Сердце ворона - Олег Яковлев

Ильдиар повернул голову. Он не видел уже кавалерии врага. Поднимая тучи пыли, из прохода между холмами выходили пешие легионы Проклятых, истинное войско, а не жалкая приманка. Странно, но даже на таком расстоянии он четко различал каждого из неживых воинов, их большие алые щиты-скутумы, ржавые шлемы, изорванные плащи и туники. Вот только не было гнилых костей и черепов – там стояли ряды облаченных в заплесневелую сталь грозных фигур с тьмой на месте лиц, с дымчатыми руками, сжимающими гладиусы и пилумы. Мертвая армада преобразилась – он никогда их такими не видел. Впереди стоял высокий воин в стелящемся за ним по земле длинном багровом плаще и в бронзовом шлеме с забралом и гребнем из перьев, спускающихся к самой пояснице. Воронье карканье полилось из медных труб.

Они что-то говорили ему… должно быть, звали к себе…

– Что ж, не нужно дважды приглашать. – Граф де Нот выхватил из ножен верный Тайран, развернул животное, на миг обернулся на несущихся к городу собратьев и пришпорил скакуна.

Ужаленный колючими звездочками-шпорами конь рванулся с места в галоп, издав яростное ржание. Одержимые скакуны взревели, как один, завидев несущегося к ним одинокого рыцаря. Ильдиар не видел сейчас Проклятых всадников, для него осталась лишь пехота – те черные фигуры, что звали его. Он просто несся на встречу со смертью, позабыв обо всем. Кавалерия Деккера приближалась, но странная пелена укрыла ее от взгляда Ильдиара де Нота…

Цокот копыт его коня слился со стуком копыт двух тысяч вражеских, несущихся навстречу, а за спиной, где-то вдали, раздался вопль:

– Милорд! Что вы делаете?!

– Прости, Джеймс, пора, – прохрипел Ильдиар.

Пора было ответить тем, кто принес на его землю муку и боль, за все. Вперед, на смерть! Копыта стучали, со щита на врагов скалились родовые знаки герба великого магистра, а горящий меч, совсем не чадя и не разнося кругом дыма, крутанулся в руке, приготовившись сжигать всех, кто попадется у него на пути…

…Некромант, с легкой улыбкой глядя на графа де Нота, стоял меж когортами Проклятых. Он сложил руки на груди и ждал…

– Прости, Джеймс, пора, – прошептал чернокнижник.

Повинуясь его колдовству, Белый Рыцарь развернул своего коня. Только благодаря усилиям темного мага магистр Священного Пламени вскоре должен был встретиться либо с мечом мертвого всадника, либо с пастью его зверя. Подлая магия, влияющая на сознание, очень полезная штука, но при этом еще и весьма увлекательная забава. Глядеть, как кто-то пляшет под твою дудку – это слишком просто, а вот руководить малейшим поворотом плененной мысли – о, в этом намного больше приятного.

Магнус Сероглаз всегда ненавидел этого человека, еще с раннего детства. Сколько Ильдиар де Нот, этот святой паладин-защитник, нанес ему обид и оскорблений! Сколько раз он выставлял его полнейшим ничтожеством и слабаком! Но больше всего злило то, сколько он, словно ядовитый змей, нашептал злобных слов своей сестре, окончательно настроив ее против него, Магнуса. Пусть же теперь попляшет, пусть повыкидывает коленца, как ярмарочная кукла на подмостках… Еще перед осадой некроманту не составило труда пробраться в Дайкан и подложить маленький подарок графу де Ноту. Откуда Белому Рыцарю было знать, что к луке седла его коня приколот маленький «ведовской мешочек», в котором собраны все нужные ингредиенты, включая волос самого Ильдиара. Пока он сидит на своем коне, он в полной власти темной магии, и пусть так и остается…

…Бывший оруженосец, ныне – славный рыцарь королевства, поднял забрало крылатого шлема. Великий магистр скакал, не оглядываясь и все отдаляясь.

«Что же он делает?» – яростно подумал сэр Доусон, поднося окованный золотом белый рог к губам.

Призыв о помощи взлетел над равниной. Рыцари, что уже успели проскочить в ворота, недоуменно поворачивали головы. Гулкий звук, походящий на вой раненого животного, звал их прочь из города, обратно, на то ужасное поле брани. Всадники вновь опустили забрала, развернули коней и дали шпоры.

Сэр Джеймс тем временем скакал вслед графу Аландскому, рог повис на ремне, и ножны покинул меч с золотой цепочкой и оберегом Хранна. Знамя Ронстрада вновь взлетело над равниной. Позади, за своим магистром и королевским стягом, неотступно скакали немногие оставшиеся в живых рыцари, которых сэр Джеймс рогом сзывал обратно, на помощь своему командиру.

«Проклятие, – кольнула Белого Рыцаря мимолетная мысль. – Мальчишка скачет следом! Река смерти ждет только меня, без спутников. Бансрот подери! Эй, вы что, сговорились все?! А ты здесь что забыл, птичник?!»

– Аэрт! – яростно закричал Ильдиар, глядя, как в грозовом небе сквозь черные тучи несутся крылатые тени. – И ты на мою славу покусился?!

Бешеный клекот стал ему ответом. Десятки, нет – сотни грифоньих всадников, подобно граду, начали падать с небес в самую середину черного потока конницы Проклятых, а откуда-то с юга раздался громоподобный рев. Как будто сотни величественных могучих львов взревели в одночасье. Рога Златоокого Льва! Лорд Акран, о котором все забыли, выбрал решающий момент для атаки. Закованная в сталь тысяча рыцарей, сжимая в руках копья, во весь опор неслась на ряды Проклятых.

Грифоны бросались из поднебесья вниз, выхватывая из рядов врага всадников вместе с животными, будто орлы или соколы, охотящиеся на зайцев и полевых мышей, что прятались от них в высокой траве. Безумные одержимые кони ревели и в ярости прыгали, пытаясь ухватить клыками небесных хищников, но не могли спорить со скоростью оперенных крыльев и хватали только воздух. Белоснежные когти похожих на птичьи передних лап грифонов вонзались в черные, блестящие бархатной смолой тела одержимых коней. Задними, львиными конечностями крылатые чудовища подхватывали и поднимали обреченных врагов высоко в небо, чтобы сбросить оттуда на головы сгрудившихся внизу мертвых всадников. Клювы рвали шеи и бока монстров, выпуская потоки крови и выдирая внутренности. Белоснежное поджарое тело и широкие крылья Миарра, вождя грифонов, окрасились багровыми пятнами. Но кровь лишь сильнее будоражила и ярила небесных хищников. Их птичьи глаза наполнились счастливым безумием, а пронзительный клекот заглушил даже бесноватое ржание и болезненные хрипы умирающих черных монстров. Но все же сидящие на белоснежных спинах наездники не давали своим зверям насытиться как следует, они вновь и вновь бросали крылатых чудовищ вниз и взмывали вверх, разрывая одного врага за другим.

Мертвые всадники несли ужасающие потери, а с фланга к ним уже заходила тысяча закованных в золоченые доспехи рыцарей Златоокого Льва. Копья склонились для атаки, алые флажки ни них обнимали древки под встречным ветром. А впереди всех скакал рыцарь, на шлеме которого гордо восседала фигурка золотого льва, оскалив пасть в диком реве…