Соблазненная роза - Патриция Филлипс

Немного погодя Стивен подошел к ней и протянул краюху хлеба, смазанную гусиным жиром.

— На, лапушка, поешь перед дорогой, — сказал он, опускаясь рядом с ней на корточки, Розамунда увидела, как натянувшаяся ткань штанов облепила огромные мощные бедра. Розамунда тут же вспомнила, какой чудовищной силой наградил его Господь, в случае чего ей несдобровать…

Розамунда откусила кусочек, но тут же выплюнула — жир был прогорклым, ее чуть не вырвало.

— Дома я накормлю тебя получше. Виттон уже недалеко, — сказал Стивен, вставая.

На самом деле он и понятия не имел, где они находятся. Вот уже несколько недель они колесили по дорогам этой благословенной земли. Добычи на дорогах становилось, однако, все меньше, Стивен понимал, что пора ехать в соседние земли. Попадавшиеся в пути отбившиеся от войска солдаты сказали ему, что обе армии собирают силы для очередного сражения. Ну его-то теперь в армию никакими калачами не заманишь, отвоевался. Пустое занятие. То собирают войско, то распускают. Опять собирают, снова распускают. И так без конца. Одно только везение при такой жизни — чтобы тебя не прикончили в очередной потасовке. Говоря по чести, Стивен понимал, что отпущеннику прожить гораздо труднее, чем наемнику, надо как-то добывать себе пропитание, а поди добудь без земли, без дома, на чужой сторонушке. Местным жителям вовсе не по нраву, когда по их сочным лугам бродят какие-то оборванцы, кормят своих лошадей.

— Что? Все об его светлости убиваешься? — злобно спросил Стивен, заметив, что глаза Розамунды полны слез, — Забудь. Его, небось, клюют сейчас вороны, слышала ведь про битву? — Он махнул рукой в сторону востока, — Давай-ка поднимайся. Уезжаем мы.

Розамунду везли в разбитой телеге, в которую был впряжен старенький дряхлый ослик. Розамунда пешком шла бы гораздо быстрее, но куда ей спешить? Пока они в пути, у нее остается хоть какая-то надежда на спасение. А как приедут в Виттон, все будет кончено для нее… навсегда.

Однако спасение пришло и довольно скоро. Однажды в погожий денек они с Нелл, завидев среди лугов славную речушку, надумали искупаться, смыть дорожную пыль. И только они разделись, спрятавшись в молодом ивняке, рядом раздался топот копыт и мужской хохот, а потом и пронзительный свист. Нелл, в полной уверенности, что их выследили дружки Стивена, уперла руки в боки и вышла из-за укрытия, намереваясь отвадить охальников своим острым язычком, но увидела перед собой… совершенно незнакомых мужчин.

— Эй, лапушка, не хочешь ли нас погреть? — гаркнул один из них. — И подружку прихвати, — добавил он, кивая в сторону Розамунды, прижавшейся к ивовому кусту.

— Да, лапушка, обязательно прихвати. Мы ей песенку хорошую споем, всю дорогу будем петь, до самого дома, — весело зубоскалил другой.

У этого весельчака был столь милый сердцу Розамунды йоркширский резковатый выговор, что в сердце ее затеплилась робкая надежда. И одеты эти люди были совсем не так, как остальные попадавшиеся им солдаты. Все в коричнево-рыжих одинаковых камзолах, довольно потрепанных, однако очень напоминающих ливрею придворных слуг.

— Откуда вы? — спросила Розамунда, выходя на солнце и откидывая с лица волосы.

— Северные мы, недалечко от Йорка проживаем, — сказал парень, сорвав с головы шапку и отвесив ей шутливый поклон. — А ты сама будешь откуда, моя красавица?

— Твоя землячка, парень.

— Вот так удача, верно?

В этот самый момент на лугу появились подчиненные Стивена, готовые по первой необходимости ринуться в драку. Ничуть не испугавшись, незнакомцы чинно их приветствовали, предпочтя уладить дело миром, предложили им несколько курочек, только что раздобытых на ближайшем крестьянском дворе.

Обрадовавшись перепавшей им вдруг свежатинке, разбойники тут же угомонились. А незнакомцы присоединились к их обозу. Розамунда скоро перестала думать об этой встрече. Чем ей могли помочь случайные попутчики? Но вот прошло несколько дней, и как-то, на одном из ночных привалов, к ней подошел один из их новых знакомых, принес ей целое блюдо мяса.

— На-ка, лапушка, угостись, — звонко крикнул он.

Розамунда ела с удовольствием, хотя мясо было сильно приправлено специями, чтобы перебить легкий душок. Пока она ела, парень сидел рядом, привалившись к стволу дерева, и весело балагурил. Розамунда не сомневалась, что Стивен сейчас не сводит с них глаз, но, поскольку молодой человек держался от нее на почтительном расстоянии и не позволял себе никаких вольностей, можно было надеяться, что он не сразу сюда прибежит.

— Как же вы угодили к ним в лапы? — спросил парень, вдруг сильно понизив голос. — Вы ведь леди.

Розамунда даже вздрогнула от его слов, не донеся до рта кусок.

— Тот рослый человек, Стивен, собирается отвезти меня в свою деревню. Ты не поможешь мне бежать?

— Попробовать можно, — сказал парень, на всякий случай делая каменное лицо. — Завтра мы опять поедем сами по себе, без вашего обоза, пора уже править к дому. Нам почти всем в одну сторону, Вы сами-то откуда?

— Из Рэвенскрэга.

— Ну и дела! Это ж от нас рукой подать. Мы в услужении у лорда Аэртона.

Розамунда изо всех сил старалась не выдать свои чувства, безумную радость, охватившую ее. Она тут же выпалила:

— Ты участвовал в той большой битве, которая была недавно неподалеку отсюда? Ты не знаешь, лорд Рэвенскрэгский жив?

— Ничего не знаю, — покачал головой парень. — Мы ведь отбились от войска. Кто другой из солдат, может, и знает. Только они все уж дома, наверное. А мы тогда заплутали в тумане, не дошли до йоркистов, ну и пришлось потом по лесам хорониться. Хотите отвезем вас домой, леди? Доверитесь нам?

Розамунда улыбнулась:

— Мне пришлось довериться этой банде, неужто после такого ужаса я вас испугаюсь?

Парень усмехнулся ее словам и спросил:

— Не иначе вы леди Розамунда. Верно?

Розамунда даже задохнулась от счастья: парень знал о ней! Она радостно закивала… Но к ним уже приближался Стивен, встревоженный их затянувшейся беседой. Смерив парня угрюмым взглядом, он рявкнул:

— У нее уже есть хозяин, парень.

Солдат Аэртона улыбнулся и почтительно поклонился:

— Ну разумеется, сэр. Просто мой начальник захотел, чтобы леди откушала цыпленочка, нашпигованною розмарином и тмином.

— Ну коли так, передай своему начальнику от меня благодарность, — пробурчал Стивен, и парень ушел к своим. — Что он тебе говорил?

— Просто спросил, откуда мы.

— А на что ему это знать?

Розамунда пожала плечами и со страхом увидела, как лицо его потемнело, она хорошо знала это его выражение, оно не предвещало ничего хорошего… Нет, она никак не могла допустить, чтобы из-за своей необузданной ревности он заставил служивых Аэртона немедленно уехать, — теперь, когда у нее снова появилась надежда… Потеряв от отчаяния i олову, она сделала то, о чем ей пришлось потом пожалеть, но в тот миг она не могла придумать ничего иного… что успокоило бы его свирепость. Положив руку Стивену на плечо, она нежно провела пальцем по его рукаву и спросила: