Мятежные системы - Игорь Кощиенко

Орбитальная тюрьма безжизненной системы ТТ-816-XXIV обращалась вокруг гигантского газового планетоида и, как и десятки ей подобных орбитальных тюрем, служила сборным пунктом преступников всех мастей, которым не посчастливилось попасть в поле зрения неусыпного ока Безопасности Нишитуры. Небольшой транспортный корабль, специально оборудованный для перевозки арестованных, завис над тюрьмой и, получив разрешение на посадку, плавно нырнул в раскрывшиеся шлюзовые створки одного из причалов. Все время, пока шлюзовые створки были открыты, защитное поле препятствовало утечке внутренней атмосферы в открытый космос. В принимающем причале собрался взвод солдат БН, технический персонал, сюда же прибыл дежурный офицер для принятия партии новых арестантов.

Транспортник плавно и медленно опустился на антигравах, выпустил мощные опорные стойки. Снизу открылся шлюз, и по гравилифту на металлический пол причала один за другим опустились солдаты БН из внутренней охраны корабля. Дежурный офицер в сопровождении сержанта и двух солдат подошел к ним и обменялся приветствиями с лейтенантом охраны.

— Начинайте, — сказал дежурный.

Лейтенант подал знак и в проеме шлюза появился первый арестованный, увлекаемый вниз ослабленной гравитацией. Лейтенант глянул на его номер, нанесенный поверх мундира, и сообщил дежурному:

— Арестованный капитан Корнер, обвинение: попытка перехода к опетцам.

Дежурный офицер занес данные.

— Следующий.

Лейтенант глянул на номер второго спускающегося к ним.

— Арестованный рядовой Сартон, обвинение: дезертирство.

— Следующий.

— Арестованный черный легионер Мэк, обвинение: убийство эфора Иволы.

Челюсть дежурного офицера отвисла, еще бы, ведь только сейчас он узнал о смерти Иволы. Дежурный прикинул, что к чему: обычно у всех собираемых в орбитальной тюрьме был шанс получить оправдательный приговор трибунала, так как лиц с явными доказательствами вины или застигнутыми на месте преступления, БН или расстреливала, или другим образом казнила на месте. Три-четыре процента после трибунала покидали тюрьму и восстанавливались в прежнем положении, другие придавались смерти либо поражались в правах, что означало рабство и рудники миров смерти. Но случай с этим Мэком, мягко говоря, был необычен. Дежурный просмотрел его сопроводительные документы. Без сомнений, вина доказана, но арестованный Мэк еще жив, значит, он нужен еще там на верхах. И его дело находится на особом контроле.

— Сержант! — гаркнул дежурный, — отведите этого арестанта в девятый блок. В одиночку.

— Есть, господин майор.

Трое бээнцев плотно обступили Мэка и повели за собой.

Дежурный бросил им вслед задумчивый взгляд и произнес:

— Следующий.

Морс Клодер облокотился о журнальный столик в гостиной и грузно осел на пол, промахнувшись мимо рядом стоящего кресла. В голове стоял туман, нарушающий координацию, да и сама голова чертовски болела до такой степени, что невозможно было мало-мальски соображать. Дрожащими руками Клодер разорвал упаковку сильнодействующего болеутоляющего и отправил несколько капсул в рот. Адская круговерть перед глазами через несколько минут исчезла, боль притупилась и стала почти незаметной. Но осталась другая боль — в душе.

Месяц назад старый Клодер получил извещение о гибели своего старшего сына, участвовавшего в ирианской кампании. Известие, словно молнией, выбило его из колеи, но он нашел в себе силы продолжить жить дальше. Мрачнее тучи, фермер прожил месяц, перестав общаться с соседями, отстранившись от всей цивилизации. Гибель сына он бы пережил, рано или поздно, но пережил бы. Но не гибель двух. Сегодня пришло еще одно извещение, младший сын скончался от полученных ран при усмирении восстания в одном из миров смерти. Теперь и Гай, и Марк мертвы. Старый Клодер остался один. Уже в который раз за сегодняшний день он задавал себе вопросы, ради кого ему жить? Кому оставить свои владения? Кто продолжит его дело? Старый солдат сломался и полез на дно бутылки, и пил до тех пор, пока не забылся в пьяном угаре. Но не до такой степени он сломался, чтобы окончательно спиться и потерять человеческий облик. Это был позор для нишида. За свою жизнь Клодер хлебнул немалого лиха и что-то внутри него не давало пасть духом даже в самых безвыходных ситуациях. Но смерть детей... ему казалось, что здесь-то выхода нет.

