И грянет весна! - Серослав Амадайн

«Ну и что теперь делать?… А может…»

— А что если я тебе предложу чтить бога, который не хуже Раваты или Крона?

Разговоры вдруг стихли и все замерли.

— Я же тебе сказала…

— Нет, ты погоди! — поднял я руку останавливая её возмущение и оборачиваясь срова к рыбаку. — Спасибо тебе за разъяснения, Федгар. Можешь идти.

Мужик поклонился, и поспешил побыстрее исчезнуть. Мы с Гертой отошли чуть в сторонку.

— Вместе со мной, а может и вперёд меня, не важно сейчас, — отмахнулся я. — В этот мир пришёл новый бог!

Герта со скептицизмом уставилась на меня.

— Он… Он не только воин, но и очень мудрый, мудрейший я бы даже сказал бог, из всех богов которых я знаю! У меня, в моём мире, ему поклонялись не просто несколько племён, а целые народы!

— Он что, нечто вроде Ареана? — без особого впечатления проговорила девушка. — Хочешь чтобы я стала как истиниане? — фыркнула она, выражая в этом всё что она думает по этому поводу.

— Нет — нет! — поспешил успокоить её я. — Да, Род стоял во главе большого количества богов в моём мире, как и Ареан, но он… Как бы тебе сказать…

Мне приходилось тщательно подбирать слова и косится в небо, помня характер Зевса.

— У меня в мире, он правил самой жизнью! Род чтит и воинов, и пахарей одинаково! Главное, чтобы человек, ну или тангор, или кто-то другой разумный, уважали и берегли эту самую жизнь! Чтобы блюли законы чести, доблести, не творили зла и непотребства! Другими словами, по-настоящему служили Свету! И скажу тебе сразу — к злу и Тьме, Род нетерпим! На рисунках в моём мире, он нередко изображался с мечом у бедра, как напоминание о том, что свой деревянный посох он вмиг может сменить на стальной клинок!

Герта задумалась. Ей предстояло сделать ответственный выбор, и я её не торопил.

— Ну допустим я согласна. — выдохнув наконец сказала она. — И как я должна ему присягнуть?

Я мысленно взмолился Роду чтобы он услышал меня:

— Я лично обращусь к нему, чтобы он прибыл сюда и принял от тебя присягу. Я призову его!

Узнав что я хочу сделать, все собравшиеся не на шутку всполошились. Было много разговоров, убеждений, споров, но я был непреклонен в своей решимости вызвать бога прямо сюда, на берег. Пока укладывали большой костёр, Каменюка шеметом сгонял домой, переодевшись в самые лучшие одежды которые он нашёл.

Пока разжигали основательную кучу дров, Сарана подошла ко мне.

— Ты не считаешь что это перебор? — с надеждой взглянула она мне в глаза. — Не мне судить где быть богу, но звать его для принятия клятвы от смертной полукровки… — она многозначительно подняла брови, очевидно намекая на очередную авантюру с моей стороны.

— Ты не знаешь Рода, Сарана. — любящим взглядом брата посмотрела на неё. — Но знаешь меня! И поверь, если ему когда-нибудь понадобится чтобы я отдал ему свою жизнь, я незамедлительно это сделаю.

Сестра грустно улыбнулась:

— Надеюсь, что этого ему никогда не понадобится. Гнева других богов не боишься?

— А что я сделал? — невинно ответил я вопросом на вопрос. — Её сущность свободна от веры, и я не вижу ничего оскорбительного в своих действиях. Да и в отношении других богов с её стороны тоже. Я же не переманиваю паству у них, а просто предложил ей нового бога, который, и это неоспоримый факт, теперь является частью этого мира.

— А если он не явится? — задала наверное самый каверзный для меня вопрос Сарана.

— Тогда я лапух, и надомной по за глазами будут смеяться все, кто сейчас находится здесь.

Хоть я и храбрился, излучая уверенность в своих действиях, но внутри меня терзали нехилые такие сомнения, что Род действительно меня услышит и захочет явиться воочию на наш маленький шабаш.

Огонь от костра вился высоко в тёмное небо, озаряя бликами несущую свои чёрные воды Янву. Все замерли в ожидании, и на лицах собравшихся отражалось множество чувств. Однако одно читалось на них всех — желание увидеть нового бога воочию!

