Искупление. Часть вторая (СИ) - Юлия Григорьева

Призрак стремительно приблизился, его лицо оказалось так близко, что Найяр ощутил, казалось, само дыхание Смерти. Он вздрогнул и вскочил со стула. Но Тиган все так же был рядом, заглядывая в глаза своего бывшего господина. Найяр разглядел в зрачках призрака всполохи огня. Во рту вдруг пересохло, вернулся тот животный страх, который так долго мучил его. Тиган удовлетворенно осклабился и нырнул в тело мужчины. Голова упала на пол. Рот Таргарского Дракона изломился в безмолвном крике, когда из его живота высунулось тело с обрубком вместо шеи, склонилось и подобрало голову.

— Видишь, что ты наделал? — пожаловалась голова бескровными губами.

И Найяр сорвался с места. Он выбежал на палубу, остановился и окинул тех, кто находился здесь, безумным взглядом. Холодный пот покрывал лицо и тело мужчины. Он зажмурился и постарался взять себя в руки. Ветер ударил в лицо, взметнув волосы, и заставляя дрожать всем взмокшим телом.

— Ветер, — крикнул один из матросов.

— Вижу, — донесся до Найяра голос Счастливчика. — По местам, сукины дети, морской бес решил проявить свою милость.

Таргарский Дракон открыл глаза и поднял голову. Паруса надулись, матросы забегали по палубе, полезли на реи, спеша взяться за работу. Найяр отошел к борту, чтобы не мешать. Он не принадлежал к команде "Красного Дракона", являясь всего лишь временным гостем на пиратском корабле.

— Я все равно сделаю так, как считаю нужным, — упрямо прошептал он, постепенно отходя от пережитого ужаса.

А позже начался шторм, но он почему-то больше успокаивал. Вплетаясь в канву переживаний изгнанника, даря отдохновение и покой. Найяр снова стоял на палубе, держась за канаты, и ловил холодные брызги. Глаза мужчины были закрыты. Он слушал яростный рев волн, ощущал кожей силу морской стихии, а на его губах застыла почти счастливая улыбка. Впервые с того момента, как он узнал о беременности Сафи, Дракону было хорошо на душе.

— Неил, безумный бес, убирайся с палубы! — донесся до него крик Грэйга.

— Катись в Преисподнюю, Счастливчик, — рассмеялся Найяр. — Я хочу это чувствовать!

Ответ он так и не расслышал, только громче расхохотался, когда волна, взметнувшаяся над бортом, окатила его холодной водой.

— Вот это мощь, Грэйг! Вот она первозданная и нерушимая сила! — кричал бывший герцог. — Вот то, перед чем стоит преклонять колени!

— А боги, Неил? — поинтересовался капитан, останавливаясь рядом.

— Боги? — Найяр криво усмехнулся. — Ты видел богов, Счастливчик? Хоть одного? Может, ты видел чудеса? Хоть что-то, кроме того, что говорят лицемерные святоши? А эту силищу можно увидеть, услышать, ощутить.

— Ты богохульствуешь, не к добру это, — нахмурился пират. — Да еще и в шторм.

Таргарец развернулся к нему и насмешливо рассматривал несколько мгновений.

— Ты веришь в то, что боги управляют нашей жизнью, Грэйг? — с любопытством спросил он.

— Верю, — кивнул тот. — Суди сам. Кто, как не боги послали тебя мне на помощь?

— Проведение, Грэйг, провидение, — усмехнулся бывший герцог. — Удача, судьба, назови это, как хочешь. Я оказался в нужное время в нужном месте. Я помог тебе, ты помогаешь мне. Поверь мне, я точно знаю, что боги не имеют к этому никакого отношения.

— Язычник, — скривился пират.

— Может и так, — рассмеялся Найяр, хлопнул капитана "Красного Дракона" по мокрому от волн и ливня плечу и направился прочь с палубы.

— Таргар! — крикнул ему вслед Грэйг.

Найяр Грэим вздрогнул и остановился. Он медленно развернулся и тут же уцепился за деревянные перила борта, потому что очередная волна набросилась на шхуну, словно злобный пес.

— Таргарское чудо! — снова крикнул пират, и бывший герцог шумно выдохнул. — Это было совсем недавно. Ты не мог не слышать о чудесном вознесении святой Аниретты, покойной герцогини Таргарской. Говорят, ее муж, этот закоренелый грешник — Найяр Таргарский, после вознесения сошел с ума. Он-то все с ведьмой путался, а рядом жила чистая женщина. За мучения ее боги призвали, а его наградили безумием.

Тот, о ком только что говорил Счастливчик Грэйг, молча, выслушал пирата, затем хмыкнул, пытаясь сдержать рвущийся из груди истерический смех. Снова хмыкнул и расхохотался в полный голос.

— Что? — капитан "Дракона" исподлобья рассматривал хохочущего мужчину.

А Найяр не мог остановиться. Он согнулся пополам, бил себя по коленям и подвывал, все повторяя:

— Таргарское чудо… А-а-а, святая Аниретта…

— Что ты гогочешь, как рыцарский конь?! — наконец, оскорбился Грэйг.

— Не обижайся, — простонал между приступами смеха создатель "Таргарского чуда". — Это все из-за нервов. Я спущусь в каюту.

Пират, все еще обиженно глядя на своего спасителя, кивнул, и тот поспешил покинуть палубу. Только в каюте капитана Найяру удалось взять себя в руки, но и там он все еще посмеивался, пока апатия не накрыла его, и мужчина устало погладил виски кончиками пальцев.

— Вот так, ты им создаешь чудеса, а они все равно считают тебя безумцем… Святая Аниретта, — бывший герцог усмехнулся в последний раз и упал на узкую койку, закрывая рукой глаза. — Заснул он моментально, не страшась ни шторма, ни будущего, ни самого Черного бога.

К утру шторм прекратился. Грэйг вернулся в каюту, посмотрел на спящего спасителя и нахмурился. Было что-то в его госте такое… То, что ему рассказали только часть правды, пират понял, когда хмель прошел, но вопросов не задавал. Как не интересовался, как дикарь со Свободных Земель мог оказаться на их берегу. И еще он понимал, что Неил Рэин напичкан тайнами, которыми делиться не собирался. Впрочем, чужие тайны мало интересовали Грэйга Таннета, прозванного Счастливчиком за потрясающее везение, как на море, так и на берегу. У пирата своих тайн хватало, а отблагодарить спасителя требовала честь. К тому же… а почему, собственно, не Ледигьорд? Возможно, их команда найдет там, чем поживиться. Он упал на соседнюю койку и моментально заснул.

Найяр открыл глаза, прислушался к ровному дыханию капитана и попытался снова уснуть.

— Земля! — этот крик разорвал утреннюю тишину, заставив сердце Таргарского Дракона забиться в два раза быстрей.

— Ну, вот и все, добрались, — прошептал он и поспешил на палубу, чтобы увидеть землю Ледигьорда.

Ледигьорд. Территория племени Белой Рыси.

— Даиль, — жаркий шепот в шеи вызвал улыбку и приятные мурашки. — Моя голубка.

— Ур, — я попыталась изобразить голубиное урканье и перевернулась на спину, сразу попав в плен прохладных губ моего обожаемого мужа. — Р-р-рысик, — мои руки оплели его шею. — Мой р-р-рысик.