Проспавшись и прогнав дикое похмелье, Клодер неожиданно для себя принял решение. Он подошел к вольеру Орнера и открыл решетчатую дверь, потом пультом открыл окно напротив вольера. Хищная птица долго и недоверчиво смотрела на него, поворачивая головой и хлопая крыльями.

— Лети, Чип, лети. Лети высоко в небо, будь свободен, как ветер.

Процокав когтями, орнер подобрался к открытому проходу и перемахнул через уступ, потом прыжками взмахнул на подоконник. Бросив прощальный взгляд на хозяина, птица взмыла прочь из дома, навстречу солнцу и просторам.

Морс подумал о своих угодьях, о ранчо, о быках, подумал о доме и понял, что ему теперь все равно. Теперь ему все это не нужно. Ничего более не держало его на Саркое, видно боги распорядились по-своему и не суждено ему, старому солдату, доживать свой век в тихом мирке.

Армия отобрала его сыновей, отобрала сорок лет его жизни, видно, такова судьба. Ничего другого теперь Клодер для себя не мыслил, быть солдатом —это единственное, что у него получалось хорошо, да и везло ему как-то.

На следующий день он отправился на призывной пункт, добровольцем.

Глава 16

Маршал Вилангис уже в который раз внимательно изучал дисплей боевого компьютера, занимавшего всю стену его кабинета в штабе на Дорде. Хотя он великолепно знал всю оперативную обстановку, но снова, и снова рассматривал компьютерную карту, стараясь предугадать неожиданные действия имперцев, предвидеть их возможные шаги. За последние несколько дней его группа выбила имперцев и из дордской системы, и прилегающих систем. Особую роль в операции сыграл 2-й флот и решительные действия командующего адмирала Шкарубы.

Вилангис знал о плане войны, утвержденном генералиссимусом Навукером, стратегия которого сводилась к одному: постепенное выдавливание сил Опета из систем, что, по расчетам стратегов в генштабе империи, должно было обессилить Опетское Королевство, лишить его баз и промышленной основы, загнать опетские войска в пустошь и заставить их капитулировать. Война имела все шансы получиться затяжной и империя была к этому готова. На фронте имперское главное командование сконцентрировало едва ли больше сил, чем все опетские Вооруженные Силы. В недавнем прошлом, группировка опетского сектора составляла одну пятую армии и флота империи. Это был пограничный сектор с неизведанным космосом, форпост империи и первый заслон на случай возможного вторжения ассакинов. Треть имперского флота и армии стояли на границах с Новоземной Империей. Остальные силы прикрывали иные секторы и центральные миры.

Маршал Вилангис понимал, что одними оборонительными действиями империю не одолеть. К счастью, это понимал и Сгибнев, и опетский генштаб. Поэтому, в последние недели на дордском фронте готовилось крупное контрнаступление. Вилангис хорошо изучил все методы командующего имперской группой «Дорд» маршала Роцера и понимал, что Роцер обязательно попытается исправить существующее положение. По Дорду готовился новый мощный удар. Разведданные говорили, что имперцы уже разворачивают переброшенный сюда из тыла 10-й штурмовой флот.

Вилангис заблаговременно предугадал действия маршала Роцера и разработал утвержденный Сгибневым и королем план предстоящей операции. В течение последнего месяца, к дордскому фронту из Шерола и Иналипоса скрытно прибывали соединения 1-го и 2-го штурмовых флотов. Были приняты строжайшие меры секретности, что включало также и особое внимание к призракам и усиление охоты на них. По предложению маршала, на фронт прибыли части из 1-го, 3-го и 5-го флотов для усиления группы и обеспечения тылов в ходе прорыва штурмовых флотов, который планировался после завершения первой фазы операции. На место изъятых частей резервные флоты стали пополняться новыми единицами сходящих со стапелей кораблестроительных верфей королевства и переданными новоземлянами.

Обстановка быстро менялась Новые данные поступали беспрерывно. Ударные части имперцев пришли в движение, начало сражения уже было близко. Вилангис просмотрел сведения о потерях разведчиков и нашел их неутешительными. В другой сводке сообщалось, что за последнюю неделю имперцы потеряли дюжину призраков, большинство из них погибли в глубоких тылах фронта.

Не прошло и суток, как на командном пункте маршала побывали адмиралы Кудинов и Пономарский, где им Вилангис лично разъяснил оперативную обстановку, ознакомил с планом, поставил задачи. Прибытие командующих штурмовых флотов было не случайно, Вилангис опасался перехвата и расшифровки сообщений и приказов, что заставило бы поставить крест на всей операции.