Я стал у огня и сконцентрировался как тогда в крипте, когда мне нужно было увидеть Источники внутри призраков предков рода Фортхай. Сперва Сила молчала внутри, но я не сдавался, и словно ища в надежде укрытие беглец, стучал в запертую дверь. И вдруг, дверь приоткрылась! Сила выглянула в едва образовавшуюся прореху. Но не с видом запуганного дитя, а с видом грозного лесника, в дом которого среди ночи нагрянул нежданный гость. Я потянул невидимую дверь на себя, неспеша, дабы лесник не подумал, что я к нему решил ворваться в дом. Сила, настороженно выползая наружу, окутала меня с ног до головы, заставляя волосы по всему телу зашевелиться.

Как правильно делать такое дело, я естественно не знал и действовал больше по наитию как мог. Как подсказывало мне сердце.

— Род Всемогущий! — воззвал я к богу подняв руки к небу. — Отец наш небесный, услышь меня! Взываю к тебе не ради праздности, а по делу! — потоки Силы закружились вокруг меня, сгибая пламя костра, и стоящие поодаль шарахнулись в стороны. — Прошу, явись к нам, дабы принять под своё крыло Света и мудрости душу, что волею судьбы не имеет веры, и сущность её пуста!

Раздался хлопок и потоки Силы словно взорвались, гася напрочь огонь костра и вздымая в воздух прошлогоднюю поросль под ногами. В кромешной темноте только и слышно было взволнованные голоса собравшихся. Среди прочих, выделялся басовитый голос тангора. Каменюка истово молился!

— Негоже во тьме молиться. — раздался зычный, глубокой голос Рода.

Тут костёр вспыхнул с новой силой, словно и не был потушен секунду назад.

Вокруг раздались возгласы удивления и все как один рухнули на колени. Даже Герта. И только я остался стоять прямо, взирая на явившегося Рода.

— Я рад, что ты услышал зов, Род. — поклонился я богу в пояс. — Это очень важно для меня!

Род посмотрел на меня, и распологающе улыбнулся доброй, отеческой улыбкой:

— Если бы я не почувствовал в тебе важности твоего зова, то и не пришёл бы. — бог оглянулся вокруг. — Встаньте! И ты Айтэн, тоже встань. Благодарю тебя за чистую молитву.

Первым поднялся с колен Хата, но подымать голову варвар не спешил. За ним встали и все остальные. Тангор поднялся последним.

— Вы хотели увидеть меня воочию, так отчего же боитесь теперь поднять взор? — без тени насмешки, с самым серьёзным тоном проговорил Род.

Вперёд шагнул Тарталан:

— Не гневайся, о Великий! Нечасто доводится нам, смертным, видеть бога. Не стану таить, я не был уверен, да и думаю как и все остальные, что у аная получится призвать тебя.

Род хмыкнул:

— Не призвать, а просить явиться! Это разные вещи, воин.

Плечи Тарталана, после того как сам бог назвал его воином, распрямились. Спина варвара выпрямилась, а на медной в свете огня коже, покрытой шрамами битв, заплясали огоньки. Огромный эквилианец был выше Рода и гораздо крупнее, однако на лице его отражалось неподдельное уважение к богу.

Род пристально осмотрел эквилианца.

— Славно, славно… В этом, я чувствую странную энергию. — указал Род на широкую полоску чёрного шрама, от раны полученной Тарталаном когда мы охотились на ведьму. — Тьмы в нём не мало, но и есть что-то доброе. Откуда он у тебя?

Тарик стушевался, не зная как сказать Светлому богу о том, что это дело рук врачевания раха.

— Это работа раха, Род. — взял я слово вместо растерявшегося варвара. — Его звали Разнак, и он погиб, помогая нам преследовать ведьму в местных лесах. Если бы не он, Тарталан сейчас бы тут не стоял.

— Раха? — нахмурился Род оборачиваясь ко мне.

— Долгая история. — тут же отпетлял я. — Но этот рах достоин прощения на Страшном Суде.

Род снова, уже более внимательно, глянул на Тарика и кивнул:

— Свет примет всех, кто покается. Даже такие тёмные души как рахи, могут вернуться к Свету коль истово возжелают.

— Он желал. — кивнул я в ответ.

— Как нибудь ты расскажешь мне