Звездные часы и драма «Известий» - Василий Захарько

То есть речь идет о создании нормальной рыночной модели экономики.

Через два-три дня после того, как я вручил Голембиовскому эти записки, узнаю, что после прочтения он передал их… до сих пор удивляюсь этому — передал Гонзальезу. Я не стал спрашивать, зачем он это сделал, поинтересовался более существенным: какое впечатление от Сунгоркина, роман с ним состоится?

— Он меня не убедил, — ответил Игорь.

Далеко не всем нравится, что вот уже более чем два десятилетия делал и делает Владимир Сунгоркин с «Комсомолкой» в качестве ее главного руководителя. Но в чем он всегда был очень убедительным и продолжает им быть, так это в том, что касается газетной экономики. Инициировал и реализовал совершенно новые на российском и всем постсоветском рынке проекты в области СМИ, благодаря чему признан одним из успешных и влиятельных издателей и медиаменеджеров. Я не стал бы отрицать и его провидческий дар, ведь это он, Сунгоркин, еще в 1995 году предсказал (в цитируемых здесь записках Голембиовскому), что если Гонзальез не будет заменен, то «самой своей философией бизнеса приведет вас к краху», что с «Известиями» всего лишь через два года и случилось.

У меня нет объяснений, почему Игорь не пошел на сотрудничество с Сунгоркиным. «Он меня не убедил» — это всего лишь отговорка. На самом деле, Игорь видел, что в этих записках немало верных выводов и предложений, недаром он потом сам будет часто говорить о них, в частности о необходимости собственной печатной машины, систем доставки и продаж, о новых изданиях и т. д. Не зная точных причин по несостоявшемуся союзу с руководителем «Комсомолки», я все же склонен к одной версии на этот счет. Игоря могла отпугнуть психологическая перспектива работы с этим хватким, деловитым молодым человеком, судя даже по стилистике его записок довольно жестким, категоричным. Тем более что за ним тянулся шлейф конфликтности, стремления к лидерству. Тогда как с Гонзальезом было все привычно, ясно и комфортно, от него исходили (больше по отношению к Игорю, не ко всем) корректность, покладистость.

Но холодно пропустив мимо себя личность Сунгоркина, Игорь все-таки был настроен на поиск каких-то перемен в управлении известинской экономикой. Поэтому и откликнулся на предложение встретиться, полученное от одного из главных российских олигархов — Владимира Гусинского, владельца бизнес-группы «Мост», телеканала НТВ, газеты «Сегодня», ряда других СМИ.

В 90–91-м годах в «Известиях» много раз бывал известный экономист и политик, один из авторов знаменитой реформаторской программы «500 дней» Г. А. Явлинский, а его обычно сопровождал помощник Сергей Зверев, занимавшийся и пиаром Григория Алексеевича. Молодой, общительный, он перезнакомился со многими известинцами, появлялся в редакции и без своего шефа. Заглядывал и ко мне, чаще с просьбой позвонить с моей кремлевской «вертушки» — от работы меня не отвлекал, говорил недолго, в основном слышались короткие «да», «нет», «хорошо», «буду». В то время Зверев набирался связей и делового опыта, которые помогут ему в дальнейшей карьере — он будет занимать солидные посты в больших бизнес-структурах и высоких инстанциях власти. Найдется ему место и в Кремле — станет заместителем руководителя администрации президента Ельцина. Впоследствии вернется к пиару, но уже как создатель и владелец одной из крупнейших в России компаний в этой области, выполняющей заказы российских и зарубежных фирм, министерств, ведомств.

От Явлинского в 1992 году Зверев ушел в группу «Мост», где принял участие в создании телеканала НТВ. Говорят, что он сыграл здесь важную стартовую роль, познакомив Гусинского с будущими главными руководителями НТВ Евгением Киселевым и Олегом Добродеевым. Похоже, что именно у Зверева и возникла идея слить группу «Мост» с газетой «Известия», которая заинтересовала Гусинского. По его поручению Зверев через меня связался с Голембиовским, сказал в общих словах о предмете возможного разговора и предложил встретиться за ужином в ресторане «Сергей» в здании Художественного театра в Камергерском переулке. Игорь согласился без уговоров, на его усмотрение приглашались еще несколько человек из руководства газетой. Он назвал Друзенко, Боднарука, Гонзальеза, меня и Бергера. Персонально Бергера называл и «Мост», там знали нашего редактора экономического отдела, члена редколлегии.

