Вардаэсия (ЛП) - Нони Линетт

Услышав это, Алекс внимательно посмотрела на королеву и увидела, что борьба покинула ее. Несколько настороженно она спросила:

— Если я тебя отпущу, ты собираешься снова напасть на меня?

Ниида медленно покачала головой.

Потребовалось некоторое время, прежде чем Алекс захотела двигаться, но формировался новый план, и ей требовалось сотрудничество Нииды, чтобы он сработал. Итак, дюйм за дюймом она убрала кинжал с шеи королевы и поднялась на ноги, протягивая свободную руку, которая лишь слегка дрожала от сомнения.

Так же нерешительно Ниида протянула руку, чтобы схватить ее, и позволила Алекс поднять ее на ноги. Затем они посмотрели друг на друга, не совсем уверенные, что сказать, пока Алекс не прошептала:

— Ты знаешь, мы должны остановить его.

Слезы, которые навернулись на глаза королевы, внезапно потекли, когда она прошептала в ответ:

— Знаю.

Облегчение наполнило Алекс, облегчение, которое только усилилось, когда Ниида продолжила:

— Я знала с тех пор, как поняла, что он делал… кем он стал… что он… ел.

Выражение лица Нииды было настолько пораженным, что Алекс не смогла заставить себя спросить, как королева сделала это открытие. Вместо этого она вложила свой кинжал в ножны и тихим, осторожным голосом сказала:

— Астоф сказал мне прийти к тебе.

Когда глаза королевы в шоке вернулись к ней, Алекс объяснила, что сказал король во Вратах Потерянных Душ, что он предложил Алекс сделать.

— Я — рычаг давления, — прошептала Ниида, но вместо того, чтобы выглядеть потрясенной предложением своего покойного мужа, она, казалось, готовилась к этому… как и надеялась Алекс. Ниида, которая когда-то была ее другом, Ниида, которая когда-то считала Алекс своей дочерью, все еще была там, независимо от того, какой королевой она позволила себе стать после изгнания своего любимого сына.

— Это не должно было быть так, — сказала Алекс, — но сейчас ты — лучший шанс для всех нас выбраться отсюда.

Удерживая ее пристальный взгляд в течение долгого времени, Ниида выпрямила спину и сказала:

— Сделай это.

Прежде чем она смогла потерять самообладание, Алекс сделала глубокий вдох и призвала Аэнару. С извинением в глазах она потянулась к руке Нииды… руке, которая была предложена добровольно и не была отдернута, даже когда острое лезвие рассекло часть ее ладони.

После малейшего колебания Ниида прошептала:

— Я очень надеюсь, что ты знаешь, что делаешь.

Когда Алекс полоснула Аэнарой по своей ладони, она прошептала в ответ:

— Я тоже.

А затем соединила их ладони вместе.

***

Когда Алекс и Ниида прибыли в библиотеку, стало очевидно, что ситуация не улучшилась, а наоборот, ухудшилась.

Экспоненциально.

В то время как Охотник ждал, как и планировалось, за книжным шкафом с Гриммой без сознания у его ног, Кайдена с ним не было. И это было потому, что, бросив быстрый, испуганный взгляд в середину библиотеки, Алекс обнаружила его связанным там, где ранее висела Д.К… Одна сторона его лица была в крови, но в остальном он казался невредимым. Аналогичным образом, Джордан, казалось, избежал дальнейших травм с тех пор, как Алекс видела его в последний раз, но он был в плохой форме. Удерживаемый в вертикальном положении только повязками на запястьях, он потерял сознание от полученных ран… но он был просто без сознания, несмотря на парализующий страх, который испытала Алекс, прежде чем увидела движение его груди от тревожно неглубоких вдохов.

В отличие от Кайдена и Джордана, Биара не оставили в покое. Пока Алекс наблюдала, Джеральд Тоген, который присоединился к ним за то время, пока ее не было, помахал рукой в воздухе. Полоса черной татуировки вырвалась из его кожи и хлестнула по торсу Биара, разрезав его и без того изодранную рубашку, плоть на груди обильно кровоточила, когда он издал хриплый крик.

Тихий вздох заставил Алекс протянуть руку, чтобы заставить замолчать Нииду, которая наблюдала за этой сценой с таким ужасом на лице, что Алекс испугалась, что королева либо потеряет сознание, либо ее вырвет. Но, помимо вздоха, Ниида сумела сдержать свою реакцию, и Алекс обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как Джеральд наклонился к Биару и заговорил.

