её догадки подтвердились. Шеф был мужик не жадный и беззлобный. Купил Ольге квартиру не далеко от её работы. Хорошую квартиру купил, не поскупился. Трёхкомнатную. Ремонт сделал там шикарный. Ольга отнекивалась. Ей и в их старой квартире хорошо было. Но старую квартиру они продали. Построили на эти деньги дом в пригороде, а Оля въехала в новую квартиру в хорошем микрорайоне. Отчим, видно, был на короткой ноге с главным врачом больницы, и Ольга очень быстро продвинулась по служебной лестнице. Правда, продвинулась заслуженно. И кандидатскую защитила. И врачом была, что говорится, от Бога. Но, чем лучше она жила, тем острее ощущала своё одиночество. Такого мужчины, как Карушат, она не встретила. Ребёнка не родила. Стала специалистом высшего класса, а что с этим делать — не знала.