С приглашающей стороны были только Гусинский и Зверев, с нашей — все названные во главе с Голембиовским. Затянувшийся аперитив сменился шутливыми тостами с обменом любезностями, и лишь после этого разговор принял деловой характер. Говорили в основном руководители «делегаций», при этом каждый излучал уверенность в себе, начинал с того, что дела его конторы идут успешно, перспективы хорошие, но если откроются новые благоприятные условия, то грех будет ими не воспользоваться. Как инициатор встречи Гусинский очертил возможное объединение интересов, которое, по его убеждению, способно было принести большую взаимную экономическую пользу и сильное политическое влияние, что он находил особенно важным. Имелось в виду образование управляющей финансами компании, в которую «Мост» вошел бы деньгами, «Известия» — крупным пакетом акций, долевым участием руководства газеты, то есть присутствующих физических лиц. Несколько раз подчеркивалось, что ни эта, ни любая другая возможная форма сотрудничества не допускала бы вмешательства в газетную политику, «Известия» были бы независимым изданием. Если какие-то конкретные цифры и назывались, они давно выветрились из головы, но что отчетливо помню, так это реплику Голембиовского:

— Если в новую структуру войдем только мы, группа начальников, редакция этого не поймет и не простит.

Гусинский отвечал в том духе, что никто из редакции ущемлен не будет, ну а бизнес чувства стадности не приемлет. Но подробно ни эта, ни какая-то другая из затронутых тем не обсуждались. С обеих сторон звучали многие слова из переговорной лексики типа «права», «обязательства», «условия», «стимулы», «гарантии», весь вечер проходил в дружественной атмосфере, однако к его исходу идея сотрудничества как была, так и осталась в зародыше — договорились лишь о том, что есть о чем подумать. Через несколько дней я услышал от Игоря за обедом, что с «Мостом» сближаться не будем из-за опасности потерять независимость. Было видно, что вопрос обсужден с Гонзальезом. Он сидел здесь же, в буфете, и от себя добавил:

— Нам даже такие богатые и головастые наставники, как Гусинский, не нужны. Будем и дальше сами идти своим путем.

А путь этот становился все труднее, проблематичнее, о чем свидетельствуют протоколы заседаний совета директоров. Так, при подведении в начале июня итогов за первые четыре месяца 1995 года выяснилось, что в апреле — впервые за время своего существования — АО сработало с убытком. Он был относительно небольшой, 173 миллиона рублей, но обозначилась тенденция.

— Можно без сомнений предположить, что май будет тоже убыточным, июнь тоже обещает убытки, — заявил Гонзальез, объясняя их возросшими расходами на бумагу, распространение газеты и снижением объемов рекламы.

На сентябрьском совете директоров, Гонзальез:

Мы уже проели все подписные деньги на второе полугодие. Мы переживаем рекламный кризис. Исчезли фирмы — пирамиды типа «МММ» и «Хопра», банки не так интенсивно, как раньше, зазывают клиентуру. Не думаю, что когда-либо мы снова будем иметь то же количество рекламы, что было прежде. Многие рекламодатели к нам уже не вернутся, например, коммерческие банки. Такая тревожная ситуация заставила правление АО рассмотреть вопрос об объеме газеты «Известия». С восьмиполосного модуля мы переходим на шестиполосный. Жизнь преподнесла нам очередную неожиданность. Мы раскручиваем «Неделю» через подписчиков «Известий». Но забыли, что это издание для совершенно разных аудиторий: «Известия» — для пожилых, «Неделя» — для молодых. Что касается плана расходов и доходов на второе полугодие, нам потребуется 63 миллиарда 261 миллион рублей. Доходы составят 50 миллиардов. Где взять еще 13 миллиардов, я не знаю…

Член совета директоров Рубен Варданян. Но раз называется цифра дефицита в 13 миллиардов, мы обязаны принимать меры — искать кредиты, планировать иные мероприятия по его устранению.

Гонзальез. Дело, видимо, в завышенных цифрах прогнозируемых расходов, и относиться к ним надо соответственно. Думаю, следует подготовить оптимальный план расходов.

В протоколах зафиксировано множество таких странных признаний из уст вице-президента по экономике: «завышенные цифры», «очередная неожиданность», «забыли», «не знаю». Но с какого-то времени я уже ничего не слышал от Игоря о целесообразности замены Гонзальеза на главном коммерческом посту.

Кто-то должен быть стратегом