Зеркало Правды. История первая - Рамира Шизода

— На одну долгую ночь рядом с вами.

Фрост подумал, что ночь будет действительно затяжной, поскольку в связи с последними событиями, маджикай не собирался ложиться спать.

— Обещаю не приставать, — сказал он, натягивая капюшон на голову недовольного агента.

Ника понадеялась, что кошмарные воспоминания не выпрыгнут из ее головы, чтобы материализоваться, и поплелась за сигнатурным маджикайем.

Пока они подходили к зданию, девушке все время казалось, что община мормоликов исчезнет, как только вечерние гости решат постучать в дверь. Фата-Моргану называли миражом, и она всегда появлялась перед теми, кому было необходимо убежище, независимо от происхождения, социальной ступени или пола. Весь секрет был в силах, что хранились в общине. За долгое время существования «Фаты-Морганы» в укрытии успело побывать уйма сверхъестественных существ, маджикайев и эвентуалов, каждый из которых оставлял генетический код своей силы в банке расчетливых мормоликов. Все это в совокупности создавало мощнейшее экстраординарное явление именуемое «Фата-Моргана» — убежище, для нуждающихся.

Призрачная фигура подметалы, разгоняющего пыль ветвистой метлой по красной дороге, растворилась, когда Ника подошла ближе, будто дворника и вовсе не существовало. Остался лишь звук помела скребущего по мощеной дороге.

Ручка на двери была сделана в форме протянутой для дружественного рукопожатия десницы, и приветственно скрипела стальными суставами. Как только Фрост ее коснулся, железные пальцы сомкнулись и слегка царапнули тыльную сторону ладони маджикая. По выступившей крови чудо-дверь определила постояльца и радушно отворилась. Ника возрадовалась, что избежала кровопускательной процедуры идентификации и вошла следом за Фростом. Здание, многоэтажность которого из-за доминирующего в округе тумана было невозможно определить извне, постепенно становилось плотным и благожелательно принимало гостей.

Ника вдохнула теплый воздух, как ей показалось, насквозь пропитанный запахом дешевого ликера. Она бы с удовольствием начала осмотр убежища, но глубоко посаженый капюшон, словно крохобор, выдавал обзор лишь на пару метров вперед. Все, что агент смогла рассмотреть, так это удобные кресла в центре, стены, обклеенные какими-то старыми фотографиями, банкнотами и вырезками из газет, да длинную отполированную стойку ресепшена, за которой стоял громкоголосый толстопуз. Он вытирал пыль со странного предмета, чем-то напоминающий неуклюжий позолоченный комбайн.

— Мой номер свободен? — спросил Фрост, приложив указательный палец в специальную выемку на агрегате для кровавой оплаты номера.

На деревянной панели, на которой висели сотни ключей, загорелся огонек над номером двести пятьдесят восемь.

— Господин Джелу, — обходительно произнес тучный представитель мормоликов и передал связку маджикайю. — Ваши ключи. Давно вас не было.

— Путешествовал, — ответил Фрост с мягкой улыбкой.

Порой Нике казалось, что подобные дежурные фразы произносят только для того, чтобы указать на личную неприязнь к собеседнику.

— Хорошо отдохнули? — спросил пучеглазый.

— Не передать как, — произнес Фрост и, бросив невеселый взгляд на спутницу, сказал: — Со мной госпожа Вентоса. Она переночует в моем номере.

Ника задрала голову, что бы испепелить Фроста взглядом, но капюшон лишь сильнее сдвинулся на нос.

Мормолик улыбнулся и произнес то, что говорит всем новым постояльцам:

— Цена наших услуг — одна капля крови.

Фрост толкнул девушку локтем и сказал:

— Положи туда палец. Им нужна твоя кровь.

— Чшшшштооо? — донеслось шипение из-под капюшона.

— Это безопасно и тебе ничем не грозит, — заверил мужчина.

Ника выдохнула через ноздри, словно бык получивший укол бандерильей. Она помнила, рассказы Лушаны о том, что их общине ничего ненужно, кроме крови и положила палец в золотой «комбайн». Раздался звонкий щелчок и что-то, будто оса ужалило девушку.

— Ссс-ау! — всхлипнула Ника, отдергивая руку. Капля крови проступила в центре петлевого узора на подушечке указательного пальца и покатилась по фаланге. — Было больно, — пожалилась девушка.

— Спасибо за понимание, — с легким наклоном головы поблагодарил мормолик. — Приятной вам ночи.

— Я здесь не затем, о чем вы подумали… — начала была оправдываться Верис, но Грегори тут же пресек эти стеснительные извинения, дернув девчонку за плечо.

— Никого не заботит, зачем ты здесь, — прошептал он.

— Зато меня заботит моя репутация.

— Госпожа Вентоса, — сквозь зубы проговорил Фрост, — здесь никому не интересно, кем ты на самом деле являешься. Никто не требует имен, удостоверений, денег. Им нужна только капля крови. Капля крови и постоянная резиденция до конца дней — твоя. Разве это плохо? — маджикай подтолкнул девушку к лестнице.

— Это не просто плохо, это подозрительно, — пробубнила мегера из-под капюшона.

Мормолики получали силу через чужую кровь. А благодаря этому убежищу у них в распоряжении была огромная генотека экстраординарных способностей. В этом волшебном мире, каждый выкручивался, как мог.

Поднимаясь по лестнице, девушка бросила взгляд на грузного мормолика, который с особым энтузиазмом вытаскивал пробирку с кровью нового посетителя.

Номер Грегори Фроста выглядел, так же, как и комната в доме на Благополучной улице: те же серебряные оттенки, та же кровать, кресло и плотно зашторенные окна.

Сам маджикай сидел за секретером и, несмотря на то, что его клонило в сон, изучал фолиант Менандра. Интерес, подогреваемый новыми фактами, заряжал энергией разум, но не тело мужчины. Сладкая дремота страстной красавицей, манила в постель, но Фрост, словно последователь пуританской морали, не поддавался соблазну.

Агент Верис, не разувшись, сидела на кровати и сверлила маджикая взглядом. Мягкая подушка приятно обнимала уставшее тело. Девушка была расслаблена, и ей хотелось говорить:

— А вы маджикай в каком поколении? — зевнув, спросила она.

Фрост перевернул страницу дневника и ответил:

— Я эвентуал. Мои родители были простыми смертными. До двадцати трех лет и я был таким.

— Вы шутите? — удивилась Ника.

— Нисколько.

— И как вы стали маджикайем?

— Слишком долгая история, Верис. Половину из этого я уже не помню. У меня было другое имя. Другая жизнь. Но я достаточно пробыл в Умбраседес, чтобы понять, как мне повезло.

— Я была сегодня там. Жуткое место и подлые люди.

Фрост заинтересованный предметом разговора больше, чем эротическими шарадами старика, отложил ручку и повернулся к девушке.