— Каково это — знать, что это было последнее, что почувствовал твой отец перед смертью?

И с еще одним размытым движением татуировки Джеральда в виде хлыста снова хлестнули, нанеся еще одну рану и вызвав еще один крик боли, который перешел в мучительный стон.

— Он продержался недолго, — продолжал Джеральд, его глаза злобно сверкнули. — Я позабочусь о том, чтобы уделить тебе время.

После последнего удара его татуировки вернулись на кожу, и он неторопливо подошел, чтобы сесть за стол рядом с Калистой, которая безучастно наблюдала со своего места, как ей и было приказано.

Каким-то образом Алекс заставила себя отвести взгляд от друзей — от обмякшего Биара, бесчувственной фигуры Джордана, окровавленного, но дерзкого лица Кайдена и неподвижного тела Д.К., все еще держащей кинжал Мирокса — и окинула взглядом остальную часть комнаты. Ее сердце упало, когда она поняла, что ее родителей не было. Это означало, что они пока не могли уйти, даже если сейчас лучший шанс, который у них был, поскольку, несмотря на трех охранников Зелторы, наблюдавших вместе с Джеральдом, Калистой и Леной Морроу, которые также присоединились к ним, Эйвен тоже не вернулся. Сейчас было время действовать, и все же они ничего не могли сделать, пока не появились мать и отец Алекс.

Переведя взгляд на Охотника, который настороженно смотрел на королеву, пока Алекс не кивнула с уверенностью, она попыталась изобразить вопрос, спрашивая, слышал ли он что-нибудь о ее родителях. Он покачал головой, ясно говоря «нет», но прежде чем смогла продолжить и попытаться выяснить, как Кайден был захвачен — и были ли у Охотника какие-либо идеи побега — ее прервали.

— Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, какая ты красивая?

Голова Алекс закружилась от сладких слов Кайдена… слов, которые определенно были сказаны не ей. Вместо этого они были сказаны Лене, которая стояла всего в нескольких шагах от него.

Она ничего не сказала, но Кайден не остановился.

— Я всегда любил рыжих, — сказал он, глядя на ее огненно-рыжие волосы. — Моя девушка брюнетка, но она сказала мне, что собирается покрасить свои волосы в рыжий цвет только ради меня. Знаешь, мы с тобой могли бы избавить ее от хлопот. Если тебе… интересно.

Алекс поморщилась, гадая, что, черт возьми, он делает, что, черт возьми, он говорит. Но, наблюдая, она увидела, что внимание Лены сосредоточилось на нем.

— Это так? — спросила женщина, приподняв одну красную бровь, когда она подошла на шаг ближе. Потом еще один. — Твоя подружка… серьезно?

Кайден фыркнул.

— Вряд ли.

Ухмылка, которую он послал Лене, заставила Алекс сжать кулаки, даже когда она начала понимать, в какую игру он играет. И что еще более важно, почему.

— Я никогда не встречал никого более требовательного к ухаживаниям, — продолжал он. — Это ни за что не продлится долго. Но ты… — Он сделал паузу, облизнул губы и хрипло понизил голос. — Мы были бы кем-то другим.

А потом Лена оказалась прямо перед ним, подняв руку, чтобы провести пальцем по неповрежденной стороне его лица.

— На тебя приятно смотреть, отдам должное, — сказала она ему, наклоняясь, чтобы прошептать ему на ухо — то, что Алекс смогла услышать только благодаря ее слуху меярина. — Но мне нравятся мужчины постарше. Предпочтительно на тысячи лет. И короли.

Алекс не смогла скрыть отвращения на лице, когда Лена отстранилась и прошествовала мимо Калисты и Джеральда, соблазнительно покачивая бедрами, прежде чем полностью покинуть комнату. Джеральд залился смехом от ее отказа, но Калиста все еще тупо смотрела вперед, подчинившись приказу.

Все больше и больше Алекс становилась способной различать, кто был доволен тем, что был у Эйвена под каблуком, Заявленный или нет, и кто боролся с этим. Потому что, в то время как Лена и Джеральд оба, казалось, наслаждались своим садизмом, глаза Калисты были похожи на глаза Д.К. - пустые и стеклянные, они вдвоем смотрели внутрь себя, сражаясь за контроль над собственным разумом.