Чако, 1928-1938. Неизвестная локальная война. Том I - Олег Евгеньевич Царьков

атаковал расположение, устав рассматривал бой как наступательный: он не был связан с движением вперед из-за неготовности тыла, но преследовал целью разгром противника. Такое толкование обороны не означало отказа от применения искусственных заграждений: засек, колючей проволоки, траншей и других укрытий для войск. Наоборот устав рекомендовал их широкое применение на всех доступных для противника направлениях.

При ведении боевых действий каждое соединение действовало самостоятельно: объединение с соседом сил предусматривалось только эпизодически. Сближение с противником, его преследование рекомендовалось проводить с максимальной экономией сил. Существенное значение при этом отводилось организации боевого охранения. Важная роль отводилась организации встречного боя, поскольку в условиях насыщения войск автоматическим оружием он открывал новые возможности для поражения живой силы и захвата техники противника, не успевшего организовать систему ведения огня. Французская миссия считала этот вид боя наиболее пригодным для победы малой кровью. Авангарду полагалось сковать противника с фронта, в то время как главные силы должны были охватить фланг неприятеля. При этом рекомендовалось поддержать действия авангарда огнем из тяжелого оружия (станковые пулеметы, минометы, артиллерия). В благоприятной обстановке передовой линии даже предлагалось оттянуться, завлекая противника под удар.

В условиях преобладания маневра на оперативно-тактическом уровне важное значение придавалось организации пешего марша. На узких дорогах-тропах, преобладающих в Чако, оптимальным становилось построение части на марше в узкую колонну. В этих условиях командирам частей было необходимо двигаться в ее голове на случай возникновения боя. В отличие от французских уставов, при движении не было принято делать короткие привалы после каждого часа марша, поскольку при легкости снаряжения и вытянутости колонны солдаты меньше уставали. Вместо этого для восстановления сил через каждые 2-3 часа движения организовывались 15-20 минутные привал (в зависимости от наличия пространства для остановки). Во время марша солдат кормили горячим только утром и вечером, а на время похода выдавали сухой паек. Это позволило отказаться от обеденных привалов, предусмотренных европейскими уставами. Двухразовое питание, если оно регулярно, обеспечивало солдатам силы, необходимые для боевых действий. Но поскольку пища не отличалась высокой калорийностью, один раз ненакормленные солдаты быстро слабели, что сказывалось на их боеспособности. Такая организация марша, позволяло патапилас совершать длительные переходы, иногда до полусотни километров в день. В случае встречи с противником колонна рассыпалась в цепь и старалась уничтожить его огнем своего оружия. Натыкаясь на сопротивление, она переходила к обороне, предпочитая штыковой атаке огневой бой на дальних дистанциях. Только в исключительных случаях парагвайцы прибегали к лобовым атакам.

В ходе войны парагвайское командование, используя русский опыт, создало оперативную конницу, сведенную в дивизии. В первые два года войны она сыграла значительную роль, защитив висящие в воздухе фланги парагвайской армии от возможных обходов по долине Беремехо (у Нанавы) или в центральном Чако (у Толедо). Наличие оперативных соединений конницы позволило парагвайскому командованию быстро парировать обходные маневры противника и наносить серьезный ущерб его тылам и коммуникациям на протяжении всей войны. Однако с продвижением вглубь Чако конница потеряла маневренность, поскольку сильно зависела от источников воды, которых в этом районе было мало. Впоследствии это привело к спешиванию кавалерийских полков. Артиллерия использовалась только в составе групп (дивизионов). Другим важным тактическим новшеством стало применение в дополнение к гаубицам минометов. На закрытой местности использование минометов и артиллерии с навесной траекторией стрельбы под руководством подготовленных офицеров давало значительный эффект. К сожалению, широкому применению артиллерии в войне мешало ее небольшое количество и ограниченное наличие снарядов.

7. Концентрация.

Кабинет Эусебио Айялы. Доктрина Мендосы. Оснащение армия и интегральная мобилизация экономики. Развертывание и обучение войск. Боливийские мероприятия по развертыванию.

15 августа Э.Айяла официально занял пост главы государства. Он сохранил в полном составе прежний кабинет, ведущий страну к военному конфликту. Л.Риарт, Х.Зубизаретта, В.Рохас и Луис Эскобар сохранили свои посты, а пост министра финансов был отдан Р.Гонсалесу. Из всего высшего эшелона власти только начальник полиции Асуньсьона майор А.Брей, да министры финансов Р.Гонсалес и юстиции В.Рохас могли считаться надежными союзниками нового президента. Эусебио Айяла не считался среди либералов «жестким» лидером. Все помнили его пассивность во время гражданской войны 1922-23 годов. Тогда он подал в отставку и был замещен на посту главы государства своим кузеном Элигио. Зимой 1932 года президент казался совершенно другим человеком. Еще до вступления в должность он обращался к конгрессу, требуя денег на войну. 12 июля по его инициативе президент Гуджиари объявил о проведении мобилизации мужчин в возрасте от 19 до 50 лет. Если в день мобилизации парагвайские вооруженные силы насчитывали 4400 человек, то уже на следующий они увеличились на 4000 резервистов. К 15.07.1932 на сборные пункты явились ещё 6 тысяч призывников. Большинство из них были направлены в учебные лагеря, в которых стали формироваться маршевые команды, направляемые в действующую армию. В соответствии с планом развёртывания, утверждённым Генеральным Штабом, численность контингента КОМАНОР в августе должна была составить 3000 человек. Войска КОМАНСУР должны были быть разделены на две группировки – 8000 солдат в Исла Пой и 1500 – в Нанаве. Резервы численностью в 3000 располагались у Асуньсьона. В действующую армию на различные должности направлялись 8 подполковников и 12 майоров.

Тем временем президент Э.Айяла попытался предотвратить разрастание конфликта, отправившись в конце июля в Буэнос-Айрес. Аргентинское правительство связалось со всеми остальными государствами Южной Америки с предложением вмешаться в конфликт из-за Чако. Оно предлагало Парагваю и Боливии прекратить военные действия и отвести свои войска на позиции, которые они занимали на 1 июля. Эта дипломатическая акция получила название доктрины Мендосы. К 3 августа ее поддержали все страны континента. Представители всех южноамериканских стран обратились к соперникам с предложением ее принять. При поощрении госдепартамента США министерство иностранных дел Боливии проигнорировало доктрину Мендосы и направило ультимативное требование передать ей Пуэрто-Пачеко. Дипломаты из Ла-Паса утверждали, что Парагвай не является серьезным противником и не пойдет на военную конфронтацию. Начав боевые действия, Асуньсьон обрекал себя на международную изоляцию, которую при помощи США было легко превратить в экономическую блокаду. Не имея иностранных кредитов и источников оружия, Парагвай оказался бы в худшем положении. Впоследствии, в 1933 году эти соображения боливийского военно-политического руководства переросли в доктрину «экономической войны». Она была легко принята на вооружение президентом Д.Саламанкой с легкой руки нового главнокомандующего боливийской армией немецкого генерала Г.Кундта. Ее суть состояла в том, чтобы путем постоянного давления на фронте заставить противника тратить больше оружия и боеприпасов, чем он может приобрести и тем самым привести его к банкротству. В 1932 году ястребы