Миры Пола Андерсона. Том 18 - Пол Андерсон

— Тебя беспокоят захарийцы? Этот клонированный народ? Да ладно, сколько их хотя бы нос высовывают со своего острова?

Если быть точным, они не клонированные, — напомнил он. Диана мало жила в этом мире, да и то лишь когда была ребенком. Ее невежество объяснялось этим. Нужно было ввести ее в курс дела.

— Они размножаются обычным образом. Но генетически они почти идентичны, если не считать половых различий. Это замкнутое сообщество, несмотря на широко ведущуюся внешнюю деятельность. Никто не знает, что в нем творится на самом деле — только захарийцы, живущие в других местах Империи.

— Ну, Таргови, — запротестовала Диана, — такой индивидуалист, как ты, последним должен ставить кому-то в вину отличие от других и желание оградить частную жизнь от вторжения.

— В опасные времена — а сейчас в воздухе прямо-таки воняет опасностью — нельзя позволить себе роскошь считать надежным хоть кого-нибудь. По крайней мере до проверки. С моральной точки зрения этого следует стыдиться, но тайные агенты не могут и морали себе позволить.

— И что ты сделал?

— Что требовала служба, дорогая. Учуяв этот след, я доложил своему начальству. Каковым является глава секретных операций на Дедале капитан Джерролд Ронан. Это логично, поскольку система Патриция никогда не нуждалась в слишком пристальном наблюдении. Что было нелогично — это реакция Ронана. Он запретил мне идти по этому следу хоть на шаг дальше или упоминать о нем кому бы то ни было и приказал немедленно вернуться на Имхотеп, несмотря на то что для торговца с наполовину нераспроданным грузом это было бы по меньшей мере странно.

— Но ты этого не сделал! — воскликнула Диана. — Ты пошел по следу на свой страх и риск. Да, ты истинный тигранин!

— Да, это было непреодолимо, — признался Таргови. — Мне не было прямо запрещено появляться на Дедале — просто предупредили, что я могу тут застрять в изоляции, что тоже было странно, потому что откуда бы могло командование этого сектора ждать новой опасности? В вас с Аксором я увидел отличных… подсадных уток, так на человеческом языке? Слегка подталкивая вас туда или сюда в ваших вполне невинных поисках, я отвлекал бы внимание от себя на вас. Никак не собираясь подвергать вас опасности…

— Ты все же не задумался нас использовать, — Диана вновь поймала его за руку. — Не переживай. Я не в обиде. А в старого доброго Аксора кто же станет стрелять? И к тому же убить его — это работа ой какая непростая.

Блеснули клыки — это Таргови улыбнулся.

— Какая потеря, что он пацифист! — Он снова тут же перешел к делу: — Итак, мятеж начался — не так уж неожиданно для нас — когда мы подлетали к Дедалу. Я должен был принять решение. Мы могли вернуться на Имхотеп и пересидеть там в безопасности и бессилии, а тем временем события разворачивались бы своим ходом. Мы могли продолжить путь и приземлиться. В этом случае очень было вероятно, что в компьютерную программу уже заложен приказ о немедленном задержании этого настырного типа — меня то есть. Я решил рискнуть. Удастся мне удрать — вам с Аксором вряд ли придется претерпеть больше чем небольшое неудобство.

Остальное ты знаешь вплоть до сегодняшнего дня.

Они шли дальше. Тропа выводила из леса к берегу реки. Под легким ветром шелестели длинные зеленые листья, напоминавшие стекло, но не стеклянные. По реке шли суда. Отсутствие в воздухе летательных аппаратов создавало странное ощущение. Патриций тонул в тумане, окрашенный им в цвет серы, скрывавшем морскую даль. Хотя стояло лето, а ось Дедала наклонена сильнее, чем у Терры, световой день был всегда короток — или, если считать солнечное кольцо, никогда не кончался.

— А что было сегодня? — тихо спросила Диана. Таргови рассказал. Она в восторге захлопала в ладоши:

— Вот так трюк, вот так фокус!

— Будем надеяться, что никто не видел этой mise-en-scene, — Таргови много нахватался слов из разных языков людей, помимо англика. — Я думаю, основной твоей ролью в этой пьесе будет отвлекать мысли зрителей от истинного положения дел.

Диана, прищурившись, глядела на закат:

— Твоя цель — попасть на Захарию?

— Ага, и там порыскать.

— И что, ты думаешь, может найтись? Таргови пожал вибриссами, как человек плечами:

— Фундаментальная ошибка — строить теории до получения данных. У меня, естественно, есть подозрения. Кажется ясным, что у захарийцев тесный контакт с Магнуссоном. Например, леди Пеле упомянула о скором прибытии некоего лица — значит, по воздуху, и это тогда, когда воздушные сообщения запрещены. Может быть, с их точки зрения Магнуссон будет лучшим императором. Но в любом случае — какую поддержку могут они ему оказать? Точно можно сказать, что важную. Что они надеются выиграть? Не думаю, что им так уж дорого мистическое обаяние Терранской Империи само по себе.

— А кому оно нынче дорого? — вяло заметила Диана.

— Кое-кто из нас считает его существование меньшим злом. Но не в этом дело, — и тут тигранин остановился. — Здесь я замолкаю. Скажи я тебе о своих догадках, и ты можешь занервничать, насторожиться, собраться — и захарийцы это заметят. Они не глупы. Ох, до чего не глупы! И потому я редко даже себе признаюсь в своих мыслях. Захарийцев можно не так понять. Я надеюсь оказаться там с открытыми глазами, без собственных шор.

— А я? — спросила, помолчав, Диана.

— Веселись и радуйся, — ответил он. — Это лучшее, что ты можешь сделать.

— И быть готовой, — она дотронулась до рукояти своего тигранского ножа.

— И вот еще — не давай Аксору как-нибудь неуклюже проговориться, — сказал Таргови. — Сможешь?

Диана задумалась.

— М-м… он вряд ли знает больше, чем ты хочешь, чтобы он знал. Главная неувязка в том, что ты говоришь, будто заработал на его поездке на Дедал — ты ведь рвач-торговец и сшибаешь кредиты, где только можешь — а он считает, что ты отвез нас исключительно по доброй воле. Я ему намекну, что заплатила тебе из заначки, о которой ему не говорила, — чтобы путешествие не сорвалось. Вряд ли его будут спрашивать, но если спросят — такой ответ должен их устроить. Что еще? Он видел, как ты удрал в Аурейе… ага! Есть. Ты запсиховал, потому что тигране не переносят долгого заключения. Тебе было неудобно сказать об этом Пеле Захари, потому что тебя вскоре поймал патруль. Но тебя проверили и выпустили, и ты догнал нас на экспрессе — как ты и говорил, — она засмеялась. — Слушай, это выставит тебя именно таким полуцивилизованным бродягой, каким ты хочешь казаться!

В его взгляде мелькнуло уважение.

— Да, ты отлично придумала. — И все же он не мог не сказать: — Помни, не дай себе на этом слишком сосредоточиться. Играй спокойно и осторожно. Меньше всего нам нужен шум.